Сердцеед
Шрифт:
Дайс кивнул, и байкеры расступились, дав им пройти к выходу. Чейз вздохнул с облегчением. Слоун притормозила и вдруг дернула его за руку так, что он остановился.
Она оглянулась на Дайса, его дружков и пожилого мужчину, который комментировал их игру в пул, как будто ничего не произошло.
— Эй, Эрл, — позвала Слоун.
Чейз напрягся, сжал ее руку мертвой хваткой, зная заранее, что не в силах остановить ее.
— Увидимся в пятницу. — Она махнула свободной рукой. — И если
С него было довольно. Чейз рванулся к двери, таща за собой Слоун. Уже на улице, чувствуя, что они в безопасности, он схватил ее за плечи.
— Ты ненормальная! — крикнул он и тряхнул ее как следует. — Ни за какие коврижки я не позволю тебе вернуться сюда в пятницу. Только не после того, как я спас от этих кретинов твою прекрасную…
Она взглянула на него большими и невинными глазами.
— Спасибо за комплимент. — Как она ни старалась, она не смогла сдержать улыбки.
— Я не это имел в виду.
На этот раз она открыто рассмеялась, легкомысленный смех только разозлил его еще больше.
— Я знаю. Спасибо, что спас меня. Правда. — Она дотронулась до его щеки. — Никто даже близко не обращался так со мной или с моей…
— Прекрасной задницей? — Он не хотел отпускать ее без наказания.
— Подбор слов не в моем вкусе, но в общем-то да. — Она плотнее завернулась в его куртку.
— Извини за ту нелепую сцену, — сказал он.
— Ничего, — ответила она, на щеках ее заиграл румянец.
Он удивленно покачал головой. Что это за женщина, Слоун Карлайл, дочь видного политика, которая производила впечатление хрупкой китайской куколки, а на самом деле обладала таким твердым характером, какой он редко встречал даже у мужчин?
Но мужчиной был он, и он должен держать ситуацию под контролем. Хотя бы отчасти.
— Ты не должен был искать меня, но ты нашел. И не говори мне, что ты сделал это из-за обещания, данного моей мачехе, — сказала она.
Он поморщился. Она загнала его в угол. И правда, никто не заставлял его, рискуя собой, разыскивать Слоун. Он сделал это по собственной воле, потому что волновался за нее.
Все эти эмоции выводили его из равновесия. И он знал только один способ избавиться от них — вернуться к своей работе. Только работа давала ему уверенность в себе и возвращала чувство реальности.
— Поехали домой. Она кивнула.
— А по дороге ты можешь рассказать мне, почему для тебя так важно встретиться с Самсоном.
В ее глазах появился страх.
— Но…
— Никаких возражений. Я подставлял свой зад компании байкеров не для того, чтобы оставаться в неведении.
Она опустила голову.
— Это личное, Чейз. Очень личное.
Просьба в ее голосе терзала ему душу,
— Ты хочешь вернуться сюда в пятницу? — спросил он.
— Да, хочу, — кивнула она.
— Тогда, если в твои планы не входит, чтобы я взял наручники Рика и приковал тебя ими дома, ты должна мне все объяснить. Иначе я не позволю подвергать нас опасности.
— Я планировала переночевать в отеле.
— Нет. — Он не мог упускать ее из виду.
— Ты не обязан меня опекать, что бы ты ни наобещал Мэдлин.
Он сжал ее руку:
— В Йоркшир-Фоллзе нет отелей, ты не вернешься в Харрингтон без меня. Разговор окончен.
— Хорошо. — Она согласилась для вида, зная, что потом сумеет сделать по-своему. — Спасибо.
Он проворчал что-то в ответ.
Слоун сжала зубы и направилась к машине Чейза. Она согласилась ехать вместе с ним, а он обещал забрать ее машину от клуба утром. Раз уж он ее спас, она должна уступить.
Например, вместо того чтобы переночевать в отеле, она останется у него. Интересно, подумала она, есть у него комната для гостей или он планирует спать вместе с ней после того представления в баре. Если это то, чего он хочет, она знала, что сопротивление бесполезно.
Холодный ветер пронизывал ее до костей. Нечто подобное она испытала там, в баре, с Чейзом. Она задрожала, вспомнив, как он стоял между ее ног, смотрел на нее сверху вниз взглядом хищника. Может, в глазах Дайса это и было представление, но Чейз вел себя так, как будто они были одни.
Увидев, что ей холодно, он снял куртку с ее плеч и помог ей просунуть руки в рукава.
— У тебя зубы стучат.
— А ты хороший парень.
Он нахмурился.
— Не сердись, я и не представляла себе, насколько хороший.
Так же она не представляла себе, что сказать ей о своей связи с Самсоном. С одной стороны, он мог бы ей помочь, и его вопросы не выходили за рамки здравого смысла. С другой стороны, это было самым интимным, самым болезненным моментом в ее жизни. Зачем же делиться им с Чейзом, почти чужим человеком, да еще журналистом?
— Сюда. — Он показал на припаркованный автомобиль, и она почти побежала к нему, чтобы поскорее укрыться от холода.
— Чейз! — раздался вдруг женский голос, и Слоун увидела симпатичную брюнетку, которая приветствовала Чейза поцелуем в губы.
Слоун почувствовала неприязнь к брюнетке, находившейся, очевидно, в близких отношениях с Чейзом, в отношениях, которые позволяли такой откровенный поцелуй. Впрочем, это смешно. У него была своя жизнь, а она по-прежнему оставалась женщиной на одну ночь.