Чтение онлайн

Перед глазами вдруг развернулась вспышка.

Яркая. Как солнечный блик.

Сквозь неё Оин увидел волны бледной меди. Почувствовал, как они скользнули сквозь его дрогнувшие пальцы. А губ коснулось жаркое дыхание…

— Рэйна!

Воспоминание сгорело прежде, чем он успел ухватиться за него.

Не ускользай…

Оин так и замер, сжимая вербену. Её аромат будто высек искру, что прожгла темноту в его памяти. Но та уже стянулась обратно, позволив лишь убедиться,

что воспоминания всё ещё были с ним. Так мучительно близко, что захотелось вцепиться в виски и выцарапать клятый заслон оттуда ногтями.

— Не ускользай… Не ускользай!

Он поднёс вербену к лицу и снова глубоко втянул аромат.

Ничего.

Только сладкий запах травы. И звук его собственного учащённого дыхания.

Когда он вернулся, Эйден уже не спал. Сидел на том же месте, прислонившись затылком к стволу. Но выглядел немного лучше.

— Нашёл? — спросил он.

Оин протянул ему вербену. Эйден отделил несколько листьев, размял их пальцами, отправил в рот и запил водой из фляги.

Оин немного выждал, прежде чем спросить.

— Для чего она?

— От боли. Когда шиёсо почти исчерпано, мышцы сводит. Вербена немного притупляет ощущение.

Следовало бы поинтересоваться его самочувствием, но Оина занимало другое.

— Ещё для чего-нибудь её используют?

— Ну-у, — Эйден задумался, продолжая медленно жевать листья. — Некоторые женщины ополаскивают настоем волосы — запах долго держится. А что?

Оин посмотрел на смятый стебель в его ладони.

— Ничего.

Эйден прищурился.

— Так вот с кем ты там разговаривал. Что-то вспомнил?

— Ты слышал?

Он постучал себя пальцем по уху.

— Точно. — Оин покривил губы, думая, что Эйден со своим эйдарским слухом и Дэйзи с нюхом ищейки составили на редкость удачную пару. — Ну и повезёт же вашим детям, — пробормотал он.

И только договорив, понял, что сунулся, куда не следовало.

— Прости. Не знаю, обсуждали ли вы с Дэйзи…

— Я буду счастлив иметь с ней общее будущее, — спокойно отозвался Эйден.

Ответ прозвучал так просто, будто он говорил о чём-то давно для себя решённом. Оин посмотрел на него внимательнее.

— А Дэйзи знает?

— Она не могла не заметить моего к ней отношения.

— Заметить и знать не одно и то же.

Эйден чуть склонил голову, признавая справедливость замечания.

— Дэйзи знает, что я не могу остаться в Ивее, — продолжил он. — Мой клан, служба… Вся моя жизнь в Ардагаре. Я бы многое отдал, чтобы она разделила её со мной. Но не стану просить её бросить собственный дом ради меня.

Оин вздохнул и присел рядом с ним на землю.

— Как насчёт для начала просто предложить ей подумать об этом? Кто-то должен сделать первый шаг. А то, знаешь ли, она не из тех, кто станет навязываться.

Эйден

ничего не ответил, но по его скулам прошла едва заметная тень смущения. Оин невольно усмехнулся собственной роли случайного наставника. Он и не предполагал, что ардагарский дипломат может сплоховать в подобном вопросе. Пожалуй, не будь они с Эйденом так скованы временем, им бы удалось стать добрыми друзьями.

— Как разберёшься со своими делами с Сиенитами, попроси местных богов засвидетельствовать мою решимость поговорить с твоей сестрой, — сказал Эйден. — Это придаст мне смелости.

— Для этого тебе придётся найти кого-то более верующего, — усмехнулся Оин, чем заслужил удивлённый взгляд.

— Ты не веришь в богов?

— Не вижу особых причин. — Он пожал плечом. — Люди веками чего-то просят у них. Не заметил, чтобы это сильно помогало.

— Потому что они принимают молитву за призыв к помощи. Но я не думаю, что боги существуют для того, чтобы исправлять наши беды.

— А для чего тогда?

— Для того же, что и мы с тобой, — Эйден развёл руками. — Для жизни.

Оин нахмурился, не понимая, шутит он или говорит всерьёз.

— По этой логике получается, что боги — просто люди.

— Не просто. Они мару. Только крайне могущественные. И, без обид, но богами их сделало невежество нао. Человеку простому, не понимающему природу дара, особенно столь редкого в своей силе, всегда проще назвать его чудом. А того, кому доверена столь безмерная мощь, — божеством.

Эйден сделал последний глоток и неспешно убрал флягу в сумку.

— По мне так странно, — проговорил он, — что в богов не верит тот, кто носит на шее такую вещицу.

Оин глянул вниз на свой кулон.

— Ты про Чутьё?

— Про него, да. Думаешь, это просто зачарованная безделушка? Кстати, откуда оно у тебя?

Оин коснулся прохладного камня на своей груди.

— Мать подарила незадолго до смерти.

— А как оно попало к ней, не упомянула?

— Говорила, что кулон принадлежал кому-то из её вельнирских предков, и будто… был подарен ему богом. Но я всегда думал, что это просто семейная байка. — Он снова глянул на помутневший красный камень. — Не сильно-то похоже на божественный артефакт.

— Ты прав. Это скорее оберег из очень концентрированного шиёсо. Но я готов поспорить, что ты вынес свой Теневой опыт, не повредившись при этом душой, именно благодаря ему.

— Откуда ты столько знаешь о Чутье?

Во взгляде Эйдена на мгновение мелькнула досада, но уже в следующую секунду от неё не осталось и следа.

— Я знаком с тем, кто его сделал, — ответил он.

— То есть с богом?

— Да. Но ему не нравится, когда его так называют. Ты готов?