Шрифт:
Пролог. Новая надежда
Черная карета без отличительных знаков въехала во двор столичного особняка графа де Ремиса. Из нее вышел мужчина лет тридцати пяти на вид, высокий и худощавый. Черные волосы до плеч слегка курчавились; нос с горбинкой, покатый лоб, выпуклые надбровные дуги придавали ему в профиль сходство с хищной птицей. Тонкие губы плотно сжаты, серые глаза смотрели целеустремленно и сосредоточенно.
Хозяина дома не было – и гость прекрасно об этом знал. Он поднял голову. Из окна третьего этажа смотрела женщина. Он широко улыбнулся ей и поклонился.
Поднявшись на третий этаж, мужчина толкнул дверь хозяйской спальни. Графиня Милара де Ремис повернулась к нему.
– Ты опять отослал Илу, не дал ей предупредить меня…
– Вы уже предупреждены, миледи. Вы видели меня в окне.
– Не утерпела, – улыбнулась женщина. – Хотела полюбоваться тобой сверху.
Ответная улыбка мужчина походила на хищный оскал.
– Теперь моя очередь, миледи.
Он шагнул к женщине, небрежно толкнул в кресло перед туалетным столиком. Оперся руками о подлокотники и склонился над ней. Она была десятью годами старше него, седина в темных волосах тщательно закрашена, а морщины скрыты отчасти умелым макияжем, отчасти – усилиями магов-косметологов.
– Тебе нравится? – прошептала она.
– Почти. До идеала не хватает некоторых деталей.
Он рванул вниз лиф ее платья, обнажая пышную грудь. Пальцы пробежали по коже, небрежно касаясь сосков. Графиня де Ремис блаженно замерла. Она обняла мужчину и нахмурилась, почувствовав что-то твердое в подкладке камзола.
– Что у тебя там?
– О. Простите, совсем забыл.
Мужчина выпрямился, сунул руку в карман, вытащил бутылку вина и поставил на туалетный столик. Графиня недоуменно проследила за его рукой.
– Кэрдан! Ты пришел с вином? Да еще с риванским? Зачем? Я прикажу принести выпить, если ты хочешь. Но я терпеть не могу риванское, и ты об этом знаешь!
– В самом деле? Простите, миледи. Вылетело из головы. Тогда я заберу его назад. И еще кое-что.
– Что? – недовольно спросила женщина. Ей не терпелось продолжить ласки. Раздражало, что он отвлекся из-за вина.
– Письма, Милара. Сегодня я заберу их у тебя.
Расслабленная нега слетела с лица женщины. Она выпрямилась, подняла лиф и затянула тесьму.
– Ты несешь бред, Кэрдан. Я не отдам письма. Об этом ты тоже знаешь.
– Отдашь, Милара.
Он схватил женщину за руку и резко дернул на себя. Милара взвизгнула. Кэрдан цепко держал ее запястья и смотрел ей в глаза. Черты лица графини исказились мукой, она открыла рот в беззвучном крике, а потом начала задыхаться.
– Что такое, Милара? Неприятно? Тебе же нравилось, когда я причинял тебе боль магией. Может, дело в том, что тогда боль была игрушечной? Я могу больше, дорогая. То, что ты чувствуешь сейчас, не предел. Мне продолжить? Или ты готова вернуть письма?
Графиня несколько раз открыла рот и выпучила глаза, будто рыба без воды. Кэрдан уменьшил магический поток ровно
– Отдам… Я отдам… Прекрати это…
Кэрдан выпустил женщину. Та пошатнулась, схватилась одной рукой за спинку кресла, чтобы не упасть, а вторую прижала к горлу. По телу пробежали спазмы.
– Где они?
– Внизу, – прохрипела графиня. – В библиотеке, в сейфе.
– Идем.
Он взял ее под руку и направил к двери. Женщина странно покосилась на него, но безропотно позволила увлечь себя в коридор. На лестнице им встретился слуга, и графиня воскликнула:
– Руви, взять этого мерзавца! Он угрожал мне!
Слуга прошел мимо хозяйки, словно ничего не видел и не слышал. Кэрдан расхохотался.
– Что ты с ним сделал?!
– Не с ним. С нами. Мы окутаны коконом невидимости и неслышимости. Можешь кричать сколько угодно, Милара. Твои слуги даже не знают, что ты в паре локтей от них.
– Ублюдок!
– Законнорожденный дворянин, дорогая. Не отвлекайся, пойдем вниз.
В библиотеке Кэрдан заставил хозяйку открыть потайной сейф и внимательно проверил содержимое. Стопка нужных бумаг обнаружилась в глубине, но он не упустил возможность изучить остальное – не найдется ли у хозяев чего-то интересного и полезного для него. Самым интересным оказалось завещание графа де Ремиса. Просмотрев его, Кэрдан хмыкнул. Очень скоро оно пригодится. И деньги тоже – он сунул в карман заодно с письмами увесистый мешочек с монетами.
– Закрывай и возвращаемся в спальню.
– Что тебе там еще надо? Ты получил что хотел. Убирайся!
– Там осталось мое вино, разве забыла? Ты не пьешь риванское.
– Чтоб ты захлебнулся своим риванским, проклятый мерзавец!
Графиня захлопнула сейф и бросилась вон из библиотеки. Кэрдан нагнал ее и вцепился в плечо.
– Не так быстро, Милара. Не отходи далеко от меня.
Графиня фыркнула.
– С этого дня ты здесь больше не покажешься, подонок. Я не желаю тебя видеть.
– Не беспокойся, Милара. Ты больше не увидишь меня.
Они вошли в спальню. Графиня хлопнула дверью и подбоченилась, глядя на бывшего любовника. Кэрдан взял бутылку вина с туалетного столика и подошел к кровати, на которой столько раз предавался любовным утехам с хозяйкой спальни.
– Ты куда? – выкрикнула женщина. – Думаешь, я сейчас лягу с тобой?
Он обернулся и посмотрел на нее долгим, невыразительным взглядом.
– Нет, Милара, – сказал он негромко. – Я так не думаю.
С размаху он ударил бутылкой о столб в изголовье кровати. Вино брызнуло на постель, на пол, на его одежду. В ужасе хозяйка смотрела, как Кэрдан приближается к ней с розочкой от бутылки в руках. Она не могла сделать ни шагу.
– Ты обещал… – прохрипела она.
– Я обещал, что ты больше меня не увидишь. И сдержу обещание. Ты уже ничего не увидишь, Милара.
Он рассек ей артерию осколком, швырнул бьющееся в агонии тело на кровать. Отбросил розочку на пол – недалеко, чтобы светским инквизиторам наутро не пришлось долго искать орудие убийства. Закрыл на задвижку дверь спальни и распахнул окно. За долю мгновения мужская фигура исчезла из спальни умирающей женщины, а над особняком де Ремисов взмыл огромный гриф. Его оперенье отливало синевой.