Чтение онлайн

В воздухе повисла неизбежность, подумал он. Одна за другой закрывались двери, ведущие к рациональным решениям.

Кто- то сказал когда-то: "Нужно прожить жизнь, смотря вперед, но постигнуть ее можно, лишь оглянувшись назад." Он бы слегка перефразировал: "Ты видишь судьбу, оглядываясь назад. Глядя вперед, ты не можешь ее увидеть."

Ну что ж, он смотрел вперед, и у него все еще оставалась пара ходов.

Ухура, развернувшись в кресле, покосилась на Миру Колес. Она стояла неподвижно, скрестив на груди руки и уставившись пустым

взглядом в экран. Ухура знала, что она поняла наконец всю серьезность ситуации, что она ничего не могла предложить, чтобы хоть чуть-чуть облегчить ее. Мира поняла дилемму, вставшую перед Кирком и его первым офицером – и только они могли ее разрешить.

Мира передвинулась ближе к своему помощнику.

– Изгнание, –понизив голос, сказала она Уэсли. – Вот что это может значить. Я лидер – с меня больше требуют, меня быстрее осуждают. Я знаю, что меня не должно волновать это, но ничего не могу поделать.

Изгнание, подумала Ухура. Она вдруг вспомнила последний день в Каллинусе – тогда Уэсли Варрен и еще двое молодых тиртасианцев пригласили ее и Кейт Тейквит пообедать с ними. Еда была проста, как обычно, но люди в таверне были приветливы – по тиртасианским стандартам, разумеется. Товарищи Уэсли попросили ее спеть, а затем разговор перешел на господствовавшие среди тиртасианцев обычаи.

– Я должна заметить, –сказала Кейт Тейквит, – что ваша планета, наверное, одна из самых безопасных в галактике. Насколько я могу судить, у вас почти нет преступлений, и я не видела тюрем или полицейских.

– Вы отчасти правы, –ответил Уэсли. – Ни один тиртасианец не покажет никому, что он жаждет обладать некой вещью настолько, чтобы украсть ее. Поэтому кражи очень редки. Драки, убийства, изнасилования – они все происходят из-за лишней импульсивности, которую мы контролируем всеми силами. Большая часть населения обитает в небольших городках и деревнях, где можно наблюдать за происходящем. Мы уверены, что наши дома и рабочие места безопасны, и мы все знаем, как защитить себя.

– Правда в том, что мы сами себе полиция, –добавил один из его друзей. – Никто не хочет зависеть от другого, вытащившего его из беды. А наказание за нарушение таково, что никто в здравом уме просто не станет рисковать.

– И что же это за наказание? –с любопытством поинтересовалась Ухура.

– Изгнание на северный континент, –ответил Уэсли, отводя взгляд. – Никто не выживет там.

Совершенно ясно было, что он не хотел больше об этом говорить; а Ухура, изучив позже несколько записей, была удивлена, почему о таком наказании нет ни единого упоминания.

Тиртасианский лидер глянула на Уэсли, сделала шаг к лифту и остановилась. Казалось, что она таки не собиралась покинуть мостик. Ухура повернулась обратно к своей консоли. Она знала, что Мира останется здесь, в роли свидетеля, готовая дать свою версию происшедшего.

– Что, если Спок не выйдет оттуда вовремя? –шепотом спросила Мира. Ухура снова повернулась к ней.

– Вы слышали, что он сказал, –ответила Ухура. – Капитан сделает все, возможное.

– Спок, –раздался в его

шлеме голос капитана, – Ускорение астероида продолжает нарастать.

– Принято, капитан, –Спок, двигаясь по очередному черному коридору, все же не мог принять, что на чужом корабле не было никакого подобия управляющего центра. Здравый смысл упорно настаивал, что обнаружение такого центра предоставит наиболее легкий путь отклонения мобиля от столкновения с солнцем. Или же, напрашивается вывод, что корабль неконтролируем, и на борту нет разумной жизни, если не считать защитных систем. Еще один вариант – чужие намеревались совершить коллективное самоуничтожение, специально направляя корабль на солнце.

– Ты возвращаешься к шаттлу? –спросил Кирк.

– Через некоторое время, капитан, –Спок считал показания с трикодера. – Сигналы жизненных форм становятся сильнее, капитан. Двигаюсь по сигналам трикодера.

Он медленно продвигался вверх по изгибающемуся в разные стороны коридору. Он был уверен теперь, что его восприятие тоже затронуто инопланетной конструкцией; несколько раз, когда он пытался дотронуться до ближайшей стены, оказывалось, что она удалена от него на несколько десятков метров. Или наоборот, он натыкался на стены, которые не мог четко различить в черно-зеленом хаосе. Это было похоже на потерю ощущения перспективы, подумал он.

– Спок, –сказал Кирк более настойчивым тоном. – Темпы ускорения еще увеличились. На исследования больше нет времени. Уходи немедленно.

– Да, капитан, –он прибавил шагу. Одни поворот…другой… Коридор становился уже. После третьего изгиба коридор стал столь узким, что дальше уже нельзя было пройти. Однако проход был, и он протиснулся бы, если бы снял скафандр. Дальше по коридору был жизнь, показания трикодера были на это счет абсолютно ясны, хотя трикодер и не обладал данными о виде этой жизни. Возможно, там же, впереди, находился и контрольный центр.

– Мистер Кайл, –сказал Спок. – Вы можете, увеличив энергию, перебросить меня на пятьдесят метров вперед от текущей позиции?

– Нет, –ответил Кайл. – Я бы не рискнул сделать это, пока активно поле, даже если бы видел вашу позицию.

Пятьдесят метров, подумал Спок – и шанс остановить мобиль. Одна жизнь –…

– Есть шанс, что поле может снова исчезнуть? –спросил Кирк.

– Нет! –крикнул Скотти с инженерной станции. – Ускорение продолжает расти; поле, скорее всего, часть двигательной системы.

– Спок, уходи оттуда, –сказал капитан. – Это приказ.

Спок повернулся спиной к проходу. – Есть, капитан, – ответил он.

Споку понадобилось больше времени, чем он ожидал, чтобы вернуться к шлюзу, где он оставил шаттл. Извилистые коридоры не давали сориентироваться; дважды он поворачивал в ложном направлении, даже несмотря на показания трикодера.

Хорошо, сказал он сам себе; если на зрение нельзя полагаться, разумнее будет обойтись без него.

Он закрыл глаза, и направился дальше. Ощущение дезориентации слегка притупилось. Наконец, у знакомого поворота, он открыл глаза.