Северные грозы

Я люблю песок. Люблю, когда ступни погружаются в него и крупинки мягко просачиваются через пальцы. Люблю, как он шуршит, особенно этот звук, с которым океан слизывает его с берега. На нашем архипелаге песок облачно-белый в полдень, персиково-золотистый на рассвете и закате, а во время сумерек он нежно-лиловый, как цветки плюмерии. Белый песок – это ракушки, тысячи ракушек, которые со временем стали нашей пристанью в голубой океан. Они пришли оттуда, куда мы потом все уйдём. Я слышала от некоторых путешественников, что на крайнем Юге тоже есть свой белый песок. Он покрывает деревья и травы, из него можно делать большие скульптуры

и даже дома, а ещё он тает в тепле, поэтому может существовать только на холоде.

Холод – вот что я испытывала. Кожа покрылась пупырышками, и замерз кончик носа. Не хотелось двигаться, чтобы не потерять то тепло, которое у меня оставалось, поэтому я сжалась в комок и подышала на ладони, чтобы их согреть. На островах редко бывает так холодно.

«Интересно, где я? Память пока ничего не подсказывает. Значит, нужно осмотреться», – подумала я. Несмело открыв глаза, увидела какие-то ящики, шёлковые разноцветные подушки с затейливой золотой вышивкой. Конструкция была похожа на небольшой корабль, прикрепленный канатами к вытянутому воздушному шару. Доски крепкие, гладкие, янтарного цвета, а шар тёмно-синий с нарисованными золотистыми звёздами. Параллели с ночным небом были очевидны. Память шептала слово «дирижабль», но я не была уверена. Пришлось встать, иначе бы я совсем окоченела.

Мышцы затекли, значит, без сознания я была долго. Ноги не слушались, и я неуклюже упала на борт, за которым увидела бесконечную красную пустыню и кровавое солнце, спешащее уйти за горизонт. И я была в воздухе, невероятно высоко! Но кто-то же должен был управлять таким необычным кораблём, так что пришла пора взглянуть на капитана.

Кажется, шум моего падения привлёк его внимание. Потому что, когда я повернулась взглянуть на него, он уже смотрел на меня. Очень высокий, из-под белой полупрозрачной блузки были видны крепкие напряженные мышцы. Кожа удивительно светлая, для того, кто летает по пустыне на высоте островных гор. Густые тёмные вьющиеся волосы блестели закатным солнцем. Глаза тёмные, как скорлупа кокоса, а взгляд добрый, мягкий и, что ли, восхищенный? Он закрепил штурвал и подошёл ко мне. Белые свободные штаны тихо шуршали при ходьбе, а красные туфли приглушали его шаги, так что он ступал по доскам корабля, не издавая шума. Как ему только было не холодно в одной блузке на такой высоте? Пока я рассматривала капитана, он подошёл ко мне, и я услышала бархатный голос:

– Добрый вечер!

– Добрый вечер, – эхом повторила я. – Хотя, лучше сказать: «Доброй ночи».

– Да, пожалуй, Вы правы.

Повисла неловкая пауза.

– Простите, я не представился. Меня зовут Ильдирим, – сказал парень и вопросительно посмотрел на меня, предлагая мне, в свою очередь, назвать своё имя.

– Очень приятно, а меня зовут Лана, – вежливо ответила я.

Снова пауза.

– Простите, – набравшись смелости, я решила спросить, хотя уже догадывалась, какой будет ответ. – Я не совсем помню, как я оказалась на вашем корабле. И ещё хотелось бы узнать, куда мы плывём, то есть летим?

– Оказались Вы здесь очень просто, – губы капитана расплылись в довольной улыбке. – Я вас похитил. А летим мы сейчас в мой дворец.

– Ясно. Во дворец.

«У него и дворец есть! А ты думала, где он живёт? В лачуге какой-нибудь?» – пронеслись мои мысли, но сказала я другое:

– А можно тогда ещё один вопрос?

– Конечно, спрашивайте, – в его голосе слышалась невозмутимость.

