Сеньор Робинзон
Шрифт:
Прапорщик Фурсенко по виду Олениеля понял, что того до печенок проняли восхитительные картины райской жизни, осталось только закрепить результат:
– А как надоест заниматься созерцанием и самосовершенствованием, дашь знать. И тебя найдут.
– И что, это можно организовать?
– Можно. Только надо перетереть кое с кем. Ты давай, погуляй завтра по городу, а я все устрою.
За это они выпили. Того самого гномьего самогона, что Оли прихватил с собой из Риверпонтоса. После пели песни, правда, вполголоса. Ибо соседи, знаете ли. А таких магических штучек, как звуконепроницаемый
Петр Сергеевич вытирал стаканы и обдумывал детали плана, спонтанно созревшего у него в голове. И план этот был достоин самой Морриган...
– Знаешь, Петр Сергеевич, - неожиданно начал подвыпивший Оли, которого потянуло на откровенность, - Я ведь сначала был в тебя влюблен. С первого взгляда.
Петр Фурсенко чуть не взвыл, но Оли не собирался останавливаться:
– Но потом, когда познакомился с Ирениссой и девчонками, эти новые отношения меня отвлекли. А когда увидел, как тебя любят женщины... и вообще, - Оли задумчиво почесал макушку, - Когда увидел, насколько женщины тебе нравятся...
Да, товарищ прапорщик припомнил, как он тогда отжигал... Затряс головой, отгоняя картинки, тут же представшие перед глазами. А Оли решил закончить свою речь:
– Вот тогда я и понял, что глупо было бы испортить хорошую дружбу.
Петр Сергеевич крякнул, поставил стаканы на мойку и предложил:
– Оли, за дружбу надо выпить.
Они выпили еще, эльф потом завалился спать на коротком диванчике в кухне. Сам Фурсенко этот диван ненавидел. Как сядешь, так в сон клонит, а заснешь на нем - то ноги свисают, то голова. Просыпаешься весь перекореженный. Но эльфу, видимо, было комфортно, потому что, несмотря на свой высокий рост, он весьма успешно скрючился на диване и тихонько сопел, причмокивая во сне.
А Петр Фурсенко продолжил обдумывать детали своего плана. Когда план выкристаллизовался до хрустального звона, Петр Сергеевич, отечески прикрыл Олениеля пледом, а глаза светились скрытым лукавством. Да и вообще, его просто распирало от удовольствия.
***
На следующее утро они наскоро позавтракали, а потом товарищ Фурсенко, приняв таинственно-деловой вид, сообщил:
– Я пробегусь по нужным людям, а ты давай, гламор на уши - и по бутикам. Посмотришь, что у нас носят. Кстати, зайди в магазины 'Охота и рыбалка'!
Оли оценил совет, сосредоточенно кивнул, а Петр Сергеевич махнул рукой и исчез в толпе.
Пока эльфийский кутюрье методично исследовал все новинки человеческой моды, прапорщик Фурсенко мотался как белка в колесе. Зато к обеду его план был выверен во всех инстанциях до мелочей. Встречались они с Оли в ресторане мегамолла, (представьте себе, это был тот самый гипермаркет, с проектирования которого и появилась на свет небеизвестная турфирма 'Угол'!) эльф пришел раньше и теперь, набрав четыре разных вида пиццы, пытался определить, что же ему больше нравится. Петр Сергеевич подошел и сел за столик, эльф, проводивший дегустацию уже по второму кругу, вопросительно на него уставился:
– Ну?
– прозвучало
– Всё, - прапорщик с улыбкой шлепнул об стол пачку проспектов и билетов, на которых угадывался логотип 'Угла', - По бонусному пакету. Всё включено!
– Ну, брат, - воскликнул эльф, вытирая губы салфеткой, - Спасибо!
Петр Фурсенко хлопнул его по плечу и хохотнул:
– Оли, это должно быть нечто незабываемое, ты даже не представляешь, какие опции там заказаны! Натурализм полный, все в соответствии с законом жанра. Все настоящее: чертов Мейн, Карибы, испанский галеон, обстановка, персонал, шторм, кораблекрушение. Короче, никакого суррогата!
Оли мечтательно воззрился на пачку билетов, сглотнул слюну и прошептал:
– Никакого суррогата...
Эх, не видел он в тот момент исполненных коварства хитрых глаз прапорщика... Впрочем, Петр Сергеевич был уверен, что бы ни случилось, все будет его эльфийскому другу только на пользу.
– Так, Оли, слушай внимательно.
Оли уже был весь внимание.
– Выезд у тебя сегодня вечером. Нам надо успеть подготовиться, закупить все необходимое.
– Я уже закупил...
– под скептическим взглядом десантника эльф сник.
Действительно, откуда ему доподлинно знать, что может понадобиться при кораблекрушении? Однако Петр Сергеевич лишь кивнул и сказал серьезно:
– Хорошо, я все проверю. А сейчас, если ты доел, пошли.
Они прошлись по всем магазинам, которые десантник счел достойными внимания, и приобрели странные вещи, назначение коих для эльфа было загадкой. Товарищ Фурсенко обещал все объяснить позже. Потом в ближайшей примерочной кабинке разложили весь багаж, приобретенный Олениелем, и после долгого препирательства, от всех этих замечательных вещей осталось две пары джинсов и толстовка. Надо сказать, что когда через полчаса жарких споров они взъерошенные вылезли наружу, девушки продавщицы провожали их подозрительными рентгеновскими взглядами. Еще бы, из кабинки неслись такие возгласы!
Петр Сергеевич сделал строгое лицо и спросил:
– Чего уставились, дамы? Что, голубого не видели?
Дамы тут же фыркнули и отвернулись, а Оли зашептал:
– Петр Сергеевич, ты зачем девушек обидел?
– Оли, это разве девушки?
Эльф потрясенно уставился на него, по всем внешним данным это были точно девушки. А товарищ прапорщик продолжал:
– Это ж гибрид акулы с бензопилой! Оли, закрой рот, муха влетит. Поехали домой, Еще надо успеть теорию подтянуть, а времени всего ничего осталось.
Эльф только крякнул, поражаясь познаниям десантника, и молча проследовал за ним, думая, что это потрясающее определение стоит запомнить.
***
Дома ускоренным методом в голову несчастного эльфа были впихнуты познания по обращению с огнестрельным оружием, причем товарищ прапорщик упирал на то, что оружие любит ласку, чистку и смазку! Оли заслушался, проведя невольные параллели...
Когда Петр Сергеевич заканчивал свой краткий теоретический курс, в голове у эльфа творился полный винегрет. Однако, при всем при этом, вид у Оли бравый.