Сердце ковбоя
Шрифт:
— Эти сведения, Рейчел, вы должны получить от Джастина. Мое положение не позволяет мне говорить о таких вещах.
— О каких вещах? — Она же задавала совершенно невинные вопросы. Почему Лилиан заняла такую позицию?
— Обо всем, что касается вашего мужа, — сказала Лилиан. — Простите меня, Рейчел, но я действительно не имею никакого права распространяться на эту тему. Вам лучше поговорить с Джастином. Это касается только его.
Рейчел озадаченно нахмурилась.
— Видимо, мне так и придется поступить, хоть
Питер с радостью взял на себя роль гида Рейчел. Она из вежливости проявила интерес ко всему, что он ей показывал, пока они не остановились у пастбища.
— Эти чистокровные кони — гордость и радость Джастина, — сказал Питер.
— Какие красивые! — Впервые за все утро Рейчел ответила ему с искренним энтузиазмом.
После странного разговора с Лилиан мысли ее были далеки от ранчо. Вихрь вопросов и сомнений кружился в голове. Мысли о Ричарде и Джастине, то бессвязные, то более четкие, крутились словно стекляшки в калейдоскопе.
— Вы ездите верхом? — поинтересовался Питер.
— Ездила когда-то давно.
— Прекрасно. Как вы смотрите на то, чтобы мы с вами немного проехались на лошадях? Тогда вы сможете увидеть пастбища и скот.
Рейчел сразу же согласилась. Подобная возможность показалась ей заманчивой. Она надеялась, что приятная прогулка верхом развеет ее настроение.
В радостном предвкушении Рейчел ждала, пока Питер оседлает лошадей, и размышляла о странных недомолвках Лилиан. Что мог сказать ей Джастин о Ричарде? Знала ли эта женщина ее мужа? Почему она делает целую проблему из того, сколько раз Ричард приезжал на ранчо?
Какая бы загадка здесь ни скрывалась, она никогда ничего не узнает, если не попытается поговорить с Джастином. А это означает, что надо дождаться его возвращения.
Начиная со странного гнева Джастина при ее неожиданном появлении, все поведение обитателей ранчо казалось необъяснимым и таинственным. У нее возникли подозрения, что грубость Джастина не обусловлена лишь его дурным характером. Он на самом деле расстроен и поражен. Но почему? И не потому ли он избегает ее, чтобы она не могла задать ему эти вопросы?
А что думать о прошлой ночи? Нельзя сказать, что в те мгновения он избегал ее! Но он все же остановился. А что произошло бы, если бы все зависело от нее?
Рейчел почувствовала, как мучительные переживания тяжким грузом давят на нее. Почему она вообще позволила Джастину Холдейну поцеловать себя? Хуже того, почему ответила на его поцелуй так страстно и пылко, буквально упав в его объятия?
Питер оседлал для нее смирную кобылку Звездочку, для себя — большого чалого жеребца. Помог ей сесть в седло, и они направились через двор к воротам. Когда они выехали, Питер поинтересовался, как долго Рейчел собирается пробыть на ранчо.
— Я планировала уехать
— Если вы захотите остаться еще на несколько дней, мы могли бы устроить более продолжительную прогулку верхом, например в горы, — с готовностью предложил Питер.
— В горы? — Сердце Рейчел внезапно заколотилось в груди. — А Грин-Пойнт далеко? Кажется, Лилиан упоминала, что более десяти миль.
— Совершенно верно, чуть более десяти миль вон в том направлении, — ответил Питер, указывая рукой на восток. — У Джастина там охотничий домик. Лилиан сказала, что он уехал туда на несколько дней. Он довольно часто это делает.
— Чтобы побыть одному? — поинтересовалась Рейчел, втайне надеясь, что ей удастся хоть что-то вытянуть из брата Лилиан.
Питер пожал плечами.
— Джастин, он такой. Ему нравится одиночество. Но парень он хороший. Просто не любит, чтобы ему докучали.
— Да, я заметила, — сухо отозвалась Рейчел, понимая, что ее любопытство в отношении Джастина Холдейна неуклонно растет. И это любопытство еще больше разжигало странное поведение Лилиан. — Он всегда жил на ранчо?
— Ну да. Родился здесь и прожил всю жизнь. Правда, несколько лет Джастин служил на флоте, да еще уезжал на учебу в какой-то колледж на пару лет. А все остальное время жил тут.
— Понятно. — Рейчел вяло улыбнулась. — А вы тоже время от времени сбегаете на Грин-Пойнт?
Питер весело рассмеялся.
— Ну да, бывает. Это очень красивое место, и оно врачует раны, если вы понимаете, о чем я говорю.
Рейчел кивнула. Слова Питера дали ей новую пищу для размышлений. Может, эпизод на террасе ранил чувства Джастина? Но по нему это не было видно. Чем же тогда объяснить его странное поведение?
Она негодовала на себя. Как можно было позволить себе проявить подобную слабость?! Ну что ж, Джастину Холдейну больше не представится возможность прикоснуться к ней, даже если она решит остаться и встретиться с ним!
Эта мысль породила еще одну, и она повернулась к Питеру.
— А сколько времени займет прогулка верхом до Грин-Пойнта?
Тот удивился.
— Вы хотите поехать туда?
— Мне нужно обсудить кое-что с Джастином до моего отъезда. Я не предполагала, что он может исчезнуть вот так, без предупреждения.
Питер замялся.
— Наверное, лучше будет подождать. Просто отдохните, пока он не вернется. Боюсь, ему не понравится, что мы свалимся ему на голову.
— Ему не понравится? А мне плевать! Я, между прочим, тоже хозяйка этого ранчо! — вскипела Рейчел, но тут же пришла в себя и извинилась: — Простите, Питер. Я не должна была срывать на вас свою злость. Просто этот человек выводит меня из себя.
— Забудьте. Временами Джастин бывает просто несносным, я знаю. — Питер по-мальчишески усмехнулся. — Его нелегко понять.