Сэр
Шрифт:
— Что ты имеешь в виду, Гастон? — спрашивает она. — У тебя все еще пружинистая походка. Ты как выдержанное вино.
Уши Гастона порозовели, он смущенно смотрит перед собой, ничего не говоря, но втайне очень рад комплименту. Я люблю Ану именно за это. У нее сверхъестественная способность скрасить любой день. Она просто милашка.
Мы подъезжаем к ночному клубу через полчаса, и он переполнен. Как и в прошлый раз, Гастон подводит нас к входной двери и шепчет что-то на ухо вышибале. Тот быстро кивает, и нас
Это место совсем не похоже на то, что было в Оттаве. Мы поднимаемся по лестнице и заходим в клуб. Как только входите, перед вами предстает картина: бар и танцпол, мигающие огни, гремит музыка. Здесь многолюдно и дико. Есть зона отдыха, и мы стоим там, ищем Эйдана за столиком, но я его не вижу.
Ана берет меня за руку.
— Может, его еще нет, и Гастон что-то напутал.
Я продолжаю осматриваться, от огней уже кружится голова.
— Может, мне ему позвонить?
Она тянет меня на танцпол.
— После одной песни! Давай сначала расслабимся!
Я позволяю ей увести меня на переполненный танцпол. Без алкоголя немного сложно погрузиться в атмосферу. Прошло слишком много времени, и я немного стесняюсь. Ана, напротив, сияет, ее душа оживает, когда покачивает бедрами и растворяется в музыке. Она не дает мне уйти далеко, держит меня за руку и притягивает к себе.
Айви хороший партнер по танцам. Она специально корчит дурацкие рожицы, чтобы мне было удобно, и я смеюсь в ответ, наконец-то двигая ногами и бедрами, как она. И та одобрительно улыбается мне. Музыка вибрирует во мне, огни вспыхивают, а окружающая темнота позволяет легко забыть о мире. Я закрываю глаза и двигаюсь, уже обливаясь потом.
После окончания песни мы покидаем танцпол и направляемся в бар. Я перевожу дыхание, смеясь вместе с Аной, когда вижу его.
Эйдан стоит у стойки бара, повернувшись в нашу сторону. Его глаза устремлены на меня, он с опасностью оглядывает мое тело с ног до головы.
— О боже, — выдыхает Ана. — Он выглядит восхитительно, Айви.
Так и есть.
Он не в костюме. Он выбрал повседневную одежду, его белая рубашка на пуговицах обтягивает бицепсы, а брюки темно-синие. Его черные волосы уже стали длиннее, чем ему нравится, и выглядят так, будто он бесчисленное количество раз проводил по ним пальцами.
Сразу же подхожу к нему, чуть не споткнувшись, хотя я трезва как монахиня. И практически падаю в его объятия, мой рот впивается в его. Он обхватывает меня руками, успокаивая. От Эйдана хорошо пахнет. У него восхитительный одеколон, который я так люблю. Его язык мятный, вкусный, без намека на алкоголь.
— Ты трезвый, — говорю я, отстраняясь, чтобы посмотреть на него.
— Я хочу быть абсолютно трезвым сегодня вечером, — отвечает он мне, пристально глядя мне в глаза. — Ты выглядишь
Я застенчиво улыбаюсь.
— Ты и сам не так уж плох.
Он мягко улыбается.
— Я видел, как ты танцуешь.
— И?
Его глаза загораются.
— И я хочу сделать это с тобой.
Мое сердце быстро бьется в груди.
— Я бы тоже этого хотела.
Он проводит большим пальцем по моей щеке. Смотрит на меня как зачарованный, и в моей груди разливается тепло. Я чувствую себя ходячим пламенем, когда Эйдан так смотрит на меня.
Ана прочищает горло рядом с нами и ухмыляется.
— Куда подевался твой самодовольный братец?
Ему требуется некоторое усилие, чтобы посмотреть на нее.
— Он пригласил девушку на танец.
Ана возвращает свое внимание к танцполу, прищуривая глаза и осматриваясь.
— Хм. Думаю, я пойду поищу его.
— По какой причине? — настороженно спрашиваю я.
Она одаривает меня дразнящей улыбкой.
— Думаю, будет очень весело завести этого мужчину. Он ведет себя так, будто весь мир у его ног. Я хочу, чтобы он чувствовал себя отвергнутым… человек должен время от времени чувствовать отказ, чтобы напоминать себе, что он не самое лучшее, что есть на свете.
— Ана, — предупреждаю я. — Это звучит как садистская игра.
— О, ты даже не представляешь, — искренне говорит она. — Выпьем утром чайку, после того как отвергну его к чертям собачьим.
У меня отвисает челюсть, когда она заказывает напиток. Через несколько минут мужчина оказывается в ее полном распоряжении, и, как обычно, Ана пускает в ход все свое обаяние.
Я вдруг понимаю, что они с Алексом совершенно одинаковые. Они оба бесспорно обаятельные люди. Вместе они были бы чертовым хаосом.
— Это может быть забавно, — говорю я Эйдану.
Он едва обращает на нее внимание. Его взгляд все еще прикован ко мне. Его руки блуждают по всему моему телу. Его пальцы пробегают по моим ногам. Он опускает голову мне на грудь и мучительно стонет.
— Айви, я так сильно хочу быть внутри тебя, искусительница.
Я улыбаюсь ему, проводя пальцами по его волосам.
— Ты согласился повеселиться со мной.
Он дьявольски ухмыляется.
— Я могу это сделать. Только для тебя. Только на эту ночь.
Он позволяет мне выпить, и это действует на меня так, что у меня уже кружится голова самым восхитительным образом. Затем Эйдан ведет меня на танцпол. Я обнимаю его и целую через две секунды после начала танца. Его руки обхватывают мои изгибы, притягивая к своему твердому телу. Я ощущаю каждый сантиметр его тела, и пока его губы целуют любую обнаженную кожу, до которой он может дотянуться, я запрокидываю голову, глядя на огни, чувствуя, как комната кружится в разноцветных лучах.
Я безумно счастлива.