Чтение онлайн

Внутри пекло, пекло и от алкоголя, и от гнева, и от страха перед грядущими переменами в ее жизни. Она закрыла глаза, уронила руки вдоль тела и замерла. Через мгновение мужские руки охватили ее, губы впились в ее губы, она почувствовала его небритость, схватила обеими руками за щеки и, закрыв глаза, побежала пальцами по лицу, словно читая шрифт Брайля для слепых. Их поцелуй все длился, даже когда оба уже сбросили с себя одежду и ощутили обнаженной грудью стук другого сердца рядом.

Домой в эту ночь она не поехала. Роману дала согласие и попросила подождать. Совсем немного. Ничего не объясняя.

Но детали его не интересовали. Главным был результат – Тоня рубит канаты, еще немного – и они покинут этот заснеженный Киев, который так и не стал обоим родным, и улетят в Испанию. Не впервые Роман кардинально менял свою жизнь. Он знал, что прожито уже больше, чем осталось, и на последнем отрезке пути он видел рядом с собой именно ее, Антонину. Он хотел ее еще тогда, в молодости, хоть и не был влюблен, видимо, хотел потому, что она не захотела его. Потом, спустя годы, жизнь удивительным образом свела его с Магой, и тот не удержался, спросил об Антонине, впрочем, оба тогда потеряли ее из виду. Затем этот профессор, при котором она прокуковала столько лет. Он просто идеальный чувак, зачем такого бросать, зачем менять спокойную сытую жизнь на попытку построить что-то новое с ним, Романом Тарчинским, трижды женатым и трижды разведенным? Но ведь согласилась!

Роман думал об этом всю ночь и даже под утро, когда они оба уже устали от любви, еды, питья и новых ласк на десерт и Антонина заснула. Еще представлял он себе, как закончит оформление отеля, откроет его, как непременно пригласит Магу, чьи деньги, между прочим, тоже были вложены в этот проект, и как встретит он дорогого гостя вместе с женой…

От этих мыслей Роман даже улыбнулся и удовлетворенно вздохнул. Антонина зашевелилась рядом, повернулась к нему спиной, он обнял ее сзади, прижался, натянул одеяло на плечи обоим и блаженно уснул. Все будет классно. Он сможет!

Все же не ехать домой вообще было невозможно. Должен же состояться какой-то решающий разговор, не мешало бы расставить точки над «i» и определить порядок дальнейших действий, разобраться с юридической стороной вопроса. Антонине было трудно представить, как это будет происходить, но она уже стала на тропу бескомпромиссной войны и хотела определенности во всем. Наконец-то слетели маски! Она еще не определилась, как все это будет объяснено сыну, тем более что теперь из-за Александры все как-то сплелось воедино, но это уже был второй вопрос.

Сидя в машине, она достала из кармана пальто мобильный и посмотрела на экран – шесть пропущенных вызовов. Неплохо! Разблокировав телефон, она удивилась тому, что из всех вызовов ни одного не было от Игоря. Четыре от Вадика и два от Яны. Цинизм этой особы поражал!

Антонина завела двигатель и стала ждать, пока он прогреется. Она снова покрутила в руках мобильный и просмотрела пропущенные вызовы. И только теперь увидела, что, кроме них, пришла еще SMS’ка. Она была от Вадима. Неужели у отца не хватило смелости достучаться до нее самому, попросил подмоги у сына?

Антонина открыла сообщение и замерла, с трудом осознавая смысл прочитанного.

«Мама, где ты? Папа умер. Мы в больнице № …»

Буквы расплылись у нее перед глазами, сообщение казалось глупой, неуместной шуткой, жестокой проверкой на доверчивость, чем-то чужеродным, пришедшим из другого измерения…

Антонина машинально проверила исходные данные сообщения. Получено оно было вчера в 22 часа.

– Господи… – прикрыла

рот ладонью Антонина.

Игорь все же уговорил Яну попробовать блюда японской кухни. Уверил, что это очень здоровая пища, вполне пригодная даже для прооперированных.

– Особенно суп мисо! – показал он пальцем на цветную картинку в меню. – Я распробовал его когда-то в командировке в Корее, там рассказывали, что его непременно дают роженицам, кормящим матерям и больным – для пополнения сил. Вроде ничего особенного, но кунжутное масло, водоросли, морепродукты, паста мисо – все это в сумме и дает такой эффект – ну просто ух!

Профессор улыбнулся Яне, а та, очарованная его неожиданно эмоциональным рассказом, кивнула:

– Ну хорошо, давайте уж ваше «мисо», потому что суши и роллы я пробовала, и не раз, а на супы как-то еще не решалась.

Игорь посмотрел на девушку, сидевшую напротив него за столом, и волна нежности вдруг подхватила его. Ему хотелось заботиться о ней, говорить с ней, бродить по городу, слушать ее рассказы, рассказывать самому, куда-то ездить, что-то открывать для них обоих… А еще захотелось обнять ее, прижать к себе, защитить от всего мира и никогда больше не отпускать…

Но вместо этого он положил меню на край стола, забрал такую же карту из рук Яны, взял ее руки в свои и замер, глядя в глаза этой молодой женщине, которой еще месяц назад вообще не было в его жизни. И не было бы никогда, если бы не Соня Тютюнникова…

Соня… Так звали старшую сестру его львовского соседа, школьного приятеля Жорки. В шестом классе Игорь был в нее тайно влюблен. А Соня тогда уже заканчивала школу. Он шел за ней в тот день, когда Соня с подружками ходили к старому фотографу сниматься на школьный альбом. В белом фартуке, с тугими косами, с ямочкой на щеке и чертиками в глазах – она была прекрасна! У Игоря колотилось сердце, а внизу живота сжималось, когда он думал о ней… Конечно, взрослым девушкам были безразличны такие пацаны, как он, им нравились актеры кино и взрослые ребята-курсанты из Высшего военно-политического училища. Игорь ни с кем не делился своим секретом, даже Жорке не мог рассказать о своих чувствах – тот бы просто высмеял его. «В кого? В Соньку влюбился? Да она глупа как пробка! Мне ли этого не знать?» – сказал бы он, ведь какой младший брат видит в старшей сестре объект восхищения? Но благодаря дружбе с Жоркой отчаявшийся Игорь и смог украсть то черно-белое фото для ее выпускного альбома. А Соне пришлось идти к фотографу и платить за новые отпечатки сохраненного им негатива.

Потом пути их разошлись, семья Тютюнниковых оказалась в Израиле, а с Жоркой он встретился однажды в Германии. Там в пабе, за кружкой пива, Игорь рассказал ему, уже толстому и лысому, о своей первой любви и об украденной фотографии. И тогда же узнал, что Соня несколько лет назад умерла от рака, оставив Игорю на память фотку и имя, которые пригодились в его нелепом плане пробудить беспробудное…

Все эти мысли пронеслись в голове профессора Соломатина за несколько минут, пока он держал Янины руки в своих. Но миловидная официантка в кимоно подошла принять заказ, и лопнули мыльными пузырями воспоминания, Яна забрала свои руки и сложила их на коленях. И не потому, что ей было неприятно, а просто стало неудобно перед юной официанткой лет двадцати, которая спрятала в уголках губ улыбку и нарисовала на лице высшую степень внимания к клиенту.