Сенсеры
Шрифт:
Дима поднял на нее грозный взгляд.
– Тебе скучно? Все-таки поболтать решила?
Элен отвернулась. Показалось, что она задела его за живое. Что же могло произойти между парнями, что вызывало столько ненависти и боли одновременно?
В тесном подъезде заискрились неловкость и напряжение.
– Это он? – спросила Элен, когда во двор въехала серебристая иномарка.
Дима подошел и встал за спиной так близко, что его дыхание обдало левую щеку. «Он издевается?» – подумала Элен, но не стала шарахаться в сторону, чтобы не доставлять наглецу удовольствия. Она давно заметила,
– Так это Алекс или нет? – с нежностью произнеся имя его недруга, она улыбнулась, предвкушая победу.
Димина ухмылка тут же исчезла. «Так я и думала!» – ликовала Элен. Может, не красиво играть на его вражде с Александром, но, как говорится, на войне все средства хороши.
– Да, – твердо сказал Дмитрий, а потом, сузив глаза, опустил взгляд на губы. Его усмешка медленно вернулась на место.
«Это еще что?! – вспыхнула Элен. – Напоминание о внушении?» Если так, то она выдержит его достойно и не покажет неловкость от близости Димы. Не важно, что ноги подкашиваются, а голова идет кругом, сердце грохочет и дышать приходится полной грудью.
– Что же ты стоишь? – томно прошептал Дмитрий и взглянул во двор, – Алекс ждет.
Элен повернула голову. Напротив подъезда стояла серебристая машина, а у водительской двери, опираясь рукой о крышу, ожидал Александр. Элен резво зашагала вперед, услышав позади довольные смешки.
– Все в порядке? – поинтересовался Алекс, когда она подошла ближе, и недоверчиво взглянул на Дмитрия.
– Да, – ответила Элен и, открыв заднюю дверцу, залезла в машину.
К ней присоединился Дмитрий и положил рюкзак на переднее сидение. Элен отвернулась.
Машина еле слышно загудела, за окном поплыли дворовые пейзажи.
«Зачем он так со мной? Неужели его это все забавляет?» - негодовала Элен. Но больше всего возмущало не поведение Димы, а свое собственное. Каждый раз, когда синеглазый наглец смотрел на нее, самодовольно ухмыляясь, она смущалась, терялась и несла какую-то чушь. Элен злилась на себя за несвоевременное и необъяснимое притяжение к Диме. Самовлюбленный, наглый, неуравновешенный - не о таком принце она мечтала. Не о таком…
– Эй, кареглазка?
Она вздрогнула от неожиданности.
– Откуда имя-то такое необычное? – непринужденно спросил Дмитрий.
Элен не хотела разговаривать, но просто смолчать не могла. Дима не должен видеть, что его выходки с заигрываниями задевают ее. Надо вести себя так, будто не было никакого внушения, да и в подъезде ничего особенного не произошло. «Ничего не было!» – подбодрила себя Элен и повернула голову к парню. Легкая улыбка. Равнодушный взгляд.
– Мама наполовину англичанка. Это в честь бабушки.
– Вон как… английские корни, – игриво произнес Дима. – А отца как зовут?
«Вот засранец!» – вспыхнула Элен, понимая, к чему он ведет. Не сочетание имени и отчества не раз становилось причиной насмешек в школе. И чем только думала мама, выбирая не русское имя?
– Павел. Я - Элен Павловна, если тебя это так забавляет, – съязвила она.
Дима
– Дождь собирается, – неожиданно сказал Алекс.
Его бархатистый голос отвлек. Элен посмотрела в зеркало и встретила понимающий взгляд карих глаз. Александр включил музыку и сделал громче, чем спас Элен от продолжения нелепого разговора. Она отвернулась к окну, не ответив на насмешки Димы.
– Извини, – серьезно сказал он.
«Надо же! Еще и раскаивается!»
Вскоре капли дождя застучали по затемненным стеклам. За окном поредели дома. Элен так и не знала, куда ее везут. Когда они промчались мимо поворота в родной поселок, сердце потяжелело в груди. Элен проводила взглядом бело-синюю табличку указателя. С каждой секундой она была все дальше от дома, куда скоро с работы вернется папа.
Элен посмотрела на наручные часы, подаренные отцом на день рождения. Оставалось чуть больше часа, и он будет дома. «А ужина нет», - невольно пробежала мысль, но Элен встрепенулась. «Что папа подумает? Что будет делать? Да он ведь с ума сойдет!» Глаза наполнились слезами. «Что сделают элитовцы, поняв, что он не знает, где я?» - крутился самый мучительный вопрос. «Только не плачь!» – приказала себе Элен, но непослушные слезы самовольно вырвались из глаз. Элен вполоборота развернулась к окну, чтобы скрыться от взглядов парней, притихших рядом. Дождь, вторя ударам ее сердца, стучал по стеклу, набирал силу, плакал вместе с ней.
– Элен, – нежно произнес Алекс, – все будет хорошо…
Очень хотелось в это верить.
Еще с утра у Элен была привычная, пусть и не совсем нормальная, жизнь, но кто-то в один миг взял и все перевернул. Кто? Зачем?
Слезы не собирались останавливаться. Они неслись тем же потоком, что и ливень за окном. Элен опустила одну руку на колени, стараясь унять дрожь, другой смахивала слезинку за слезинкой, смотря на нечеткие силуэты проносящихся мимо деревьев.
Она ощутила легкое прикосновение к пальцам. Дима осторожно обхватил ее мизинец своим. Элен не смотрела на парня, но чувствовала на себе пристальный взгляд. Касание было неуверенным, Дима будто спрашивал разрешения, и Элен крепче сжала его палец. Сейчас она нуждалась в поддержке своего отважного спасителя. В эти мгновения в сердце не было ни обиды, ни злости, только отчаяние и безысходность.
«Что я могу сделать?» - спрашивала себя Элен. Можно, конечно, отказаться от помощи парней и вернуться. Они не имеют права решать за нее и останавливать. Почему же она этого не делает? Что заставляет следовать за ребятами и быть уверенной, что так должно быть? Интуиция? Здравый смысл? Глупость?
В глубине души таился вполне простой ответ: так бы хотела мама. Элен не сомневалась, если бы она дожила до этого дня, то настояла бы на отъезде. Не зря мама сторонилась брата-элитовца. Поэтому Элен интуитивно доверилась Диме, собрала вещи и оказалась в этой машине.