Чтение онлайн

Она с трудом поднялась на ноги.

– Я позову его. Позвать?

Тут Люк снова проговорил что-то неразборчивое. А потом вдруг прокричал:

– Шеймус, посмотри, что они сделали! Посмотри, что эти ублюдки сделали со мной! – Он вытянул руку с искривленными суставами пальцев, а затем уже спокойным голосом проговорил: – Я не могу оставаться в море с одной рукой. Но я не позволю им, не позволю… Давай же, сделай это сейчас… Все сразу. Клянусь, я вытерплю. Обещай, что выпрямишь пальцы, чтобы я смог однажды сомкнуть их на

горле этого сукина сына. Обещай же, Шеймус, и сделай это быстро. Сейчас же. – Он закрыл глаза, словно готовился к сильнейшей боли.

Элиза осторожно взяла его дрожащую руку и поднесла к своей влажной от слез щеке.

– Никто не причинит вам боли, капитан. Это только воспоминания о прошлом. – Ее губы коснулись его пальцев, сердце же, казалось, разрывалось при мысли о том, какую страшную боль ему пришлось вытерпеть. – Успокойтесь, Жан Люк. Это лихорадка вызывает страхи.

Его пальцы коснулись ее подбородка. Когда Элиза взглянула на него, ей показалось, что в глазах Люка появилась осмысленность, и он внимательно смотрит на нее.

Затем с глухим мучительным криком он привлек ее к себе и крепко обнял. Она почувствовала его неистовые поцелуи на своих щеках и услышала тихий стон, когда он прильнул губами к ее уху.

– О, Ивонна. Ивонна, я очень сожалею. Прости меня. Я не смог защитить тебя. Я отомщу за тебя. Я никогда больше не смогу никого полюбить.

Осторожно высвободившись из объятий Люка, Элиза внимательно посмотрела на него.

Кто такая Ивонна? Возлюбленная Люка? Жена? Он, наверное, очень любил ее.

Немного помедлив, Элиза проговорила:

– Жан Люк, я не ваша Ивонна.

Он пристально посмотрел на нее и вдруг всхлипнул:

– Ты не Ивонна?

– Нет, я Элиза.

Люк покачал головой, видимо, он не узнал ее. Потом прикоснулся кончиками пальцев к ее губам и прошептал:

– Ты очень красивая. Ты ангел?

Она улыбнулась:

– Нет.

И тут он заявил:

– О, простите, мадемуазель. Вы шлюха, не так ли?

Элиза хотела возразить, но Люк продолжал:

– Пардон, красавица. Я ввел вас в заблуждение. У меня нет денег, чтобы потратиться на вас и ваших подруг. Я должен идти.

Он начал приподниматься на локтях, но Элиза удержала его, приложив руку к его груди:

– Лежите, капитан. Вам надо отдохнуть.

Он откинулся на подушку и проговорил:

– Благодарю, вы очень великодушны. – Глаза его закрылись, но тут же снова открылись. – Однако я занял вашу постель, не так ли?

Стараясь успокоить его, Элиза сказала:

– Мы разделим ее, если вы не возражаете.

Он кивнул и чуть подвинулся, освобождая для нее место. Не в силах противиться, Элиза прилегла рядом с ним – и ахнула, когда он крепко обнял ее, так что ее голова оказалась на его плече. Она прижалась к нему покрепче и тотчас же услышала его голос:

– Спокойной ночи, мадемуазель.

– Спокойной ночи, Жан Люк, –

ответила Элиза хрипловатым шепотом.

Вскоре Люк уснул, а Элиза, охваченная волнением, по-прежнему лежала без сна.

Так вот, значит, каково спать с мужчиной…

Она никогда ни с кем не делила постель, разве что со щенком спаниелем, когда была маленькой девочкой. Но это совсем другое дело. Сейчас же она чувствовала жар мужского, тела и биение сердца Люка, чувствовала его мускулистую обнаженную грудь. Он крепко спал, и она могла бы ускользнуть, не потревожив его, однако что-то ее удерживало.

Отдавшись своим ощущениям, Элиза закрыла глаза.

Но даже наслаждаясь объятиями капитана, она отчаянно молила Бога, чтобы скорее пришло спасение… Пока еще не поздно.

Джонатан Прайн запер контору в обычное время. Но вместо того, чтобы отправиться в пансион, он украдкой свернул в темный переулок – и оказался в объятиях своей возлюбленной. Их поцелуй был поспешным и потому не очень-то страстным. Джонатан почти сразу же высвободился из объятий Филомены и вновь услышал слова, которые игнорировал все последние дни:

– Джонатан, мы должны действовать решительно. Слишком рискованно продолжать наши тайные встречи. Ты забыл, что меня могут легко узнать… и тогда все пропало.

В последнее время она говорила довольно резким тоном, и это очень ему не нравилось. Едва заметно нахмурившись, он пробормотал:

– Дорогая, ты же знаешь, что тайные встречи ужасно огорчают меня. Почему мы не можем открыто прийти к твоему отцу?

Ее смех показался ему оскорбительным.

– Ты не знаешь моего отца. Он никогда не согласится на наш брак.

– Но подумай, как он тревожится… Ведь он думает, что его дочь – в руках пиратов-головорезов.

Филомена весело рассмеялась; ее очень забавляла мысль об отчаянии отца. Это было справедливое возмездие за все неприятности, которые он причинил ей. Ласково улыбнувшись своему возлюбленному, она сказала:

– О, Джонатан, неужели ты думаешь, что я не хотела бы пойти по иному пути? Я знаю, ты сможешь со временем доказать отцу, что достоин моей руки, но сейчас у нас нет выхода. Разве было бы лучше, если бы я находилась в Англии?..

Он тяжко вздохнул. И вдруг сжал ее в объятиях с такой силой, что она взвизгнула от восторга.

– О, Джонатан, любовь моя, ты должен понять, что для нас не существует иного пути к браку. Само провидение вмешалось в нашу судьбу, предоставив возможность освободиться от гнета моего отца. Никто не подозревает, что глупый капитан тайно высадил меня на берег, полагая, что спасает мою жизнь.

Вспомнив о мужской доверчивости, Филомена снова засмеялась. Она полагала, что мужчин обмануть совсем не трудно. Всех, кроме ее отца. Вот почему этот обман доставлял ей особое удовольствие. Немного помолчав, она продолжала.