Чтение онлайн

Ведь Новицкая не поговорила с мужем, не собрала свои вещи, среди которых, кстати, есть довольно ценные украшения. Я знаю, что они лежат в домашнем сейфе в библиотеке… или уже не лежат?

Не глядя на экран, я кинула в рот горсть попкорна.

И есть еще Лиза… Марина должна понимать – если она покидает мужа таким экстравагантным образом, девочку ей, скорее всего, не дадут увидеть никогда.

Так ради кого Марина Бриллинг разрушила свою налаженную жизнь – с собственными домами и яхтами, с обожающим мужем, который дарит бриллианты, пусть даже сама Марина

к ним равнодушна, с маленькой дочкой и приемным взрослым сыном, который относится к молодой мачехе подчеркнуто вежливо и почтительно…

Попкорн внезапно показался мне горьким. В окружении Марины был только один человек, который годился на роль героя-любовника. Илья Таратута, неудачливый актер.

Неужели Новицкий был прав, когда неодобрительно относился к этим занятиям актерским мастерством?

И неужели Марина настолько глупа, чтобы попасться на удочку дешевого ловеласа с его замашками непонятого гения и Дон-Жуана, с его фальшивым очарованием и пластиковой улыбкой…

Насколько я знаю, у Таратуты за душой ни гроша. Марине при разводе много не светит – какое-то содержание Новицкий ей назначит, но жить вдвоем с новым супругом на пенсию, выплачиваемую бывшим мужем, это как-то уж слишком! Нет, в этой истории что-то не складывается.

И тут я вспомнила жирафа. Разноцветную игрушку, которую Марина Новицкая показала мне перед самым отъездом на губернаторский бал. Марина сказала, что подарит жирафа Лизе, когда вернется. Женщины, которые собираются тем же вечером сбежать с любовником, так себя не ведут.

Все ясно. С Мариной Бриллинг что-то случилось. И я должна немедленно рассказать о своих подозрениях Скрыннику. А лучше самому Андрею Новицкому…

– Никуда не уходи! – бросила я Стасу, вставая.

– Да я и не собирался, – растерянно произнес юноша, провожая меня удивленным взглядом. Исчезновение мачехи подействовало на Стаса сильнее, чем он пытался показать.

Новицкого-старшего я обнаружила в его кабинете. Я постучала и, дождавшись тихого: «Войдите», проскользнула в комнату. Олигарх сидел за столом, но полированная поверхность была абсолютно пуста, монитор погашен, и только телефон одиноко блестел металлом посреди столешницы. Новицкий не отрывал взгляда от телефона – ждал звонка, что ли?

– Андрей Станиславович, – вежливо, но твердо сказала я, – мне нужно с вами поговорить.

Новицкий медленно поднял на меня взгляд, и я поразилась, насколько постарел этот человек со вчерашнего дня. Под глазами набрякли мешки, волосы прилипли к черепу, отчего олигарх выглядел еще более безобразным, чем обычно.

– По-го-во-рить? – словно издалека глядя на меня, произнес Новицкий. – Зачем? Вы что, не можете подождать? Какое это теперь имеет значение?

– Это важно, – быстро сказала я, начиная терять терпение. – И ждать я не могу. Это имеет прямое отношение к… скажем так, отъезду вашей жены.

Глаза Новицкого немедленно сфокусировались на мне.

– У вас есть какая-то информация? – спросил олигарх, и мне не понравился его взгляд – расчетливый и холодный. Эх, Охотникова! Смотри, допрыгаешься ты со своей инициативой

по спасению Марины Бриллинг. С олигархами шутки плохи. Чего доброго, Андрей Станиславович решит, что ты причастна к похищению его молодой супруги… И тогда держись, Евгения! Новицкий из тех, кто способен устроить по-настоящему большие неприятности…

– Нет-нет, – поспешила я заверить олигарха. – Но вчера, когда мы собирались на мероприятие, кое-что случилось…

– Сядьте! – приказал Новицкий.

Я присела на край стула и пересказала историю с жирафом.

Глаза Новицкого погасли, плечи поникли. Надежда, что на мгновение вспыхнула в нем, теперь исчезла.

– Спасибо, Евгения, что рассказали об этом… но, боюсь, все это уже не важно. Дело в том, что Марина написала мне. Объяснила смысл произошедшего. Я как раз планирую собрать в столовой небольшой семейный совет. Это… это наше семейное дело, так что я попрошу вас…

– Да, Андрей Станиславович, конечно, я все понимаю, – сказала я, вставая. – Простите, что побеспокоила.

Ну вот, Охотникова, вечно ты лезешь, куда не звали! Помнишь, что случилось с любопытной Варварой?..

Значит, олигарх знает разгадку таинственного исчезновения своей молодой жены. А совсем скоро ее узнают и остальные члены семьи Новицких. Вот только мне быть там не полагается.

Ну и что? То, что меня не пригласили на семейный совет, вовсе не означает, что информация о случившемся для меня под запретом. А значит, я имею моральное право получить эту информацию другим путем…

Столовая – просторная светлая комната на втором этаже – сейчас пустовала. На улице уже стемнело, за окнами мела метель. Дом Новицких будто вымер – не слышался Лизин смех, затихли шаги слуг и голоса хозяев, – как будто злое колдовство сковало этот уютный дом.

Не зажигая света, я проскользнула в столовую. Я знала, что все пространство дома просматривается с камер видеонаблюдения. Моя рука всего на секунду скользнула за деревянную панель, а потом я, не сбавляя шага, покинула столовую.

Я вернулась в комнату Стаса. Юноша вздрогнул, когда я вошла. Он поставил кино на паузу и потер глаз.

– Спать пора. Что-то я устал сегодня… Спокойной ночи. Хотя какая там спокойная ночь…

И юноша направился в сторону ванной.

– Не советую ложиться, – сказала я. – Что-то мне подсказывает, что совсем скоро Андрей Станиславович захочет поговорить с вами.

– Со мной?! – изумился Стас.

– Со своей семьей.

Юноша еще удивленно таращился на меня, когда в дверь постучал Виталий и сообщил:

– Андрей Станиславович просит вас в столовую.

– Вы, Женя, прямо телепат, – покачал головой мой охраняемый объект.

Стас пригладил волосы и вышел. А я кинулась в свою комнату, немного покопалась в сумочке и вскоре уже расположилась со всеми удобствами в кресле у окна, готовясь присутствовать при семейном разговоре. В ухе у меня был небольшой черный передатчик, на который шел сигнал с моего телефона, спрятанного за панелью столовой. Сейчас устройство работало на прием, и я могла слышать каждое слово.