Северо-восток
Шрифт:
На самом деле меня больше всего интересовало, откуда девушка тут взялась. Кто она и где живет. Но раз незнакомка даже имени своего не назвала, то и обо всем остальном вряд ли скажет. По крайней мере сразу. Значит, пока придется вести треп на общие темы. О природе, погоде и этой самой черемухе…
– За цветами и пошла, – ответила девушка. – Если их высушить, а потом приготовить отвар, можно использовать при операциях в качестве наркоза.
– Ты – лекарь? – догадался я. Очень уж бойко она рассуждает о медицине.
– Пока
– А зачем тогда тащила?
– Ну… не бросать же… И все-таки странно, что ты очухался.
– Почему это? Перестал вдыхать яд, благодаря тебе… Кстати, спасибо… А дальше свое дело сделала регенерация.
– Регенерация, значит… – Незнакомка посмотрела на меня оценивающе. Будто прикидывала что-то. Скользнула взглядом по моему обнаженному и порядком измазанному землей торсу и повторила: – Регенерация… Так ты мутант?
– Нет!
За такое оскорбление обычно сразу в морду бьют. Повезло ей, что она не парень, к тому же спасла мне жизнь. Если бы не она, быть мне удобрением для хищных цветочков… Кстати, а почему Лёнька про них не предупредил? Я побуравил осьминога грозным взглядом, мол, что за подстава?
«Я же не знал, что вы, хомо, такие слабаки, – отрезал он. – Для кио черемуха безопасна».
Девушка все еще разглядывала меня и рассеянно вертела в руках танталовый штык. Интересно, она собирается мне его возвращать или нет?..
Пришлось напомнить:
– Это мой.
«Ну на самом деле он мой, – тут же влез Лёнька. – Ты, мародер паршивый, штык с моего скелета упер!»
«А ты лучше помалкивай в тряпочку. Тебе, скотина головоногая, за подставу с черемухой вообще экзекуция полагается», – мысленно парировал я.
Непривычно общаться на два фронта, но придется приспосабливаться. Если, конечно, не хочу прослыть законченным психом… Да еще перед девушкой…
– Ладно, тебе, я вижу, полегчало. Так что здесь наши пути расходятся, – незнакомка протянула мне танталовый штык. – Прощай, Богдан.
– Погоди, – растерялся я. У меня была к ней целая куча вопросов. Да и оставаться одному в незнакомом месте тоже не слишком хотелось.
«Ты не один», – напомнил Лёнька, но я отмахнулся от него, вскочил на ноги и решительно заявил девчонке:
– Пойду с тобой.
– Я иду в Екатерининский Сад, – предупредила она.
– Там же опасно! – Я вспомнил предупреждение Лёньки.
– Вот именно. Тебе нет смысла идти, – сделала попытку отговорить меня незнакомка.
– Одну тебя не оставлю, – уперся я.
По лицу девушки пробежала тень, но возражать она не стала. Лишь предупредила:
– Идти за мной след в след. Ни шагу в сторону. Кусты и цветы не ломать. Иначе нам мало не покажется.
Не дожидаясь ответа, незнакомка закинула
«Лёнька, ты с нами? Или останешься здесь?» – мысленно окликнул я осьминога.
«Куда ж я от тебя денусь, – неохотно проворчал он, вылезая из укрытия и забираясь мне на плечо. – У нас же договор».
У меня мелькнула невольная мысль, что теперь я, пожалуй, в его помощи не нуждаюсь. Девчонка, похоже, местная и, возможно, знает, как пересечь Кольцо.
«Я бы на твоем месте ей не доверял, – отозвался Лёнька. – Девочка явно задумала что-то нехорошее. Не нравится она мне».
«А по-моему, ничего так…»
Лёнька в ответ хмыкнул. Кажется, он прочитал не только ту мысль, которую я хотел ему передать, но и парочку других – затаенных. Ну точно! Так и есть.
«Ты гормоны-то свои придержи, – посоветовал он. – И запомни: кто доверится бабе, тот долго не проживет».
«Тоже мне, знаток женских душ нашелся», – фыркнул я.
«Да, знаток. У меня, в отличие от некоторых, женщины были».
«И у меня были…»
«А почему о ней ты говоришь во множественном числе? – Мысленный голос Лёньки был полон издевки.—
Та развеселая вдовушка… как ее там… Глафира… Глаша… У вас, в Кремле, к ней только ленивый не ходил».
Тут он меня уел. Во-первых, тем, что был прав, – из-за шрама на лице я успехом у девчонок не пользовался. А во-вторых, ужасно раздражало, как осьминог-телепат бесцеремонно копался у меня в мыслях, словно у себя на огороде.
Я насупился и замолчал. В смысле перестал думать. Вернее, мысли, конечно, шевелились в голове, но Лёньку я теперь принципиально игнорировал.
Тем временем незнакомка быстро шла в глубь зарослей, ловко проскальзывая между кустами и деревьями, которых становилось все больше и больше. Я двигался за ней, хотя меня такое обилие зелени напрягало. Но девушка шла уверенно. Чувствовалось, что этим путем ей доводилось ходить многократно. Да и окружающая нас растительность вела себя спокойно, не делая попыток напасть.
– Как тебя зовут? – решил нарушить молчание я.
Девушка мельком оглянулась на меня, заметила осьминога на моем плече. Ее глаза на миг удивленно расширились, а потом она прижала палец к губам, призывая к тишине.
Ладно, помолчим пока. Успеем еще наговориться.
Незнакомка отвернулась, замедлила шаг, а потом и вовсе присела на корточки и, крадучись, начала пробираться в сторону небольшой полянки. Но выходить на нее не стала. Затаившись среди деревьев, подняла с земли камень, размахнулась и бросила его в центр полянки.