Чтение онлайн

Розанна не отозвалась на стук Кейт Кендалл.

— Я принесла тебе поесть! — воскликнула служанка.

Розанна молчала.

— Ну не упрямься! Тебе ведь надо поужинать! — настаивала женщина. Снова не получив ответа, она решила оставить поднос с ужином у двери, чтобы девушка могла, не роняя своего достоинства, внести его к себе в комнату, когда коридор опустеет.

Двумя часами позже она на цыпочках прокралась к двери комнаты Розанны. К ее немалому огорчению, поднос с едой остался нетронутым.

— Розанна! — позвала она.

Но за дверью царило молчание. Кейт приложила ухо

к замочной скважине. В спальне девушки было тихо. Решив, что маленькая негодница заснула, Кейт вернулась на кухню. Она не стала расстраивать леди Джоанну известием о голодовке ее дочери, успокаивая себя мыслью о том, что к утру настроение девушки изменится и она с аппетитом позавтракает.

Рано утром Розанну разбудил пронзительный свист, раздавшийся снаружи. Выглянув из окна, она увидела Джеффри с сэром Брайаном. Девушка помахала им рукой, достала из ящика стола лист бумаги, перо, чернильницу и быстро написала:

Пожалуйста, не беспокойтесь обо мне! Рэвенспер не станет принуждать меня к браку. Мы возненавидели друг друга с первого взгляда. Я заперлась у себя в комнате из-за того, что мама была со мной слишком сурова. Вам не о чем волноваться! Розанна.

Она выбрала самый крупный орех из мешочка и, обернув его своим письмом, обвязала сверток лентой, которую в спешке оторвала от одного из своих платьев. Распахнув окно, она бросила тугой комок стоявшим внизу молодым людям. Джеффри подобрал его с земли и, развернув, передал сэру Брайану. Друзья прочитали послание Розанны и закивали ей головами. Джеффри на прощание помахал сестре рукой, и они с сэром Брайаном удалились.

Обнаружив, что Розанна не притронулась и к завтраку, Кейт Кендалл встревожилась не на шутку. Однако леди Джоанна, против ожидания служанки, осталась равнодушна к известию о том, что дочь отказывается от еды. Ее возмущало лишь упрямство, с каким Розанна продолжала отстаивать свою независимость.

В середине дня она подошла к двери комнаты дочери в сопровождении Кейт Кендалл и осторожно постучалась.

— Розанна, открой.

Девушка не отзывалась.

— Розанна, хватит разыгрывать представление! Открой немедленно!

Не дождавшись ответа, она выпрямилась и произнесла:

— Что ж, я принимаю условия игры, мадам! Кейт, не приносите ей больше никакой еды до завтрашнего утра. К этому времени, надо надеяться, у нее поубавится спеси!

Джоанна предпочитала не обсуждать поведение дочери с сэром Невиллом. Он наверняка принял бы сторону девчонки, а у леди Джоанны было слишком много забот, чтобы спорить еще и с мужем. Через день к ним должен был прибыть с визитом барон Рэвенспер, и леди Джоанна сбилась с ног, заставляя служанок мести, мыть, чистить и полировать решительно все в замке Кастэлмейн! Она лично проследила за тем, чтобы покои, отведенные барону, обставили самой лучшей мебелью и заранее протопили. На массивную кровать с шелковым балдахином было постлано тонкое полотняное белье с вышитой монограммой «P.P.», увенчанной баронской короной.

На следующий день Джоанна была готова пойти на некоторые уступки дочери, лишь бы та не упрямилась,

отворила дверь своей комнаты и согласилась поесть.

— Розанна, открой мне, и мы с тобой обсудим все наши разногласия, как подобает двум благовоспитанным леди! — проговорила она мягко и вкрадчиво.

Девушка не отозвалась.

— Кейт Кендалл отопрет замок на поясе целомудрия, и я не стану заставлять тебя носить его!

Молчание.

В сердце Джоанны с новой силой вспыхнули злость и негодование. В упрямстве и решимости мать нисколько не уступала своей строптивой дочери.

— Не думай, что, изнуряя себя голодом, ты наказываешь меня! — в сердцах воскликнула она. — Это повредит прежде всего тебе самой!

Заслышав удаляющиеся шаги, Розанна приложила ухо к замочной скважине и услышала, как Джоанна пробормотала, обращаясь к Кейт:

— Что же нам делать? Ведь завтра приедет Рэвенспер!

Девушка улыбнулась. А ведь она едва поборола искушение отворить дверь! Ей так трудно было устоять перед дразнящим ароматом жареного мяса. Как хорошо, что она этого не сделала. Завтра она накажет их обеих по заслугам! ***

Собираясь нанести визит родителям Розанны, Роджер отказался от мысли надеть яркие, пестрые наряды, которые он носил, находясь при особе короля, согласно велениям придворной моды. Он остановил свой выбор на бархатном камзоле цвета бордо. Сквозь прорези рукавов виднелась белоснежная льняная сорочка. Ее кружевной воротник выглядел, пожалуй, слишком празднично-нарядным, но барону Рэвенсперу при всем желании не удалось бы найти в своем гардеробе рубашки более скромного фасона. Он надел черные рейтузы и изящные кожаные сапоги со шпорами. На среднем пальце его левой руки красовалось кольцо с рубином, правую украшал перстень с печаткой в виде летящего ворона.

С тех пор, как он расстался с Резанной, образ своенравной красавицы преследовал его во сне и наяву. Порой он отчетливо ощущал прикосновение ее черных локонов к своей ладони, вкус ее полных, бархатистых губ. Находясь во власти этого наваждения, он не раз пожалел о том, что не взял ее силой, когда она по воле случая разделила с ним ложе. Возможно, сполна насладившись ее близостью, он не жаждал бы теперь ее объятий столь страстно и неистово! Но он усилием воли отгонял от себя эти постыдные мысли. Ведь, став виновником насилия, он опозорил бы свое имя и к тому же был бы вынужден жениться на ней.

Роджер помрачнел, вспомнив, каким кошмаром оказались оба его брака. Нет, он больше ни за что не станет рисковать!

Теперь он ехал в Кастэлмейн в окружении десяти своих рыцарей, и мысль, что завтра поутру он навсегда освободится от каких-либо обязательств перед леди Резанной, ободряла и радовала его.

Сэр Невилл встретил гостей у конюшен, где каждый из приехавших заботливо расседлал своего коня. Рыцари, то и дело принимавшие участие в сражениях и поединках, как правило, никому не доверяли уход за своими верховыми лошадьми, ведь жизнь всадников зачастую спасала лишь быстрота и выносливость коней. Заметив, что конь Рэвенспера очень походит на Зевса, Невилл подвел гостя к стойлу своего могучего красавца. Роджер был восхищен силой и статью животного и немедленно изъявил желание купить жеребца.