Чтение онлайн

— Нет.

Все это время Мофиамид сидел на палубе, неотрывно глядя на солнце. Он не ел и не пил ничего. Кургеш прошел в каюту и из своего мешка достал сосуд с темной жидкостью. Он налил в кружку воду и добавил туда несколько капель этой жидкости. Протянув кружку Мофиамиду, он сказал:

— Пей.

Мофиамид без слов выпил. Кургеш завязал ему глаза, затем сел возле каюты.

Джемах тем временем купался в озере.

Прошло полчаса. Кургеш встал, прорезал две щели в тряпке, которой было обтянуто дно ящика и круглое отверстие на противоположной грани. Затем он взял ящик, надел его на

голову Мофиамида и закрепил его. Убедившись, что пропеллер крутится исправно, Кургеш сунул руки в ящик и снял повязку с глаз священника.

Элво попытался что-то спросить, но Герд приказал ему молчать.

Прошло десять минут. Кургеш подошел к Мофиамиду и стал петь тихим голосом:

— Покой. Отдыхай, ни о чем не думая. Сон сладок. Все твои неприятности и страх исчезнут, растворятся во сне. Так хорошо расслабиться, успокоиться и забыться.

Пропеллер перестал вертеться, когда стих ветер, Кургеш стал подкручивать его пальцем, и внутри ящика диск со спиралями вертелся перед глазами Мофиамида.

— Спираль вертится, — бубнил Кургеш, — она ввинчивается внутрь, она и тебя перенесет внутрь, и ты отдохнешь в покое. И я скажу тебе: как приятно расслабиться, когда знаешь, что ничто не может повредить тебе. Может кто-нибудь или что-нибудь принести тебе вред?

Из ящика донесся голос Мофиамида:

— Нет.

— Ничто не может повредить тебе, пока я не прикажу, и теперь вокруг тебя только мир и покой и радость от того, что ты можешь помочь своим друзьям. Кому ты хочешь помочь?

— Своим друзьям.

— Твои друзья здесь. Твои друзья — это мы, и мы единственные твои друзья. Помни, они разорвали твои узы и принесли тебе покой.

Кургеш разрезал веревки, связывавшие руки и ноги Мофиамида.

— Как хорошо быть счастливым рядом с друзьями. Ты счастлив?

— Да, я счастлив.

— Спираль ввинчивается в твой мозг, и твое внимание устремлено только туда. Единственное, что связывает тебя с внешним миром, это мой голос. Теперь ты должен забыть обо всех, кроме своих друзей. Только твои друзья, которые дали тебе покой и мир, должны занимать твое внимание. Кому ты доверяешь? Кому ты хочешь помочь?

— Своим друзьям.

— А кто они и где?

— Они здесь.

— Да, конечно. Сейчас я сниму ящик с твоей головы, и ты увидишь своих друзей. Когда-то очень давно у тебя с ними были небольшие разногласия, но теперь все кончилось. Твои друзья здесь, а все остальное неважно.

Кургеш поднял ящик с головы Мофиамида.

— Дыши свежим воздухом и смотри на своих друзей.

Мофиамид глубоко дышал и переводил взгляд с одного лица на другое. Глаза его остекленели, зрачки сузились, возможно, под действием наркотика Кургеша.

— Ты видишь своих друзей? — спросил Кургеш.

— Да, они здесь.

— Конечно. Теперь ты один со своими друзьями и хочешь помочь им во всех их делах. Раньше у тебя была нехорошая жизнь, и твои друзья хотят узнать о ней и обо всем, что было раньше, чтобы помочь тебе остаться в мире и покое. Между друзьями нет тайн. Как твое культовое имя?

— Инвер Элгол.

— А твое личное имя, которое известно только тебе, и теперь ты хочешь назвать его своим друзьям?

— Тотулись Амедио Фалле.

— Как приятно делиться тайнами с друзьями.

Это облегчает душу. Куда Полиамид водил ауткеров?

— Роза и Золото.

— А, конечно! А что это такое?

— Это центр тренировки эрьинов.

— Должно быть, интересно побывать там. Где это место?

— В горах Аль Фадор к западу от порта.

— Именно туда водил Полиамид ауткера Утера Маддука?

— Да.

— Для нас есть опасность?

— Да, очень большая.

— Как нам избежать ее?

— В Аль Фадор нам не пройти.

— Утер Маддук и Полиамид прошли в Аль Фадор и вернулись целые и невредимые. Можем мы сделать то же самое?

— Они видели Аль Фадор, но не приближались.

— Мы сделаем так же, если это безопасно. Как туда ехать?

— Юго-запад.

Повозка неслась по сараи. Мофиамид сидел, скорчившись в углу каюты, апатичный и молчаливый. Элво с удивлением смотрел на него. Что происходит в мозгу священника сейчас? Элво попытался заговорить с ним, но тщетно. Мофиамид только тупо смотрел на него.

Пять дней от восхода до заката неслась повозка. Даже ночью они ехали, если ночь была светлая. Они пересекли две дороги, проехали то место, где устроили свой первый лагерь в начале поездки, и теперь ехали по сухой наезженной дороге.

Пыль клубилась из-под колес.

Острые вершины вонзались в небо.

Элво стал таким же апатичным, как и Мофиамид. Он уже потерял всякий интерес к проблеме порабощения эрьинов и к ОЭЭ.

Всего лишь день пути до порта номер два и возможного возвращения домой, но он боялся высказать такую мысль. В мысли Джемаха он не мог проникнуть. Джемах всегда оставался загадкой для него. Что касается Кургеша, то теперь Элво окончательно изменил о нем свое мнение. Кургеш был умный и хитрый, он обладал теми способностями, которые требовала от него жизнь в суровой остановке и каких никогда не требовалось от Элво во время его жизни в Олани.

В общем-то, он сейчас был бы не против того, чтобы оказаться в Олани. Чейн Маддук? Это очень милая девушка, хотя голова ее забита всяким вздором. Но сейчас наверняка ей наскучила жизнь в Уайи, и она рада будет сопровождать его в Зинтарру.

Если он будет жив после визита в Аль Фадор… Элво посмотрел на Мофиамида, подумав, насколько он умственно полноценен. Впрочем, такой хитрый человек, как Мофиамид, мог притворяться во время гипноза Кургеша и теперь заманивает их в новую ловушку. Элво не высказал своих подозрений Джемаху и Кургешу. Кто знает, что они подумают о нем после этого?

Вольводы вонзались в розово-голубое небо. Каменистые склоны были покрыты черным колючим кустарником и редкими кривыми деревьями. Когда они остановились на ночь, примерно в пятидесяти метрах от них появился эрьин. Он медленно поднял свои массивные руки и выпустил когти, как бы угрожая. Джемах достал свой пистолет, но эрьин сразу же изменил позу: когти убрались, и он стал как бы ниже ростом, а немного погодя он совсем убрался.

— Любопытное поведение, — заметил Джемах.

Через бинокль он смотрел на удалявшееся животное. Элво повернулся к Мофиамиду. Священник приподнялся и смотрел на эрьина, и вид у него был совсем не подавленный.