Сентиментальный детектив
Шрифт:
– Милая. Ты посуду за собой помой. А то на прошлой неделе была такая же красавица, только моложе и краше тебя, проспала, и все немытым бросила. Ой, она, видите ли, на работу опаздывает.
Скударь как только не искал к старухе подходы, и проводку ей чинил, и стену долбил. Бесполезно.
– А я че, я че, я ей только сказала, чтобы она посуду не забыла за собой помыть.
– А кроме посуды?
– Но ко мне никто не ходит, а к тебе зачем должны ходить?
Она и Клавдию, когда та решила посмотреть на его отдельное житье, в первый же день просветила. Только та ее быстро отшила.
– А
Только и соседка оказалась зубастой щукой.
– Таких претенденток милая, здесь до тебя знаешь, сколько перебывало? И все одна другой виднее. У последней ноги от ушей росли. Ни одна надолго не задерживалась.
– Я не претендентка, я жена.
– Уже жену стал сюда водить!
После этого посещения оскорбленная Клавдия, устроив Скударю скандал, ни разу не появлялась на Тишинке.
Так что вариант с Тишинкой отпадал сразу. Соседка обязательно удружит, тем более, что и Клавдия могла покупателя или маклера из агентства недвижимости привести. Лучше он к Зое поедет. Скударь почему-то вдруг застыдился того, чем раньше гордился. А почему не к себе на квартиру?
В свою новую квартиру Скударь никого никогда не водил. Кирюшка у него иногда оставался, Клавдия, но чтобы девицы… Никогда. Почему он ввел подобное табу, он и сам не мог бы внятно объяснить.
Сейчас он подумал, что если вдруг появится Кирюшка, то он его развернет и всучит ключи от Тишинки. Правда тогда поблекнет образ примерного отца, но после разъяснительной работы ежедневно проводимой тещей, он и так не светел.
– Поедем сначала ко мне! – тихо предложил Скударь. Они как раз выехали на радиальную улицу, и теперь надо было определиться в какую сторону ехать к Зое.
– Конечно, к тебе. А ты куда хотел?
Господи. Ну не дурак ли он? Неужели не мог сразу сообразить, что полузабытая Зоя была отговоркой для мужа. Пришлось на ходу выкручиваться.
– Я думал, что мы сначала в ресторане пообедаем! Я знаю по пути один уютный ресторанчик.
– И не думай даже. Я разве сама не смогу приготовить? Поехали к тебе! У тебя продукты найдутся?
– Конечно! А чего не хватит, я сбегаю, универсам напротив.
Далекой молнией полыхнул вопрос, почему она так уверенно считает, что никого у него дома нет. Мысль родилась и тут же погасла. Потом спрошу. Скударь воспрянул духом и утопил акселератор в пол.
Арина испуганно воскликнула.
– Ты что, ты что? Я от тебя никуда не убегу. Теперь ты мой до конца своих дней.
Скударь мысленно усмехнулся. Если бы она только знала, как отлетают эти дни. У подъезда его престижного кирпичного дома сидели старушки, с которыми он всегда вежливо здоровался. До этого соседки видели Скударя лишь с Клавдией, поэтому сейчас внимательнейшим образом оглядели гостью, и самая сердобольная из них спросила:
– Рюрик Андреевич. За все годы, что я здесь живу, первый раз вижу, что вы с молодой дамой в подъезд входите. А то все с нами, да с нами. Может, что сказать сыну, если вдруг он появится?
О женское отродье. О, змеи подколодные! – мысленно выругался Скударь, натягивая на лицо маску благочестия и добропорядочности. Ответить он не успел, его опередила Арина:
– Ой,
Когда за Ариной с Рюриком закрылась дверь в подъезде, началось обсуждение.
– Мужик-то какой видный из себя.
– Вежливый.
– Всегда спросит, как здоровье.
– Сумки поможет поднести.
– Из лифта никогда первым не выйдет.
– А живут со своей поврозь.
– А эта кто?
– Родня наверно, ишь сразу про Кирюшку вспомнила.
– А может привел?
– Не…а! Эта, ни в какое сравнение с его женой не идет. Та красавица. Грудь пышная, зад во, талия осиная. Сама белая. Мужики так и оглядываются на нее.
– Ну да, рассказывай.
– Чего рассказывай? Другой бы на его месте семнадцатилетних пачками таскал, а этот видишь какой примерный семьянин. Ни разу ни с одной женщиной не зашел в подъезд. Эта первая.
А Скударь ехал в лифте и все вспоминал, когда он сказал Арине, как звали его сына? Чертовщина какая-то. Уже и с памятью стало плохо. Он подумал, что не мешало бы потом заодно спросить про белобрысого мальчонку, выскочившего из кустов…
Глава V
На этот раз все было не так, как два дня назад. Те бурные ласки и поцелуи, которыми осыпала она его прошлый раз, остались за ее дверью.
– Можно я немного посижу? – сказала она, проходя в гостиную.
– Конечно дорогая. Ты отдохни пока, а я что-нибудь на стол соберу.
Она его остановила.
– На надо. Сядь со мною, посиди рядом.
Скударь участливо спросил:
– Что-то не так?
Они присели на диван.
– Так, все так! Так и должно быть. Только так!
Голова ее упала ему на колени, и она разрыдалась. Господи, сколько женщин перевидал Скударь за свою жизнь, всякие были у него; и наивные, желающие с первого дня устроить свое семейное гнездышко; и жеманные, исследующие его бар и согласные попробовать из каждой красивой бутылки, блюдущие только свой интерес; и неуемные, пугающие его своей хищной страстью; и красивые глупышки, верящие, что бог создал этот земной шар для того, чтобы он вертелся вокруг них. Встречались женщины умные, умеющие провести грань между страстью и последующими отношениями. Они не строили никаких иллюзий, и могли даже спросить, а стоит ли им рассчитывать на следующие встречу? Умных Рюрик не любил. И с женой у него не сложилось. Если бы он ее спросил, что главное в жизни, то услышал бы ответ – наше общественное положение. Помешалась она на этом положении.
Пышнобедрая красавица, роскошная своей плотью и белизной лица, Клавдия была завидным довеском к его жизни. С ней приятно было выйти в театр, или сходить в гости. Но жить каждый день? Как бы вкусен и сладок ни был торт, он быстро приедается. Жизнь поврозь и дала им такую длинную временную сцепку. Да еще Кирюшка был соединительным мостиком.
Последние два года Скударь откровенно манкировал супружеские обязанности. Он жил на автопилоте. А как иначе, если она была замерзшей ледяной глыбой искрящейся бриллиантовым цветом. Красиво, но холодно.