Сети
Шрифт:
ТТ: «А если я хочу не только здесь?»
Ангел: «Мы это уже обсуждали»
ТТ: «Я сразу сказал, что подниму тему снова»
Ангел: «Очень не вовремя… И мне нужно идти»
ТТ: «Ангел, даже не смей так уходить»
Ангел: «Мне вправду нужно идти. Я постараюсь быть вечером, идёт?»
ТТ: «Не идёт. Мне что теперь, мучиться, дожидаясь тебя?»
Ангел:
ТТ: «Иногда мне хочется тебя убить…»
Ангел: «Потом. Как-нибудь»
ТТ: «Ангел. Не уходи так. Скажи мне что-нибудь ещё»
ТТ: «Ангел, ты здесь?»
ТТ: «Ангел?»
Музыка била по барабанным перепонкам. Глухие они там все, что ли? Или это такая диверсия имени Игоря Макарова? Лера прищурилась, включив ночник. Всё равно больше не заснуть. На часах – пятый час утра, а она совершенно не привыкла к такому образу жизни. Прошлая ночь не в счёт – сказалась долгая дорога и потрясение, которое ей довелось пережить. И ведь так уютно устроилась на постели и крепко заснула каких-то три часа назад.
Чёртов Макаров, будь он неладен! Лера накрылась одеялом с головой, высунула руку, пошарила на прикроватном столике и, утащив сотовый в своё убежище, включила аську. ТТ оффлайн. Жаль. Пожалуй, за последние несколько дней он был единственным светлым пятном во всём, что происходило с Лерой. Да, она прекрасно отдавала себе отчёт в том, что это ненормально. И даже поначалу, когда у них всё только завязалось, попыталась прекратить виртуальный роман. Не смогла. Уже через полдня её начало ломать. А от мыслей о том, что за это время ТТ найдёт себе другую собеседницу, внутри Леры родилась ревность. Вполне такая обычная женская ревность. Общение ненастоящее, а вот чувства – самые, что ни на есть, реальные.
А дальше её утянуло в сеть. Жёстко так, по-взрослому. Некоторое время она ещё лгала себе, что в их общении с ТТ нет ничего серьёзного, но потом поняла, что влюбилась. Ненормально, так, как не должно было быть, но влюбилась. И дело было вовсе не в крышесносном сексе. Валерия была влюблена в собеседника, в их игру, в их общие фантазии. Да она, кажется, даже от придуманного ею же тона, с которым ТТ произносил её имя, с ума сходила.
ТТ: «Дождь люблю. И ветер. И зиму, когда снег падает. А ты?»
Ангел: «Я зиму совсем не люблю. Не моё время года. А дождь и ветер нравятся»
ТТ: «А мне нравишься ты. С каждым днём всё больше»
Ангел: «М-м-м, даже не знаю, как на это реагировать»
ТТ: «Почему?»
Ангел: «Меня пугают такие вещи. Особенно, когда сама чувствую то же самое.»
ТТ: «Девочка моя… Ты не представляешь, что со мной делаешь.»
Ангел: «Расскажи»
ТТ:
Ангел: «Это плохо?»
ТТ: «А ты как думаешь?»
Ангел: «Если бы я знала ответ, не спрашивала бы у тебя»
ТТ: «Это ахриненно. И одновременно херово»
Ангел: «Почему херово?»
ТТ: «Потому что ни на кого больше смотреть не могу»
Ангел: «У тебя ни с кем ничего не было за это время?»
ТТ: «Ты про то, трахал ли я кого-то в реале?»
Ангел: «Да»
ТТ: «Трахал»
Ангел: «Мммм))))»
ТТ: «Это другое»
ТТ: «Кардинально другое»
ТТ: «Если бы была рядом – ни на кого бы смотреть близко даже не стал»
ТТ: «Ангел?»
Ангел: «Я думаю»
ТТ: «О чём?»
Ангел: «Первое – ревную я или нет»
ТТ: «И как?»
Ангел: «Не ревную»
ТТ: «Ясно. Второе?»
Ангел: «Если бы ты знал, что я сплю с другим?..»
ТТ: «Убил бы обоих»
ТТ: «Шутка. Ревновал бы»
Ангел: «Сильно?»
ТТ: «Безумно»
Лера улыбнулась, выходя из сети. Иногда, когда ТТ был оффлайн, а она начинала испытывать желание снова его «услышать», открывала историю их переписки и начинала перечитывать. В тот раз ТТ признался ей в том, в чём она сама бы никогда ему не созналась первой. Она ему нравилась. В чём для него заключалось значение этого слова, Лера не знала. Но ей хотелось думать, что для ТТ она особенная, не такая как все. Она и чувствовала себя с ним особенной. В их мире, который менял очертания под влиянием их общей фантазии, она была единственной для ТТ и очень много для него значила.
– Да что же такое… – простонала Лера, вылезая из кровати. От басов, громкого смеха и женского визга у неё начала раскалываться голова. Она поднялась, накинула на себя халатик и решила пойти посмотреть на то, как развлекается Макаров. Задаваться вопросом: «делает ли он это специально или же вечеринки – его обычное времяпровождение? – не стала. Ясно было, что Макаров, мастер на все руки, и вполне может совмещать приятное с полезным.
– А! Лерчонок! – крикнул он, когда заметил её, стоящую на нижней ступеньке лестницы. В голосе Макарова слышалась откровенная издёвка. Ну, или снисходительность. – Давай к нам. У нас тут весело.