Семь верст до небес
Шрифт:
Только жаль завтрашнего дня. По расписанию у нее уроков не было, и Алена собиралась заняться чем-нибудь приятным. Например, выспаться. Если у Ташки вторая смена, то отправиться с ней в кино или в парк Белинского с примитивными, но такими забавными аттракционами.
Или можно рвануть на Западную Поляну — там, в двух шагах от городского гула, деловито урчащих автобусов и суетливых машин, алеют рябиновые бусы, колдуют дубы, качаются тонкие клены. Там, в тишине, аккуратно ступать по влажному золоту листвы, запрокидывать голову
Она ведь не впадает в стобняк, фантазируя о том, о сем.
Она — вменяемая, взрослая женщина, и всецело осознает несбыточность этих самых фантазий.
Однако каждый раз они обрушиваются с такой реальной, такой ощутимой тоской по чему-то, что никогда не случится, но что отчетливо видится сердцу.
— Пал Палыча завтра не будет, — сообщила Тамара Эдуардовна доверительно, и Алене пришлось вытряхнуть себя из грез.
— Так что проблем у вас не возникнет, — добавила историчка.
Ну, да.
Пал Палычем звали директора, и он крайне неодобрительно относился к подобным заменам. На случай болезни или еще каких катаклизмов в жизни педагогов, такой вариант еще годился. Но — лицей есть лицей! — в повседневности этакие пертурбации не допускались, потому как совершенно выбивали детей из графика, подрывали дисциплину и вообще вносили хаос в упорядоченную жизнь привилегированного учебного заведения города Пензы.
И все это Алена отлично знала.
Но ведь завтра директора не будет, а Тамару Эдуардовну нужно выручить.
Стало быть, никаких прогулок.
Еще несколько минут Алена провела за светской беседой о невыносимом поведении подростков, угрожающем росте терроризма и ценах на красную икру.
Между тем Ташка, наверное, измучила охранника, умоляя дать ей подержать табельное оружие — «Ну, на пять секундочек! Ну, хоть пустую кобуру! Ну, пожалуйста, что вам, жалко, что ли?!» — успела поиграть в футбол собственным рюкзаком и измерила все лужи во дворе. Хотя нет, на территории лицея в любую погоду было чистенько и сухо. Словно дворник Потапыч каждый день пылесосил асфальт.
Наконец, Тамара Эдуардовна решила, что светская болтовня ее утомила, и попрощалась с Аленой.
Он не ошибся в выборе, приехав сюда несколько лет назад. Город ему нравился. С одной стороны — провинциальный тихоня, с другой — богатенький наследник, как будто только примеривающийся к солидным сбережениям почившего папаши. Было где развернуться. Начать все с начала.
У него неплохо получилось.
Если бы не этот чистоплюй, получилось бы — отлично!
Впрочем, так неинтересно. Ему всегда нравились противники сильные и упорные, а здесь за все время так и не встретилось достойного сопротивления. Так что последнего, самого
В его годы простительна слабость к сладкому…
Что ж, битву за лакомый кусочек можно начинать. План продуман, исполнители в позе «готовсь!» К тому же обстоятельства явно складываются в его пользу. Не зря же так вовремя попался ему под руку этот столичный лох, возомнивший себя покорителем провинции. Спасибо старым товарищам, не подкачали. Правда, они-то думали, что клиента ему сватают, а он подкорректировал кое-что, и получился из московского гостя не клиент, а подсадная утка.
Забавная роль, не правда ли?
Эпизодическая, конечно, но остальные уже распределены. Вот только козла отпущения он пока не выбрал.
Дело, в общем-то, нехитрое.
Он отставил бокал с коньяком и придвинул к себе тонкую папку, в которой лежало всего несколько машинописных страниц. Ничего интересного — крупным шрифтом биографии мелких людишек. Их пристрастия, слабости, послужные списки, уровень зарплаты. Последний пункт — четырехзначные цифры, экая несправедливость! — его здорово рассмешил.
Он с удовольствием похохотал некоторое время, не переставая, однако, думать о претендентах.
Красотка по другую сторону двери недоуменно прислушалась. Звуки, доносившиеся из кабинета босса, очень напоминали скрежет металла по стеклу.
Она скривилась и быстро отскочила в глубь своей конторки.
Ожил селектор.
— Зайди, — услышала она отрывистую команду. Босс, развалясь в кресле, глядел в одну точку и сам себе улыбался. Как же она боялась этих его улыбочек! Он вдруг посмотрел на нее в упор сердитым и удивленным взглядом, и красавица неуютно поежилась, почувствовав себя беззащитной киской, некстати подвернувшейся под ноги хозяину.
— Вы меня вызывали, — напомнила она робко.
— Чего тогда жмешься? — гавкнул он. — Садись! Он нарочно пугал ее. Так девочка лучше соображала. Вынув из папки один лист, он придвинул его к ней и лениво произнес:
— Вот этот. Сегодня же наладь контакт. Неделя на полное взаимопонимание. Упустишь, другого будешь искать сама. Вопросы?
Девушка сосредоточенно пробежалась глазами по строчкам. Озадаченно нахмурилась.
— Кроме жены у него есть кто-то?
— Там же написано, — вкрадчиво попенял босс. — Дочь.
— Да, но у дочери и у женщины другая фамилия, — не поднимая глаз, доложила красавица, — скорее всего, ребенок не его. Может быть, на всякий случай найти еще кого-то? Родителей? Или сестру, например?
Он довольно хрюкнул.
— Хорошо, что заметила. Скажешь ребятам, пусть роют. А пока достаточно бабы с дитем. — Потом он задумчиво отпил коньяка и добавил: — Отправляйся, детка.
Он никогда не называл ее по имени. Как и остальных подчиненных. Попросту не давал себе труда запомнить их имена, вот и все.