Сердце меча
Шрифт:
Старого Гатлинга Исия любил, как любят хорошую, старую служебную собаку. Гатлинг был полицейским морлоком с самого начала, с семи лет. Он пришел на службу раньше, чем Исия, он был уже опытным волкодавом, когда Дамон только начинал изучать сыскное дело. И пусть он не был человеком — он обладал чутьем и хваткой настоящего сыскаря! А трое надравшихся ублюдков сшибли его картом, просто так, для развлечения, да еще и проехались по нему обратно, а потом, увидев, что он все еще жив, вышли из карта и принялись добивать ногами. И труп старого боевого пса швырнули на бустерные поля, а трое ублюдков вышли из зала суда живыми и невредимыми.
Вот по этой причине господин Исия пребывал в поганом настроении, когда зашел пообедать в заведение матушки Ашеры. Будь он десятью годами помладше, попробовал бы напиться — но теперь каждая лишняя рюмка на шаг приближала превращение его гастрита в язву, и временное облегчение души того не стоило.
У входа в обжорку Ашеры Исия заметил сидящего на корточках боевого морлока — тоже серии «геркулес», как и убитый Гатлинг. Но в самой обжорке не было никого, кто хоть сколько-нибудь походил на хозяина морлока. Было двое водителей общественных глайдеров, какая-то неизвестная Исии женщина самого сельского вида — скорее всего, одна из поселковых теток, приехавших купить какой-то импортный товар — и мальчишка, очень коротко стриженый — со спины Исия дал ему навскидку четырнадцать, а увидев лицо, поправился — шестнадцать.
— Ну, как суд закончился, господин Дамон? — спросила Ашера. Она была в курсе почти всего, что происходило на 14-м уровне.
— Штраф, — вздохнул Исия.
— И они, конечно, смогли заплатить… — с укоризной произнесла матушка Ашера.
— Конечно, смогли.
— Что хотят, то и делают, — женщина выругалась. — А полицейские и вякнуть боятся.
Исия пропустил эту шпильку. Он был в таком скверном настрое, что пикировка непременно переросла бы в ссору, а ссориться с матушкой Ашерой он не хотел.
— Чей морлок у входа? — спросил он громко.
— Мой, — ответил мальчишка, поворачиваясь. В руках у него было пластиковое ведерко на полтора литра, полное кипятку, в котором разбухала лапша-самоварка.
Исия кивнул и вернулся к своей еде: суси с мясом каппы. Куколки капп сейчас подешевели — их выгребали из осушаемых солнцем бассейнов тоннами, а запасливые хозяйки, вроде Ашеры, закупали центнерами.
Мальчишка развернулся и вышел из обжорки, бережно неся дымящуюся лапшу.
— Что за пацан? — спросил Исия у Ашеры. Та пожала плечами. — Брось, если он бегает с
Сурками, ты должна знать.
— Это ваша работа, а не моя — все знать, господин Исия.
— Так ты не знаешь, с кем бегает твой собственный сын? Смотри, Ашера, он добегается.
Из-за того, что Исия бы сильно раздражен, это прозвучало более угрожающе, чем надо бы. Ашера фыркнула и сказала:
— С вас сто пятьдесят шесть сэн, господин Исия.
Исия доел, расплатился двухсоткой, получил сдачу и сунул ее в левый карман, в котором держал мелочь. Виртуальных денег он не признавал — сказывалось воспитание планетника, в жизни не покидавшего Картаго.
Выйдя из обжорки, он свернул за угол, чтобы идти в участок, и увидел, что морлок и мальчишка сидят теперь на парапете рядом, причем морлок неспешно доедает лапшу, а парень вроде как призадумался — голова склонена, кисти свешены между колен… У ног мальчика лежал, чуть слышно рокоча, дымчато-серый кос, и юноша безотчетно поглаживал его морду, лаская большим пальцем у рта.
Какой-то
Не успел он отойти и на десяток шагов, как услышал сзади топот, а секунду спустя мальчишка обогнал его и загородил дорогу, глянув в лицо. Ох и синющие у него были глаза! Тут в голове Исии второй раз зазвучал зуммер, но Дамон опять отложил это на потом.
Мальчишка протянул ему деньги обратно.
— Спасибо вам, сударь, но я не попрошайничаю. Я работу ищу.
Исия засунул руки в карманы, оценивая вид паренька. Поношенная, с чужого плеча, но еще чистая одежда. Еще не доголодался до готовности воровать или торговать своей задницей. Еще полно гордости и иллюзий насчет того, что он кому-то нужен…
— Работу ищешь? Да ну? И кем же ты хочешь быть? Охранником? — ни на что менее почетное и чистое эти засранцы с кораблей не соглашались.
— Я боты умею чинить, — сказал паренек. — Если поломка не очень сложная… Еще… немного готовить… убирать, ухаживать за маленькими…
— Про боты — правда? — удивился Исия. С такой готовностью к самому черному, гемскому труду он среди космоходов еще не сталкивался.
— Да, — кивнул паренек.
— Ну, если это правда и если тебе в самом деле нужна работа — попытай счастья в глайдер-порту на четвертом уровне. Там есть мастерская Таура Даллана. Тебе каждый покажет. Ты ничего не имеешь против мутантов?
— Нет, сударь.
— Это хорошо, потому что Даллан — мутант. Скажи ему, что тебе прислал Дамон Исия. Учти, работа тяжелая. Даллану нужен помощник, а денег купить гема у него нет. Так что подумай. Побираться легче, я тебе ручаюсь… И еще: если я узнаю, что ты обворовал Даллана — я переломаю тебе ноги и морлок не поможет. Кстати, о морлоках. Он действительно твой?
Исия уловил легкое колебание перед ответом:
— Да.
— Может, продашь его в наш полицейский участок? Мы как раз не знаем, где взять замену морлоку, убитому три дня назад.
— Нет, — вот тут уж никаких колебаний не было. Еще бы они были.
— Ну ладно, может, еще свидимся.
— Вы забыли забрать свои деньги.
Исия усмехнулся и сунул деньги в карман.
— Как тебя зовут, гордый юноша?
— Райан, — ответил паренек, не заметив иронии, либо проигнорировав ее. — Йонои Райан.
Исия вернулся в участок, где на него тут же свалились дела — вооруженное ограбление, совершенное вчера, угон глайдера, кража со взломом и прочее. Лишь ближе к концу смены Исия смог задуматься о зуммере и пробить по базе данных клеймо-идентификатор морлока.