Чтение онлайн

— Самое главное — мы почти без потерь перебили пять сотен врагов, — решительно возразила она. — Заметил, как это было важно для Клахара? А для нас с тобой это еще важнее — ведь именно калуны будут нашей опорой, так что нужно их беречь. Я понимаю твое воинское рвение, но королям приходится думать и о цене победы. Порой она слишком превышает самое победу…

Джок, сладко потянувшись, лег на меха, привлекая к себе Истер.

— Что ж, тут ты права. В конце концов, на поле боя они не будут опаснее мёршинов, и уж если я их где примечу, то не стану жалеть, пущу кровь… чтоб захлебнулись, гады.

— Крови будет много, давай не станем говорить о ней сейчас. Всему

свое время, — самым невинным образом улыбнулась Истер, заглядывая ему в глаза. — Сейчас время для чего-то более приятного…

Голос доспехов, подумала она. Длинный Лук всегда был жесток, но реки крови не манили его, и сейчас с ней разговаривает не столько Джок, сколько наследие Рота. Пока что это голос доспехов, но скоро он может стать голосом Джока…

— Для чего же, к примеру?

— Это я к тому, что в мыльне нас опять ждет горячая вода.

— Ох, ну сколько можно мыться? — возмутился Джок. — Я и без того устал как собака.

— Обожаю чувство чистоты. По-моему, чистое тело гораздо красивее, ты не находишь? — Она встала на колени посреди постели и потянула с себя рубашку. — Фу, на себя аж смотреть противно. И грязного тебя я целовать не собираюсь, потому что жевать песок и каменную пыль мне еще в дороге надоело.

И снова, пока они приводили себя в порядок, служанка унесла грязную одежду, оставив взамен их собственную, выстиранную и залатанную, на столике оставила ужин, столь же роскошный, как и в прошлый раз. Хотя по времени земли его стоило бы назвать поздним завтраком.

На сей раз усталость заставила их заснуть куда раньше, чем того хотелось обоим, зато пробудились они бодрыми и полными сил. Служанка вновь принесла еду и предупредила, что Клахар хочет их вскоре навестить.

О делах за едой не говорили, просто болтали о пустяках, смеялись над чем-то нелепым. Истер решила про себя, что доспехи Рота, не заполучив Джока первым же натиском своей темной воли, оставили его в относительном покое до той поры, пока опять не возникнет в них нужды — до сражения. Значит, сейчас можно было позволить себе короткую передышку, отвлекшись от непрерывного напряжения мысли. И она обнаружила вдруг, что давно, с детских лет, представлявшихся теперь такими же невероятно далекими, как первая молодость Коры, не помнит за собой таких чудесных минут отдохновения, когда не нужно постоянно таить в голове десятки замыслов и уловок, просчитывать ходы, менять личины… Хотя бурная жизнь, подобная пляске на натянутой струне, и была для Истер единственно возможной и правильной, она неожиданно осознала, что тихое самозабвение рядом с любимым человеком может быть столь же необходимым и правильным.

Да, именно с любимым… Жар и холод обдавали юную ведьму при этой мысли, но и то и другое было сладко-приятным… как последний миг жизни перед прыжком со скалы.

Можешь бормотать что угодно из поглотившей тебя тьмы безвременья, старая, сумасшедшая Кора, тебе не отравить моего счастья!

После короткого стука дверь открылась — и вошел Клахар.

— Хорошо отдохнули? — с порога спросил он.

— Да, благодаря твоему гостеприимству, — ответила за обоих Истер. — Ты хотел о чем-то поговорить?

Клахар в ответ кивнул и уселся на низкую скамейку подле стены. Сегодня на нем было воинское облачение: не балахон, а длиннополая куртка из жесткой кожи, снабженная чешуйчатым нагрудником и обшитая железными бляхами. На поясе висели знакомая шаманская кость и длинный меч, не прямой, но изогнутый далеко не так сильно, как обычные калунские ятаганы, с рукоятью, скромно украшенной единственным самоцветом.

— Что,

заварушка уже близко? — спросил Джок.

— Уже началась. Нет, беспокоиться пока не о чем. Эти недоумки налетели на крепость сразу, не отдохнув, не говоря уж — приготовившись. Завязли в ловушках, усиленная стража легко сдержала их. Сейчас уже откатились и начали обустраиваться.

— А они не могут обойти ворота по отрогам? — спросил Джок.

— Пытаются, как уже пытались однажды около двухсот лет назад, — усмехнулся Клахар. — Но затея безнадежная, там просто нет проходов. Об этом я позаботился еще в дни основания крепости.

— Что-то подсказывает мне, Клахар, что ты пришел не просто удовлетворять наше любопытство.

— И ты права, Ракош. Но прежде вы должны знать все о том, как складываются наши дела.

— Тогда скажи, есть ли вести о союзниках.

— Благодаря мастерству Длинного Лука есть. После его выстрелов штурканы выпускают крайзошей с большой опаской, и наши летуны, хотя их и меньше, прорываются. Иджунам остается полдня пути до нас. В мирное время мы соперничаем с ними во всем, но в минуты опасности нет у меня союзника надежней. Это тысяча двести отличных бойцов, умеющих сражаться и в верховом, и в пешем строю; ту толпу, что беснуется сейчас у ворот, мы с ними вместе раздавили бы одним натиском. Но через те же полдня подойдут и урсхины, а это самый опасный враг. Когда-то их вожди были моими друзьями, но однажды Дом Урсхи неожиданно выступил в поддержку Штурки. То предательство стоило мне немало орков и влияния на многие кланы… И ненамного отстанут от урсхинов основные силы Штурки. Что до прочих союзников наших, то они не успеют никого опередить, да и двигаться им нужно с опаской. Я уже направил их военачальникам совет не прорываться к крепости, а объединиться под знаменами Иджу и выжидать удобный момент. В каждом войске есть шаманы, и, когда наши друзья подойдут поближе, я смогу общаться с ними мысленно.

— Но и враги способны делать это? — уточнила Истер. — Да, особенно хорошим положение не назовешь. Либо ждать, когда враги сосредоточат атаку на союзниках, и ударить им в спину, либо подставиться самим, чтобы союзники смогли нанести решающий удар.

— И ни в том, ни в другом случае нельзя надеяться на полный успех, ибо, сколько бы ни приходило друзей нам на помощь, врагов будет в пять-шесть раз больше, — сказал Клахар. — Итак, Ракош, Длинный Лук, теперь вы знаете положение. Ответьте же мне, могу ли я надеяться на вашу помощь? Достанет ли вашего могущества, чтобы истребить врагов и защитить воинов Калу?

Истер ждала этого разговора и обдумала его загодя, еще во время вылазки. И все же, прежде чем ответить, она лишний раз присмотрелась к Клахару, пытаясь понять, чего больше в его вопросе, заботы вождя о подчиненных или военной хитрости. Ведь он не может не понимать, что в Закатном мире магические возможности Истер ограниченны, и наверняка хочет точно знать их предел. Нет ли здесь желания выявить слабые стороны противника?

Если да, то с Клахаром придется распрощаться раньше, чем ей бы того хотелось.

— Не так многое мне под силу здесь, как в родном мире, но без моей помощи ты не останешься. Не будем загадывать наперед.

— Но не нужно ли совершить какие-то приготовления сейчас, пока не началась битва? — не унимался Клахар, которого, естественно, такой обтекаемый ответ устроить не мог.

— Только одно, пожалуй, — изобразив задумчивость, сказала Истер. — Вели своему войску собраться на площади. Они должны будут подходить к нам десятками, и мы будем вливать в их оружие особую магическую силу.