Серпентина
Шрифт:
Но она этого не сказала. Она хотела ранить Чжэнь Ни, как та ранила ее. Потому Скайбрайт ответила:
– Идемте. Уже прокричал петух. Я должна вас одеть.
Понурив голову, Чжэнь Ни вернулась в спальню.
Скайбрат шла за ней, чувствуя себя выжатой, пока открывала решетчатые ставни, как делала каждое утро. Слабый утренний свет окрасил спальню в приглушенные тона. Огромна кровать была пуста, на ней валялись подушки и смятая шелковая простыня.
Лэн успела незаметно сбежать.
* * *
Настроение в этот день было подавленным. Чжэнь Ни и Лэн почти не говорили и совсем не смеялись. Они сидели
Чжэнь Ни весь день бросала тревожные взгляды на Скайбрайт, ее губа была прокушена до крови от волнения. Обычно Скайбрайт не давала ей дойти до кровопролития, останавливая и массируя плечи, но сегодня она держалась в стороне и молчала.
Госпожа знала ее достаточно хорошо, чтобы понимать, что она ни за что не выдаст ее и Лэн секрет. Ее верность, несмотря ни на что, была непоколебимой. Но она думала до этого утра, что знает о госпоже все. Но все это ощущалось так, словно она сама от себя что-то скрывала.
Так это и есть становление женщиной? Показывать только приемлемые стороны другим, даже тем, кого любишь?
Скайбрайт весь день дремала, истощенная эмоционально и физически. Чжэнь Ни ничего ей не приказывала, и она лишь следовала за госпожой в беседку в саду у пруда с рыбками, оттуда – в главный зал, а потом к каменным скамейкам под раскидистыми деревьями у водопада. Они ходили повсюду, как молчаливые призраки, а вот Перл и Роза за их спинами общались.
Ей снились короткие, но яркие сны. Она скользила, преследуемая большими нечеткими тенями, страх сдавливал грудь. Когда они с Кай Сеном целовались у ручья, ее душа была объята желанием. Прекрасное лицо Стоуна приблизилось к ней, словно она только проснулась, а он смотрел на нее.
«Ты одна из нас, дочь Опал. Монахи убьют тебя без колебаний».
Скайбрайт вскочила, и подушка, на которой она лежала на скамейке, упала. Чжэнь Ни пристально следила за ней, ее вышивка лежала на коленях. Ее плечи были опущены, но она выпрямилась, когда увидела, что Скайбрайт проснулась. Госпожа робко улыбнулась, но Скайбрайт опустила голову и не ответила на улыбку. Как Чжэнь Ни могла влюбиться в девушку? Госпожа чувствовала к Лэн то же, что и она к Кай Сену? Ее кожу тоже покалывало от прикосновений Лэн? Кровь Чжэнь Ни шумела в ушах, когда они целовались? Это казалось странным для Скайбрайт. Но она знала госпожу и видела, что чувства Чжэнь Ни к Лэн были правдой.
Она все еще злилась на Чжэнь Ни. Но Скайбрайт скучала по госпоже, как по части себя, по своей конечности или органу, скучала по легкости и близости их отношений. Смогли бы они помириться и снова быть близкими подругами? Скайбрайт не была девушкой, с которой Чжэнь Ни росла вместе, которую любила как сестру, которую якобы знала.
Что случится, если она скажет Чжэнь Ни правду, если раскроет свой змеиный облик?
Что там монахи, она точно отвернется от нее.
* * *
Обычные приготовления для сна были выполнены. В этот день купания не было, и Чжэнь Ни об этом не просила. Так что Скайбрайт раздела ее, омыла руки и ноги госпожи розовой водой, а потом вытерла спину ее влажным полотенцем. Привычное занятие в такой тишине
После этого они сели перед туалетным столиком, и она принялась расплетать волосы Чжэнь Ни, расчесывая их, пока пряди не засияли в свете лампы.
– Я никому не скажу, - прошептала Скайбрайт.
Их взгляды встретились в отражении в зеркале.
– Я знаю, - сказала Чжэнь Ни. Она выхватила из рук Скайбрайт расческу и положила ее на столик. – Ты имеешь право злиться. Мы все друг другу рассказывали. Просто… ты была не в себе до этого.
Сердце Скайбрайт сжалось от желания рассказать госпоже правду, но она не могла. Ее секрет стал бы высокой стеной, что разделила бы их навеки. Наконец, она сказала:
– Вы не можете выйти замуж за девушку, госпожа.
Чжэнь Ни вскинула голову и сжала губы.
– Ты права. Не могу. Но я не нуждаюсь в свадьбе.
Скайбрайт покачала головой, чувствуя себя изможденной. Уставшей.
Чжэнь Ни развернулась и поймала ее запястье.
– Мы можем пойти завтра в город и купить украшения для твоих волос? Или устроить пикник у ручья?
– Сейчас середина Фестиваля призраков. Настоятель предупредил о зловещих знаках и опасности в этом году. Думаю, безопаснее оставаться в особняке… и наслаждаться временем с Лэн, - Скайбрайт расстелила шелковую простыню и взбила подушки на кровати, как и любила Чжэнь Ни. – Я не буду вам мешать, госпожа.
Чжэнь Ни отвела взгляд, но Скайбрайт успела заметить густой румянец на ее щеках. Она пожелала ей хорошего вечера и оставила Чжэнь Ни на просторной кровати в одиночестве, напомнив Скайбрайт невесту без жениха.
* * *
– Скайбрайт, - шепот был таким тихим, что она сперва подумала, что ей показалось.
Она давно потушила лампу, но, хоть и была уставшей, поняла, что загруженное сознание спать не собирается. Кто-то снова прошептал ее имя, и это было не похоже на зов призраков. Голос был похожим на Кай Сена. Она быстро обулась в тряпичные туфли и вышла в темный двор. Сладкий запах жимолости заполнил воздух, и она вдыхала глубже, наслаждаясь ароматом.
– Скайбрайт? – его приглушенный зов доносился из дальней аллеи.
Она прошла по узкой тропе и завернула за угол. Кай Сен стоял, как темный призрак, перед самодельным алтарем. Она обновила его перед тем, как идти спать, запах сандалового дерева еще витал в воздухе.
– Что ты здесь делаешь? – прошептала она.
В несколько больших шагов он оказался рядом с ней и крепко обнял. Ее щека оказалась прижатой к его груди, и она уловила знакомый успокаивающий запах. Они стояли так пару минут, пока она не отстранилась.
– Я не знал, где ты спишь. Пришлось надеяться, что ты меня услышишь, - он положил ладонь не ее щеку, и она всем телом ощутила тепло его прикосновения. – Я думал, что ничего не выйдет, но попытаться должен был…
– Моя спальня по другую сторону этой стены, - она склонила голову, чтобы видеть его лицо, но оно было размыто тенью. – Что случилось?
– Голодные духи были правы. Здесь брешь в загробный мир, нежить и демоны пробудились. Я их видел, - он схватил ее за локти, и хватка стала крепче, когда он говорил. – Я убивал их.