Чтение онлайн

— Долгонько мы спали, — засмеялся командир. — Больше половины пути позади.

— Неужели?

— Посмотри на приборы. Мы уже прошли орбиту Юпитера.

— Значит, скоро торможение?

— Конечно.

— А что с Шурой? Она не просыпалась?

— Надо посмотреть, — заволновался Огнев, — я сейчас встану…

— Успокойтесь, — послышался веселый голос девушки. — Я проснулась раньше вас обоих…

…Шли часы. С экранов не сходило изображение Сатурна. Телескопическая установка увеличила его. На черном фоне ярко засверкали ослепительные кольца, поплыли шарики спутников.

— Сколько

ни смотрю на Сатурн, всегда удивляюсь, — прошептал Огнев, глядя на экран телескопа.

— Почему, капитан? — заинтересовалась Шура.

— Всмотритесь в кольцо. Какая ювелирная точность! А цвет, блеск? Почему оно разное в каждом, поясе? Если это — остатки когда-то взорвавшегося спутника, то почему они расположились в пространстве с такой геометрической точностью? Никто из астрономов не мог дать на эти вопросы удовлетворительного ответа,

— Неужели вы хотите сказать…

— Иван! — заглушая голос девушки, загремел бас Андрея. Курс сходится с расчетным в пределах двух секунд. Торможение через пятнадцать минут.

— Расхождение скорректирую при торможении, — ответил Огнев, — а сейчас прошу по местам.

— Снова спать? — поморщилась Шура.

— На этот раз недолго, — улыбнулся Огнев. — Перед посадкой на Мимас я вас разбужу. Автоматы…

Командир не успел закончить — страшный удар встряхнул ракету, будто она наскочила на невидимую скалу,

Единственная возможность

Космонавты замерли. На пульте замелькали красные сигналы тревоги. В коридоре завыла сирена,

— Метеорит, — хрипло сказал побледневший Огнев, посмотрев на приборы. — Баки с горючим пробиты. Андрей! Вычислительная система работает?

— Да.

— Вычисли быстроту утечки горючего. Хватит ли его для торможения? Я осмотрю двигатели.

Огнев вышел в коридор. Электронная машина, помигав разноцветными огоньками, равнодушно выбросила ленту с колонкой цифф. Андрей, взглянув на результат вычисления, молча опустил голову.

— Конец? — тронула Шура его за плечо.

— Не знаю. Надо подумать.

Вошел Огнев.

— Пробоину закрыть нельзя. Боковые двигатели вышли из строя. Мы падаем на Энцелад — первый спутник Сатурна.

Он быстро пробежал глазами ряд цифр на поданной ему Андреем ленте, взглянул на хронометр.

— Нормальное торможение невозможно. Но у нас есть десантная ракета. Андрей? Поручаю это тебе. Вы с Шурой…

— А вы, капитан? — воскликнула девушка.

— Спокойно. Я попробую спасти «Разум».

Савенко молча кивнул головой.

— А если это мне не удастся… Тогда приказываю возвращаться на Землю. На Энцеладе можно найти горючее. Выйдя на земную орбиту, пошлете радиограмму. Все. Торопитесь!

Огнев обнял товарищей и слегка подтолкнул их к дверям.

— Скорее, Шура, — п отянул девушку за руку Андрей. — У нас только одна минута — через минуту должно было начаться торможение.

Задыхаясь от быстрой ходьбы в тяжелых скафандрах, Шура и Андрей заняли места в каюте десантной ракеты. Андрей включил двигатели. Секунда — и ракета вырвалась на свободу. Сила перегрузки прижала космонавтов к креслам. В глазах потемнело, но Шура сквозь туман видела увеличивающийся с каждым

мгновением диск Энцелада, гигантский шар Сатурна, и на его фоне «Разум», несшийся с огромной быстротой навстречу спутнику.

— Андрей! — ужаснулась Шура. — Что он делает? Почему не тормозит? «Разум» врежется в Энцелад!

— Тихо, Шура. Я понимаю его. Тормозить надо у самой поверхности, чтобы хватило горючего.

— А перегрузка? Она увеличится в десятки раз?!

— Ничего не поделаешь. Это — единственная возможность!

Суровые голые скалы освещены бледными лучами далекого Солнца. На серую равнину ложатся черные тени. Прямо над головой сияет призрачным зеленоватым светом Сатурн. В его атмосфере бушуют вихри, появляются и исчезают разноцветные полосы, плавают какие-то темные острова. А вокруг планеты сверкает загадочное кольцо. Оно ярче Сатурна, и под его лучами скалы отбрасывают другие тени, более светлые, чем от лучей Солнца. Над горизонтом всходит второй спутник Сатурна — Мимас — небольшой буроватый диск. Холод. Тишина. Неподвижность.

На склонах скал поблескивают какие-то матовые ромбовидные предметы. Медленно поворачиваясь, они упорно ловят лучи заходящего Солнца. В небе появляется звездочка. Она быстро приближается, извергая вихрь раскаленных газов. Ромбовидные предметы зашевелились, свернули матовые лепестки и исчезли.

С неба падал корабль. Потоки пламени, вырывающиеся из дюз, слегка сдерживают его стремительное падение. На торможение до последней капли уходят остатки горючего. Бесполезно! Скорость чересчур велика!

Корабль врезался в поверхность Энцелада. Двигатели смолкли. Изувеченный гигант зашатался и медленно свалился на бок.

В небе появилась вторая звездочка. Она была меньше первой и двигалась медленней. Десантная ракета опустилась благополучно. Из нее вышли Шура и Андрей и, увидев невдалеке «Разум», не сговариваясь, побежали к нему.

Небольшая сила притяжения позволяла делать oгромные прыжки. Они легко перескакивали через широкие расщелины и небольшие скалы. Андрей, опередив девушку, первым подбежал к ракете. Ужасное зрелище представилось его глазам. Корпус ракеты раскололся почти напополам. Сквозь зияющую трещину были видны внутренние помещения с исковерканными и смятыми перегородками. Повсюду валялись разбитые и поломанные приборы и личные вещи космонавтов. «Разум» был похож на мертвое, побежденное в поединке, существо.

Услышав стон, Андрей оглянулся. Рядом стояла Шура.

— Капитан… погиб?

— Не знаю.

Через трещину они проникли в круговой коридор и остановились перед каютой управления. Андрей нажал кнопку. Двери медленно открылись, Шура и Андрей бросились к командирскому креслу.

Приборы и скафандр Огнева были покрыты изморозью. Сквозь ее белую сетку лица командира не было видно.

— Иван! — окликнул Андрей.

Огнев не пошевелился.

Савенко обмел со шлема изморозь рукой. Иссинябледное лицо Огнева было неподвижно. В уголках губ запеклась кровь. И только легкое дрожание ресниц говорило о том, что жизнь еще не совсем покинула его тело.