Шафер
Шрифт:
— Я давно сняла свои помпоны чирлидерши, — сказала я ему, закатывая глаза. — Но я всегда прикрою твою спину. И ты это знаешь.
— Всегда. — Улыбка Энди сменила его серьёзное выражение лица, и он похлопал меня по бедру, чтобы я встала.
Парень поднялся вслед за мной, и мы оба направились к лестнице в дом на дереве. Старые доски лестницы, подвешены на ржавых гвоздях, вбитых в дерево. Энди отломил рукой кусок гниющего дерева и нахмурился.
— Приду сюда завтра утром и посмотрю, что можно сделать, чтобы исправить это. Держу пари, мы все ещё могли бы сидеть там, если бы у нас был способ забраться наверх.
— Я помогу, — улыбнулась я. — Но ты так и не сказал мне, какое
— Я подумал, что это будет идеальное место для начала моего следующего великого приключения.
— Это будет величайшее приключение из всех! — я ухмыльнулась.
— Поддерживаю!
— Мы живём ради приключений, — процитировала я по памяти. Это было кредо, которое мы нарисовали ярко-жёлтыми буквами на внутренней стороне двери домика на дереве.
— Я надеялся, что ты это скажешь.
ГЛАВА 2
Первым делом утром мы с Энди отправились в закусочную Далтонов позавтракать. Отец Энди, Ларри, сидел в угловой кабинке и беседовал с парой туристов. Он быстро извинился, когда мы вошли, и подошёл к нам.
— Эмми! — Ларри тепло обнял меня, и я улыбнулась в его мягкую рубашку на пуговицах. — Давно не виделись, дорогая. Как у тебя дела?
— Отлично, — улыбнулась я, высвобождаясь из его тёплых объятий. — И через несколько недель тебя снова будет тошнить от меня.
— Никогда, — засмеялся он, качая головой. — Будет здорово, если все соберутся дома.
— Джексон ещё не пришёл? — спросил Энди, обрывая отца.
— Нет. Его смена начинается через пол часа. Я следил за грилем. На кухне есть немного сосисок и яиц, давайте я вам принесу.
— Мы сами, Ларри, — ответила я, хватая Энди за руку. — Возвращайся к своему собственному завтраку. Мы справимся.
Мы с Энди зашли за стойку, а Ларри вернулся на своё место в угловой кабинке. Закусочная была мне так же знакома, как мой собственный дом. Большую часть своей жизни я ела под этой крышей. И зарабатывала дополнительные деньги после школы и по выходным в подростковом возрасте, работая за кассовым аппаратом и обслуживая столики.
— Вот. Давай тебя покормим, — пробормотала я, накладывая горку солнечно-жёлтых яиц на тарелку Энди.
Парень занялся тем, что складывал на мою тарелку сосиски.
— И тебя. У нас будет напряжённый день.
Кивнув, я взяла меньшую порцию яичницы и схватила из буфета печенье, когда проходила мимо. Я последовала за Энди, чтобы позавтракать, сидя на двух блестящих красных табуретках перед стойкой.
— Итак. Какой у нас план? — спросила я, поворачивая своё сиденье из стороны в сторону.
— Я подумал, что мы могли бы начать с пробежки по пляжу.
Кивнув, откусила от своей еды. Мы начали бегать в старших классах, и с тех пор я старалась сделать это частью своей рутины. Переезд во Флориду заставил меня лучше осознать важность поддержания хорошей физической формы. Топы и шорты не давали поблажек, как громоздкая одежда, под которой я пряталась, когда жила дома. Приложив усилия, я была тверда в нужных местах и мягка там, где должна была быть. Не мускулистая, а скорее подтянутая. И усердно работала над этой формой.
— Звучит здорово, — улыбнулась я. — А потом что?
— Потом на обратном пути заскочим в магазин и купим кое-что, чтобы отремонтировать наш домик на дереве.
— Ты серьёзно говорил об этом? — спросила я, приподняв брови.
— Абсолютно, — кивнул Энди. — Я ожидаю, по крайней мере одну ночёвку там, наверху, до того, как закончатся наши каникулы. Обещай мне.
— Хорошо — засмеялась я. — Обещаю.
Шлёпая
Это не означает, что у Энди было мало друзей. Его от природы весёлый нрав и широкая улыбка сделали его довольно популярным в школе. Вместо того чтобы застрять в какой-либо статусной группе или компании, Энди дружил со всеми.
Но никто не знал его так, как я.
Слабые звуки его музыки плыли в воздухе между нами, и я улыбнулась, в то время как мои мысли ускользнули в другой день на этом самом пляже.
— Давай, Энди! Просто сыграй что-нибудь, что я знаю, — заскулила я, откидываясь на одеяло.
— Например, что? То дерьмо, которое ты слушаешь по MTV? Ни за что.
— Эй. Следи за своим языком, или я скажу маме, что ты ругаешься! — Самюэль встал с того места, где сидел на песке рядом с нами, и угрюмо отряхнул штаны сзади.
Я смотрела, как он спускается к воде. Энди продолжал пытаться подобрать аккорды песни «Битлз».
Самюэль получил водительские права в том году и был раздражён, потому что родители заставили его отвезти нас двоих на пляж. Энди любил бренчать на гитаре на песке, в то время как я любила делать все, что угодно, если это означало, что я могла проводить время с Самюэлем.
Но в тот день старший брат Энди вёл себя не очень весело.
— Отлично. Пока ты разберёшься с тем, чтобы ты там ни делал, — я пошевелила пальцами в направлении его гитары, — я пойду прогуляюсь.
— Хочешь компанию?
— Нет. Играй. Я скоро вернусь.
Я поплелась к линии деревьев, а Энди тихо бренчал у меня за спиной. Преодолев небольшое расстояние через окружающий лес, можно было попасть на другой каменистый пляж. Пройдя по знакомой тропинке, я наткнулась на большую скалу, куда забралась, чтобы посидеть, спокойно наблюдая за бурыми пеликанами, ловящими рыбу в воде подо мной. Это было почти гипнотически — наблюдать, как большие птицы подпрыгивают и ныряют во вздымающиеся волны. Я расслаблялась там, на камне, пока крошечный краб не пробежал возле моей лодыжки, напугав меня. Как только я почувствовала, что начинаю скользить вниз, тут же ощутила сильные руки, которые обхватили меня за талию и удержали от падения головой вперёд в солёную воду.