Чтение онлайн

Но как пробежать эту сотню шагов до воды? Ведь это был едва ли не самый опасный момент в задуманном предприятии: ее мог заметить Тексар или невольник, который остался на острове.

К счастью, справа от вигвама начиналась густая заросль тростника вперемежку с кустарником. Она тянулась до самого берега и оканчивалась в нескольких ярдах от того места, где должна была находиться лодка.

Зерма решила укрыться в этой чаще, что немедленно и сделала. Кусты раздвинулись, приняли беглянок и тотчас вновь сомкнулись за ними. Собачий лай к тому времени уже умолк.

Пробираться сквозь колючий

кустарник было довольно трудно. Зерма в клочья изорвала все платье, до крови исцарапала руки, но девочку она старалась уберечь. Что значили для мулатки уколы этих длинных шипов? Она не обращала никакого внимания на боль. Девочка была тоже немного исцарапана, но не плакала и ни разу не пожаловалась.

Чтобы добраться до пролива, Зерме понадобилось не менее получаса, хотя все расстояние не превышало и шестидесяти ярдов.

Тут она остановилась и поглядела сквозь камыши в сторону вигвама, потом в сторону леса.

На острове под высокими деревьями никого не было видно, на противоположном берегу — тоже. Тексар и его спутники углубились уже, вероятно, на одну-две мили в лесную чащу. Они возвратятся не раньше как через несколько часов, если только не встретят по пути отряд северян.

Однако Зерме не верилось, чтобы ее оставили в вигваме одну, без всякого надзора. Не мог же в самом деле Тексар, прибывший накануне со своими сторонниками, ночью покинуть остров, да еще и взять с собою ищейку? Наконец она сама слышала лай — значит, собака рыщет где-то здесь поблизости. Тексар или его ищейка могли появиться в любую минуту. Но, может быть, поторопившись, она все же успеет добраться до кипарисового леса?

Читатель, вероятно, помнит, что, наблюдая за тем, как отряд испанца переправлялся через пролив, Зерме не удалось заметить, куда девалась лодка. Высокий берег и густой тростник скрывали от нее поверхность воды.

Но мулатка была твердо уверена, что кто-нибудь из негров привел лодку обратно к острову. Ведь это нужно было, чтобы сделать вигвам недоступным для солдат капитана Гауика, если бы им удалось обойти южан.

Ну, а если лодка осталась все же на том берегу, если Тексар предпочел не отправлять ее обратно, чтобы при появлении федералистов можно было скорее добраться до острова, — как переправится тогда мулатка на противоположную сторону? Может быть, скрываться здесь в лесу? Дождаться, пока испанец покинет остров в поисках другого убежища в Эверглейдсе? Но если он и примет такое решение, он сделает сперва все от него зависящее, чтобы снова захватить в свои руки Зерму и ребенка. Итак, оставалось одно: воспользоваться лодкой и на ней переплыть через пролив.

Чтобы добраться камышами до берега, Зерме нужно было пройти не более пяти-шести ярдов. Дойдя до самой воды, она остановилась…

Лодка оказалась на противоположном берегу.

Положение было отчаянное. Как перебраться на ту сторону без лодки? Самый смелый и искусный пловец мог бы отважиться на это лишь с огромным риском для жизни. Пролив, правда, был не широк, футов сто, не больше, но переправиться через него вплавь было невозможно. Там и сям змеи высовывали из воды свои треугольные головки, и водоросли кишели отвратительными гадами.

Бедняжка

Ди в ужасе прижималась к Зерме. О, если б для спасения девочки достаточно было отдать себя на съедение этим чудовищам, которые опутали бы ее всю, точно гигантский спрут с тысячью щупальцами, мулатка, не задумываясь, принесла бы эту жертву.

Но спасти ребенка могло только чудо, а чудеса творит один лишь бог. Он — их единственная надежда! И, упав на колени, Зерма стала молить того, кто посылает людям спасительный случай.

С минуты на минуту у опушки леса мог появиться кто-нибудь из людей Тексара. С минуты на минуту оставшийся на острове Тексар мог войти в вигвам и, не найдя там ни Зермы, ни Ди, пуститься в погоню за ними.

— Боже мой! — вскричала несчастная женщина. — Смилуйся над нами!..

Случайно она бросила взгляд вдоль пролива направо.

Медленно катились воды его к северной части озера, где берут начало несколько притоков Калаочатео, одной из множества мелких речушек, впадающих в Мексиканский залив и питающих водою озеро Окичоби во время больших ежемесячных приливов.

Увлекаемый тихим течением, по воде плыл большой древесный ствол, и в ту минуту, как Зерма взглянула в сторону пролива, его как раз прибило к самому берегу.

«Не переправиться ли на нем через пролив», — мелькнула мысль у Зермы. Изгиб берега несколькими ярдами дальше отклонял течение в сторону кипарисового леса; Да, конечно, надо было воспользоваться плывущим деревом. Даже если попытка не удастся и дерево будет снова отнесено к острову, положение беглянок от этого хуже не станет.

И, не раздумывая больше, словно повинуясь какому-то наитию, Зерма кинулась к плывущему стволу. Начни она размышлять, она вспомнила бы, вероятно, что вода кишит сотнями ядовитых гадов, что ствол может запутаться в водорослях и застрять посреди пролива. Да, но все это было не так страшно, как оставаться на острове! И Зерма, держа девочку на руках, перепрыгнула на дерево и, ухватившись за его ветви, оттолкнулась от берега.

Ствол снова поплыл, и течением его понесло к противоположному берегу.

Зерма старалась спрятаться в ветвях плывущего дерева. Впрочем, оба берега были пустынны. Ни со стороны острова, ни со стороны леса не доносилось ни звука. Только бы переплыть пролив, а там мулатка знала, что ей делать. Она отыщет какое-нибудь убежище, в котором дождется наступления ночи, и тогда уже, не рискуя быть замеченной, проберется в лес. Надежда вернулась к ней. Ей не страшны были даже пресмыкающиеся, то и дело высовывавшие из воды свои отвратительные головы и шнырявшие среди погруженных в воду ветвей плывущего дерева.

Девочка закрыла глаза. Одной рукой Зерма прижимала ее к груди. В другой руке она держала наготове нож.

Но змеи не осмелились броситься на беглянок, потому ли, что их пугал нож, сверкавший в руке у Зермы, или же потому, что они могут причинять вред только в воде.

Древесный ствол доплыл, наконец, до середины пролива, а потом его стало относить течением к лесу. Еще четверть часа — и если только он не застрянет, запутавшись в водорослях, его прибьет к противоположному берегу. И тогда, как бы ни были еще велики подстерегавшие Зерму опасности, она уже будет недосягаема для Тексара.