Чтение онлайн

С каждым нажимом бедер Волк все глубже проникал в ее лоно, ощущая, как ритм их движений, их желания, мысли, тела и души объединяются в одно целое. Толчки его становились все быстрее, и тело Кэролайн с готовностью отвечало на них.

Вскоре он почувствовал, что Кэролайн приближается к сладостному экстазу, долженствующему завершить их объятия. Тело ее напряглось, дыхание стало частым и поверхностным. Волк замер на несколько мгновений, и восхитительный взрыв, сотрясший его тело, словно накрыл своей волной и Кэролайн, которая,

вскрикнув, ощутила восторг такой небывалой силы, что сознание покинуло ее.

Когда она очнулась и открыла глаза, она увидела над собой склоненное лицо Волка — мрачное и словно осунувшееся. Сердце Кэролайн тревожно забилось. Она сжала ладони в кулак так, что ногти больно впились ей в кожу, и через силу улыбнулась, напрасно ожидая ответной улыбки Волка.

Еще сильнее нахмурившись, он пробормотал:

— Прошу вашего прощения, — но не слова, а тон его так напугал Кэролайн, что кожа ее покрылась мурашками.

— Вам не в чем себя винить, — мягко ответила она. — Мне было почти не больно.

Он лег подле нее на спину, прикрыв глаза тыльной стороной руки, и словно через силу произнес:

— Рад это слышать, — не глядя на нее, накрыл ее и себя одеялом и отрывисто бросил: — Нам пора спать.

Но ему, как и ей, было не до сна. Волк лежал на спине, глядя на тени от языков пламени, пляшущих на стропилах, и не зная, что она занята тем же самым. Боже, ему следовало бы сказать ей что-нибудь... что-нибудь ласковое и нежное, чтобы хоть немного приободрить ее.

Но при всем желании он не мог найти слов, которые сгладили бы тяжесть его проступка. Которые утешили бы Кэролайн, утратившую невинность в его объятиях. Волк также не мог отвлечься от мыслей, как ему было хорошо с ней. Он никогда не думал, что испытает такой неподдельный восторг, разделив ложе с этой юной англичанкой. Она тоже не ожидала ничего подобного, мстительно подумал он. Ему нельзя позволять себе расслабляться. Главное — месть, а удовольствие, которое он пережил, — лишь добавление к ней.

— Рафф.

Услыхав ее шепот, он напрягся и вполголоса спросил:

— Вы все еще не спите?

— Нет.

Он нехотя повернулся на бок и взглянул ей в лицо. Она смотрела в потолок. Ее тонкий профиль четко вырисовывался на фоне грубо оштукатуренной стены. Лицо ее было прекрасно. Волк глубоко вздохнул:

— Могу я вам чем-либо услужить?

Он почувствовал, что она колеблется, не зная, что ответить на его вопрос. Потом она отрицательно помотала головой, и ее пушистые волосы с легким шелестом скользнули по меху.

— Нет, благодарю вас. Ничем.

Ему следовало оставить все как есть. Пусть она думает что хочет. Пусть не строит иллюзий. В конце концов, ей придется примириться с тем, что произошло. Но Волк не мог молчать и неподвижно лежать на расстоянии вытянутой руки от Кэролайн, которая этой ночью в его объятиях превратилась в женщину. Сказав себе, что он сделал бы подобную малость даже для проститутки,

торгующей своим телом, он повернулся к Кэролайн и заключил ее в объятия, продолжая хмуриться.

Она приникла к нему всем своим хрупким телом и доверчиво уткнулась лицом ему в плечо. Волк закрыл глаза и с ненавистью подумал о своем жестоком и коварном отце. Все сложилось бы иначе, не окажись старик таким законченным негодяем! Если бы он не предал и не обманул племя чероки! Если бы не надругался над его матерью! Если бы не заставил леди Кэролайн Симмонс прибыть сюда из Англии! Боже, как он мог совершить все эти низости?

— Что-нибудь не так?

— Нет, — поспешно заверил ее Волк. Он чувствовал на себе ее пристальный взгляд, но по-прежнему не открывал глаз. — Почему вы спрашиваете об этом?

— Не знаю. Вы кажетесь таким... — Кэролайн не закончила фразы, надеясь, что Волк и без того поймет ее. Она не без труда отважилась на этот разговор. Впрочем, все ее поступки за последние несколько часов шли вразрез с ее обычным поведением.

— Я устал, только и всего, — отозвался Волк. — Давайте спать, Кэролайн.

Но, несмотря на уверенность, с которой он произнес последние слова, сон все никак не шел к нему. Волк лежал неподвижно, сжимая в объятиях спящую Кэролайн, и старался отогнать от себя мысли о происшедшем.

Однако незаметно для себя он все же задремал и проснулся незадолго до рассвета, обнаружив, что посетившее его эротическое сновидение не являлось целиком и полностью продуктом его воображения: Кэролайн, разметавшись во сне, прижалась щекой к его груди, обнимая его за талию. Ее длинная, стройная нога покоилась на его бедре, в нескольких дюймах от его восставшей мужской плоти. Нежная кожа девушки, цветом своим напоминавшая свежесбитое масло, являла собой резкий контраст с бронзово-смуглым телом Волка. Желание окатило его горячей волной, но... Ведь он уже свершил свое отмщение!

И если он снова овладеет ею, это станет уже не данью возмездия за погубленную жизнь матери, а лишь уступкой вожделению.

Но борьба Волка с самим собой, едва начавшись, закончилась полным поражением.

Он провел рукой по изгибам ее бедра, по выпуклой ягодице, коснувшись горячего влажного лона. Наверное, ей тоже снились волнующие сны.

Теперь же, окончательно проснувшись, Кэролайн раздвинула ноги и, застонав, прижалась к Волку.

— Вам больно? — спросил он с тревогой.

— Нет, — ответила она и вздрогнула всем телом, когда Волк осторожно ввел палец в ее трепещущее лоно. — Я чувствую себя...

— Как? — Опершись на локоть, Волк пристально взглянул ей в лицо. — Как вы себя чувствуете?

— О, восхитительно! — выдохнула она. — С вами я чувствую себя совершенно счастливой!

Едва она успела произнести последние слова, как Волк приник к ее губам в страстном поцелуе и язык его задвигался у нее во рту, вторя движениям пальца.