Север
Шрифт:
– Ух, - я даже есть перестала, представив масштаб запланированной комбинации.
– По-вашему выходит - никто не успевает выполнить условия патентного договора? Раз вы так уверены и знаете, как представитель гильдии себя поведет.
– На сегодня только двое работают, имея здесь собственность, а шахт на планете немало - больше тридцати наберется.
– А как эти двое сумели?
– любопытство грызло.
– Семьи помогли средствами. Им пришлось недостающее количество покупать самим, чтобы гильдии норму выдать. Тогда Руенз очень помог - договорился о продаже через третьих лиц, вроде как на нужды убежища. Все
– Кошмар, - ужаснулась жуткими условиями.
– А если вдруг крайняя необходимость?
– Так есть две свои шахты, в крайнем случае к ним обращаются. Но тут тоже не все просто. Их гильдия всячески выдавливает из торговли. Добытый ими гелий-3 не принимает, а другого сбыта серьезного нет. Потому перебиваются периодическими продажами: когда пассажирский звездолет купит, когда редко кто напрямую прилетит.
Суровой реальностью меня буквально припечатало. Вот и все мои планы, и надежды. Нам тоже предстоит перебиваться редким доходом? Какой смысл?
– И зачем тогда все? Столько сил потрачено?
– тоскливо уточнила у Грифа.
– Рид заказал Зулу купить ему транспорт грузовой, хочет сам организовать транспортировку и нашего гелия и из остальных свободных шахт. Только это секрет пока, - серьезно округлив глаза, прошептал мне Гриф.
– Надо уходить от зависимости от гильдии, иначе на ноги никогда не встанем тут.
А мне сразу вспомнились все эти длинные тихие разговоры между мужем и капитаном пассажирского звездолета, обещание Зула организовать покупку через полгода, решение Рида принять через год брата капитана с семьей... Вот откуда у всего этого ноги росли, да и Руенз говорил, что Рид с Зулом друзья верные.
– У вас принято так? Поддерживать друг друга?
– не удержалась я от прямого вопроса.
– У нас!
– с нажимом подчеркнул Гриф, давая понять, что меня считает полноправной представительницей их народа.
– Если бы не эта поддержка, нас не было бы уже.
– Кстати, - ухватилась я за тему, - а откуда наш народ? Почему о стархах везде говорят как о вечных скитальцах?
– Мы из системы Лида, там была наша родная планета.
– Была?
– насторожилась я. Неужели война, их поработили и изгнали? И что это за система? Не слышала о ней.
– Да. Сотни лет этой трагической истории. Звезда наша остыла, что принесло смерть нашей системе и миру в частности. Планета умирала два года, постепенно пустея и погружаясь во мрак и безжизненный холод. Столько времени было отведено нашему народу, чтобы успеть спастись. Был хаос и отчаяние. Выручили нас стархи из потока левиоров, именно эти вечные путешественники и предложили стать космическими колонистами. Так началась эпопея переселения, но удобные для жизни миры в большинстве своем заняты, нам приходилось искать себе дом среди планет с более суровыми условиями. Так стархи смогли обжить спутник Галидоса Ваэл и небольшую холодную планету в той же звездной системе - Трильзан. Но тогда у нас были хранители и проводники, поэтому все получилось...
Старх сидел неподвижно, глубоко задумавшись и уставившись взглядом в одну точку. А я, внимательно ловя каждое слово,
– Одним словом, обжитые территории небольшие, поэтому до сих пор есть стархи из этого потока, которые продолжают искать новый мир для нас. Возможно, таким миром станет Иволон, - быстро закруглился он.
Очень хотелось расспросить Грифа о тех древних кастах, узнать, почему они исчезли, но почувствовала, что он не хочет говорить об этом. Кроме того, уже советовал мне расспросить Рида. А еще я не могла не отметить, что он изменил ко мне отношение - стал доверять, воспринимая как свою, рассказывать о прошлом. Доедая уже остывшую похлебку, обратила внимание на сильно подросшие ногти на руках.
– А ножницы у вас есть?
– сразу уточнила у собеседника.
– Ножницы? Для шкур только, - удивился Гриф.
Вряд ли такие подойдут. Но решив не заострять на этом моменте внимание старха, быстро озадачила его другим вопросом:
– Но тут же нет настоящей атмосферы? Это не опасно в будущем? Не станет уязвимым местом этого мира?
– Нам к этому не привыкать, на нашей родной планете атмосфера так же была искусственной, так что мы знаем и умеем решать эту сложную задачу. Сейчас основные 'легкие' под убежищем, и все жители Иволона платят налог на их содержание и обслуживание Руензу. Но в свободных шахтах, и Рид это поддерживает, планируют установить и собственные генераторы атмосферы - на всякий случай! Так что опасаться потери воздуха не стоит, - убедительно заявил Гриф.
Да уж, стархи привыкли к полному самообеспечению.
Покончив с обедом, я отправилась кормить оленей, а Гриф понес еду и питье вниз, нашим усердным работникам. Потом немного прибралась в зале, не зная, стоит ли как-то готовиться к ожидаемому сегодня появлению представителя гильдии. Почти тут же снизу пришли трое стархов: Рид, Гриф и Нил.
– Витара, - Рид первым делом подошел ко мне.
– Выспалась?
– Да, основательно, - улыбнулась я.
Рид, интересно склонив голову, некоторое время недоуменно рассматривал меня, а потом предупредил:
– Скоро Руенз приедет и еще несколько незнакомых стархов.
Руенза я была очень рада повидать, если бы еще не повод встречи, который напрягал меня неимоверно.
– Все ведь получится?
– стремясь хоть как-то обнадежить себя, уточнила у Рида, который вынимал из мешка чистую одежду.
– Будем стараться, - деловито и сосредоточенно пообещал он. И тут же ушел мыться.
Вскоре, быстро перекусив, Рид и Нил принялись изучать какие-то документы, явно готовясь к встрече. Прозвучал звуковой сигнал, как оказалось, возвещавший о появлении гостей. Нил сразу прошел к висевшему возле двери дисплею визуального наблюдения.
– Руенз, Кред и Вилас, - кратко проинформировал он, а спустя полчаса и впустил внутрь... одного Руенза.
А двум оставшимся за второй дверью Гриф вынес по кружке теплого питья и похлебки. Вернувшись, проходя мимо меня, подмигнул и заговорщицким тоном сообщил:
– Наконец-то, кто-то заметил мясо!
А я смутилась, опасаясь, как бы это не приняли за негостеприимный жест. Решив в такой ответственней момент никому не мешать, тихонько сидела на тюфяке, наблюдая за мужем. Было очень тревожно.