Чтение онлайн

— Ох, мне хреново, — наш маг присел все у той же стены.

— Болевые ощущения уменьшены, но вставляет, — звонкий голосок Робин стал хриплым.

— Это чтобы не было желания помирать, — Анаид подтянул к себе осколок, выброшенный Волком.

— Что это? — мы подались к нему.

— Батарейка к этому кораблю. Не разрядилась до конца. Магией так и шибает…

Я присмотрелась:

«Осколок Сердца Девы. Вы не можете просматривать этот артефакт. Вы не можете использовать этот артефакт…»

— Ты знаешь, что это за

Сердце Девы, Анаид?

Маг вытаращился на меня:

— Что-о?!

И захохотал.

— Ребята, вы не представляете, что к нам попало! И Волчара, похоже, не представлял, а то не кидался бы артефактом всей игры. То есть, четвертью, но все равно…

— Я не представляю, что к нам попало, — я уселась рядом с магом, отдыхая. — Интересно, как долго здесь боссы ресаются и не пора ли нам сваливать?

— Для нас — навсегда, — улыбнулся Манул. — Написано, что лока зачищена.

— Не факт, не факт… — вздохнула я. — Ладно, давайте ближе к телу, то есть, к Сердцу.

— Ну, согласно лору (истории мира), было время, когда на эти земли враги перли несметными полчищами. Жгли, насиловали, грабили. Некоторые правители пытались сражаться, некоторые сдались на милость победителя, некоторые и нашим, и вашим…

— А откуда перли? — наивно уточнила Робин.

— Отовсюду, — веско сказал Анаид. — Не знаю, там не написали. Но когда тьма стала вовсе уж беспросветной, явилась Дева, освободительница. Собрала армию и врагам хорошо по рогам дала. И чтобы их предательство не вскрылось, местные князьки объединились и устроили на нее засаду. Схватили и публично казнили. Еще и оклеветали. И от этой клеветы и меча, пронзившего ей грудь, Сердце Девы распалось на четыре больших осколка и много мелких, их маги часто используют как источник маны. А крупные затерялись в веках. И кто их соберет, тот изменит судьбу мира и бла-бла-бла…

— Как с ураном в боеголовке, критическая масса, большой бум — и мы уже играем в «Фоллаут», — фыркнула лучница. — У полян эту легенду иначе рассказывают.

— А как?

— Была у одного князя своенравная дочь, сваталась к ней куча женихов, и вот она втрескалась сразу в четверых. А поскольку ни одному не могла отдать предпочтения и была великой волшебницей, то разломила свое сердце на четыре части, и каждый из возлюбленных уехал со своей в родные земли и там положил осколок Сердца в храм. А потом их украли…

— А у вас? — спросила я Манула. — Как рассказывают?

— Я в этой части лора не силен, — отозвался хил.

Я взяла осколок из рук Анаида, чтобы рассмотреть поближе, и тот вдруг растаял у меня в руках. Полоски характеристик заплясали туда-назад, и вообще картинку сплющило, а меня бросало то в жар, то в холод, и мир крутился вокруг. Я сползла по стене. Робин вскрикнула. Манул взмахнул руками, накрывая меня золотой завесой исцеления. Анаид хлопал глазами и разевал рот. Но звуки словно провалились куда-то, как при баге или контузии… Прорвалось:

— Тревожную

кнопку… выгрузить…

— Спокойно, — пробормотала я, нащупала стену и уселась, мотая головой. Осознавая, что разом продвинулась на полтора уровня. — Это все по игре… кажется. Если бы Робин схватила, было бы то же самое.

— Ты как? — склонился ко мне лесовей. — Идти сможешь? Пора отсюда выбираться.

— Только очки распределю. А то снова забуду, — бормотнула я.

Итак, повышаем здоровье. А из способностей берем кровотечение. Для врагов, естественно. Основному крит, остальным кровоточивость три секунды при игноре брони. Знай наших!

Даже при наличии карты геймеров иногда настигает топографический кретинизм. Особенно, если игроделы изо всех сил стараются загородить и запутать путь. После просеки мы свернули не туда, и знакомая таверна все не появлялась и не появлялась. А когда удосужились свериться с картой, оказалась совсем не там, где мы ее искали. И что проще идти в Синеградье напрямик, в таверну не возвращаясь.

Кроме того, все смертельно устали и едва передвигали ноги.

— Плакали мои доспехи… — вздохнула я.

Мы легли у костра, не думая о карауле. Ночь тянулась, друзья спали, костер медленно прогорал, обращаясь в угли, опадающие пеплом. Надо мной раскинулось небо, совсем не такое, как на Земле, где фонари убивают звездный свет. Но даже там, где вовсе темно, звезды мелкие и раскиданы редко. А тут сиял и мерцал звездный пожар, переливался самоцветами на темном бархате, трепетал и менялся постоянно. И одна за одной всходили и заходили мелкие луны. И во мне что-то менялось, привязанное к звездному танцу… Характеристики и скиллы словно зажили отдельной от программ жизнью…

Манул подошел и наклонился ко мне:

— Не спишь? Как ты?

— Все еще потряхивает.

Он взял меня за руку:

— Это не болезнь. Не рана. Не проклятие. Их обнаружение у меня в базовых навыках. Анаид, — он потряс мага за плечо. Тот всхрапнул и сел, протирая глаза кулаками.

— Она не заколдована?

— Ну, если не считать растворенного артефакта… Магический фон повышен. Но если и заколдована, с моим уровнем не определишь. Надо скорее в столицу. А если на грани магии и науки — тем более надо в столицу. В Орден рыцарей знания… Они сильны.

— И могучи, — пробурчала я, умащиваясь поудобнее. — Может, мне просто трех других осколков не хватает, чтобы цельность обрести.

— А в квестах ничего нет? — спросил Манул.

— Ничего. Ни малейшего намека. У меня пока вообще квестов нет, кроме «Вдовой невесты».

— Могу поделиться, — зевнув, подползла к нам Робин. — По-моему, это вообще баг игры. Надо пожаловаться. Нельзя ж так над бетами измываться.

— А я не понимаю, вообще зачем здесь беты? Все работает, как часы, — потер маковку маг.