Чтение онлайн

— А как ты определишь, не произошла ли на самом деле перемена курса?

— Увеличение интенсивности потоков вещества происходит скачкообразно — Дик отбарабанил это так, что сразу стало ясно: цитирует учебник наизусть.

— Отлично, — похвалил лорд Гус по преподавательской привычке. — Ну, а теперь подумаем о том, какие отклонения здесь возможны. Первое. Ты лучше меня знаешь, как ведут себя навигационные приборы вблизи от… левиафана.

— Они сходят с ума.

— Можно и так сказать. Но вблизи никакого левиафана нет, поэтому данную версию придется отмести. Дальше. По мере

приближения к Ядру увеличивается количество аномалий, в которых направление потоков энергии искажено.

— Мы должны быть далеко от Ядра, — возразил Дик.

— И третье. Мощным источником помех является сам корабль — его двигатели, компенсаторы гравитации и все такое прочее. Поэтому датчики НавСанта располагаются в максимально удаленной от двигателей части корпуса и заэкранированы силовыми полями от внутрикорабельных воздействий. Но силовые поля порой дают слабину… На твоем месте я бы проверил силовые экраны.

— Спасибо, милорд. Скажите, а… можно ли с неисправным НавСантом определить, где мы?

— Не так-то просто. Но можно. Покажи мне эту свою Диадему…

Он нашел «Диадему сектора Ворона» через поисковую систему в справочных таблицах и пригляделся к указанной Диком группе звезд. Очки он по рассеянности оставил в каюте, контактных линз не переносил, а операцию все никак не собрался сделать, поэтому склонился к самому экрану, чтобы хоть на глазок прикинуть светимость.

— Ну, это никак не может быть Диадемой, — уверенно сказал он. — В моем справочнике Диадему образуют звезды от нулевого класса до В4, а здесь мы имеем самую яркую звезду класса F. Так что, юноша, никакая это не Диадема.

У Дика немного отлегло от сердца — по крайней мере, в собственном разуме он больше мог не сомневаться.

— А теперь займемся вашей туманностью, — продолжал лорд Гус. — На вопрос, может ли такая туманность образоваться за год, со всей авторитетностью отвечу: нет. Когда-то она образовалась значительно меньше, чем за год, из звезд, одна из которых превратилась в Сверхновую и индуцировала вторую — но это было очень и очень давно.

— До Эбера? — спросил Дик.

— До Потопа, — серьезно ответил лорд Августин. — Итак, где мы?

Он откинулся на спинку кресла, придвинув к себе большой терминал.

— Что представляет собой конфигурационная карта и на чем основан этот принцип навигации? На том, что каждая звезда представляет собой своего рода индивидуальность. Абсолютная величина, светимость и спектральный класс — по этим трем качествам мы отличаем одну звезду от другой — как отличаем одного человека от другого по росту, цвету глаз, волос и всего такого. Собственно НавСант мало чем может помочь в межпространстве — он там просто не работает, он нужен лишь для ориентации в пределах сектора и настроен на объекты такой удаленности, что размеры любого сектора — от одного до сотни парсек — пренебрежимо малы. Но в базах данных НавСанта содержатся сведения об отличительных особенностях разных звезд. При переходе из межпространства в сектор автоматика делает замеры светимости и спектра ближайших звезд и, согласно полученным результатам, составляет конфигурационную карту, после чего сличает ее с конфигурационными картами из базы

данных, пока не получит полного соответствия. Однако сантор — всего лишь машина, и при переходе в совершенно незнакомый сектор пространства делает глупость. А именно — выдает из списка конфигурационных карт корабля ту, что похожа больше всего. Сантор, конфигурационную карту сектора Ворона на экран!

На терминале перед лордом Гусом появилась надпись: «Нет доступа». Ученый изумленно воззрился на юношу.

— Сантор, карту сектора Ворона, — повторил приказание Дик.

На экране загорелась карта-диаграмма.

— Очень хорошо. А теперь — конфигурационную карту этого сектора по результатам измерений, — сказал лорд Августин.

По приказу Дика на экране появилась… карта сектора Ворона, полностью идентичная первой.

— Черт! — вырвалось у лорда Гуса. — Не может быть… не может быть… Так…

Он потер лоб ладонью.

— Дик, боюсь, что дело обстоит немного не так, как я предполагал. НавСант в полном порядке, но пошла вразнос база данных. Я бы посоветовал тебе перезагрузить НавСант, а потом попробовать еще раз.

Дик поморщился: перезагрузка с проверкой всех кластеров памяти должна была занять несколько часов.

— Да, пожалуй, — согласился он. — Но, милорд… А что если НавСант так и не покажет правильной карты?

— Тогда, Дик, нам придется составить ее самим и самостоятельно перенастроить НавСант, не доверяя это дело автоматике. Такая опция в нем есть?

— Да, милорд.

— Ну вот и отлично. Начнем с основных ориентиров…

Как выяснилось, Дик понятия не имел, как подступаться к спектрометру.

— Чему только тебя учили, — вздохнул лорд Августин. — Ну, смотри сюда. Вот это я беру из своей базы данных. Это — спектральный профиль объекта, который мы называем ядром нашей Галактики. А вот — спектральный профиль объекта, который считает ядром Галактики ваш сантор. Смотри, какая разница. Светимость на порядок меньше. Ваша база данных определенно пошла вразнос. Я просто не знаю, что здесь делать…

Дик ввел спектральный профиль объекта в память сантора под названием «Ядро».

«Файл с таким названием уже существует. Заменить его?» — спросил сантор.

«Да» — ввел Дик.

«В замене отказано. У вас нет доступа к базе данных».

— Что? — вырвалось у юноши.

— Входи в корневой каталог, — посоветовал лорд Августин.

Но и из корневого каталога тоже ничего не получилось.

— Симатта, — пробормотал Дик. — Что же это такое?

— О, черт, — разочарованно протянул лорд Гус. — Нет, я пас. Нужно альтернативное решение.

— Мы ложимся на обратный курс, — Дик, включил внутрикорабельную связь — Актеон, вызови мне Рэя и Бет. Мы просто пройдем свой маршрут в этом секторе в обратном порядке. И вернемся в сектор Ласточки. И оттуда снова прыгнем — куда надо. Я перенастрою НавСант.

— Каким образом? — изумился лорд Гус.

— В капитанском сейфе есть копия базы данных. Я снесу все, что сейчас в НавСанте и загружу копию.

Дверь рубки открылась, вошли Бет и Рэй. Дик коротко обрисовал им ситуацию и поставил первую задачу: лечь на обратный курс и совершить еще один прыжок.