– А Вы вообще кто? Не знаю, по должности, по профессии или по сути, например?

– А по сути я Повелитель Гроз, – был его гордый ответ.

Я задумалась, ведь на архипелаге не бывает гроз, только тёплые долгие дожди. Бабушка рассказывала,

это потому, что несколько сотен лет назад один сильный волшебник из нашего племени наложил защитное заклинание. До него Повелители прилетали раз в столетие и просили своеобразную дань. По легендам, все они были взрослыми мужами лет под сорок или даже пятьдесят, так что партия совсем не казалась удачной. Они прилетали с севера на своих кораблях, устраивали шторм, в котором многие гибли, и улетали обратно в свою страну, а после их отбытия оказывалось, что племя лишилось самой красивой девушки. Прошло немало лет, прежде чем наши мужчины решили, что дальше так продолжаться не может. Самые искусные в магии стали думать, как бы навсегда избавить наши острова от этой напасти, и вот нашелся один, Акони, кто знал достаточно заклинаний чтобы защитить нас. После этого мы очень долго жили счастливо и спокойно. До сегодняшнего дня.

– Я долго наблюдал за Вами. Оставлял свой корабль на дальнем острове, приплывал на простой лодке, накладывал чары узнавания и изучал вашу жизнь. Обычаи, традиции, привычки. Вы всегда были впереди всех: смелая, красивая, грациозная и неудержимая. Казалось, нет такого дела, с которым Вы бы не справились. И тогда я понял, что хочу быть с Вами, – страстно говорил Ильдирим. – Я хочу, чтобы Вы стали моей женой! Вы согласны?

Я застыла в изумлении и от приятных комплиментов, и от его наглости:

– Раз уж Вы наблюдали за мной и жизнью моего племени, то Вы знаете, что у меня есть парень, – похититель согласно кивнул, а я продолжала давить. – И Вы прекрасно понимаете, что я не могу просто так взять и забыть человека, с которым я была с детства и которого я искренне люблю, так что, извините, но я не могу стать Вашей женой. И вообще, всё это как-то неправильно.

– Всё-таки парень, а не жених. Вы искренне любите человека, который даже не попытался защитить Вас и дать мне отпор? – спросил мой похититель, задумчиво почесывая подбородок, словно сомневаясь в моей адекватности.

– Вы врёте, это не может быть правдой! – закричала я, и мои глаза стали наполняться слезами, голос дрожал. – Вы врёте!

Я замолчала на некоторое время, а потом сказала: «Я должна побыть одна», и удалилась на корму корабля, где находилось подобие каюты. Когда я вошла, то поднялся такой столб пыли, что меня накрыл приступ жуткого кашля. Комната вся была загромождена ящиками и мешками. Да, по всей видимости, она никогда не предназначалась для размещения людей, но это было единственное место на всём корабле, с которого я не могла видеть моего похитителя, и что более важно, он не мог видеть меня!

Я села на пыльный пол, стала выводить на нём бессмысленные узоры и вспоминать подробности моего похищения. Рисунки действовали успокаивающе, и следуя этим затейливым линиям, моя память начинала восстанавливать события прошедшего дня.

Казалось, что я ныряю куда-то глубоко на дно, туда, где обитают только прекрасные и редкие ракушки с жемчужинами, и теперь этими перламутровыми созданиями были мои воспоминания. Вот я в своём синем небольшом домике. Занавески из полупрозрачной ткани развиваются от лёгкого ветерка. Я репетирую перед концертом ко Дню Дельфина – ежегодному празднику, к которому весь архипелаг готовится полтора месяца. Я вспоминаю, что должна была выступить на Острове Черепах. Раньше там гнездилось множество этих созданий, но потом они выбрали другие, более безопасные места, а остров так и остался носить их название. Он находится в идеальном месте: между трёх больших островов на расстоянии сотни метров от каждого. Мы построили на нём сцену, так что все желающие посмотреть выступление могли разместиться на трибунах этих островов.