Чтение онлайн

— Выход на крышу заперт?

— Само собой. Но замок там такой — спичкой открыть можно. Я с ним секунд за двадцать справился.

— Так ты уже был наверху?

— Ну да. Погулял слегка, да и обратно. Незачем излишне светиться.

— Слушай, давай его сегодня оприходуем, а?

— Можно и сегодня в принципе, хотя к чему такая спешка? Может быть, просто сдать его Спасению, пускай их местная служба безопасности разбирается?

— Да ты не понимаешь! Если им займутся они, то эта сволочь через месяц снова вещать начнет. А у меня,

честно говоря, на его морду уже кулаки чешутся. Если мы его из эфира не выкинем, я ж его разделаю, как Бог черепаху. Я не могу спокойно ждать и ничего не делать, пока он достает наших девчонок!

— Ладно, уболтал. Лесничему звонить будем?

— А к чему? Он сегодня с суток, устал. И нечего нам толпой вокруг дома носиться, так нас скорее заметят. А мы вдвоем все по-тихому сделаем, и ариведерчи!

— Пусть так. Мысли есть по поводу?

— В смысле?

— Как валить будем? Просто антенну завалим, кабель порежем, или еще что-то? Мне тут ребята одну забавную вещь подсказали: берешь и вбиваешь в катушку антенны гвоздь. Чисто внешне с антенной все в порядке, а передача хреновая. И принимает отвратительно. Он пока разберется в чем дело, не меньше месяца пройдет. А то и поболе.

— Есть у меня одна более веселая задумка. Только я сначала должен место лично посмотреть, а то может и не получиться. Ты как, еще занят?

— Ну, часа на два у меня еще работы имеется. А что, уже не терпится?

— Да я на месте усидеть не могу!

— Тогда сделай одолжение: сходи в магазин, купи минеральной воды! А то с утра изжога мучает.

— Это с чего тебя так, вечером пива перебрал?

— Да нет, на жену глядючи. Ее сейчас токсикоз мучает, я как на нее ни погляжу, у меня самого желудок бунтовать начинает. И как она, бедная, все это терпит?

— Первенец?

— Ну да. И ведь уже шестой месяц, а токсикоз все продолжается! У всех других на четвертом уже тишь да гладь, а моя вон, до сих пор. Но ничего, терпит, даже улыбается, меня подбадривает. А я уже, не поверишь, на десять кило похудел. Скоро одни кожа да кости останутся.

— Ну, тебе это не грозит! Ты у нас мужчина солидный, на тебе потеря десятка килограмм даже и не заметна. В тебе ж весу за центнер, как и во мне!

— Уже ровно центнер. Еще чуть-чуть, и уйду в легковесы.

— Да не переживай ты так, все будет хорошо!

— Тебе легко говорить! Вот будешь своего первенца ждать, тогда я на тебя посмотрю, какой ты непоколебимый ходить будешь!

— Ладно, не куксись. Лучше скажи, тебе какой воды-то взять, Нарзан или Боржоми?

— Лучше Боржоми в стеклянной бутылке. И еще пачку честера возьми, а то последние две штуки остались. И шоколадку какую-нибудь в рот закинуть. Да, и раз уж все равно мимо проходить будешь, купи две пальчиковые батарейки, а то у меня фонарик в электробычок превратился.

— Ты в следующий раз сразу список напиши, чего тебе надо. Пожалей мою бедную голову.

— Так кто ж знал, что ты сегодня в роли гонца выступаешь?

На

место они отправились через два с половиной часа, когда над Москвой сгустились сумерки. Внешне дом, на который указал Бегемот, ничем не отличался от своих соседей. И вообще, район здесь был тихий, старый. Фонари уличного освещения работали через один, во дворах расположились покинутые детские площадки, да теснились кое-как припаркованные машины жителей, не входящих в число счастливых обладателей персональных «ракушек».

Они вошли в средний подъезд, стараясь излишне не шуметь, открыли замок и поднялись на крышу. Олег поставил в сторону свою спортивную сумку с отвисшим дном, которая глухо ударилась о крышу, и осторожно свесился через тонкий заржавевший поручень, рассматривая исчезающий в торцевом окне четвертого этажа кабель. В комнате горел свет. Значит, дома сволочь. Наверняка, опять в канале торчит. Что ж, недолго ему осталось! Ох, недолго!

— Ну, и что делать будем?

— Я уже все просчитал, думаю, что все будет тип-топ. Хорошо, что у него внизу под окнами ни двора, ни дороги. Кусты лишь какие-то растут. Туда ни один нормальный человек не сунется.

— А это тут при чем?

— Сейчас увидишь!

Олег полез в сумку и вытащил оттуда на свет божий настоящую гирю-пудовку. Бегемот аж присвистнул:

— Слушай, и охота была тебе ее сюда волохать? Ты что, с ее помощью будешь антенну прессовать?

— Деревня ты, Бегемот, а еще и начальник отдела! Смотри, что значит инженерное мышление в действии!

Из толстой проволоки, извлеченной из недр все той же многострадальной сумки, Ликвидатор сделал основательную скрутку, которой привязал гирю к кабелю.

— Как думаешь, не порвется в процессе?

— Судя по ее виду, скорее у гири ручка оторвется.

— Тогда порядок. Ну что, запускаем?

— Ты уверен?

— На все сто!

— Что ж, тогда давай. Но бежать нам с тобой отсюда ой быстро придется!

— Я все учел! Он минуты три в себя приходить будет, это факт. А мы в это время уже будем с тобой вон в том магазинчике сигареты покупать. Фиг он на нас подумает. Однозначно!

— Тогда запускай.

Олег подошел к краю, последний раз взвесил гирю в руке, и как бы с сожалением отпустил ее.

Раздался страшный грохот, лязг стекла, а через пару секунд отборный мат. Гиря, пролетев вниз, вырвала за собой усилитель и рацию, которые вылетели наружу, разбив оба оконных стекла, которые брызнули прозрачным фейерверком во все стороны, а затем вся связка упала на землю. Бегемот, наблюдавший за этим зрелищем метрах в полутора от друга, показал тому большой палец, и они стремглав бросились к люку. Выскочили из подъезда, каким-то чудом не столкнувшись ни с кем из жильцов, и уже не спеша, отправились к запримеченному Олегом магазину. Купили для виду сигарет и пиво, и тихонько пошли обратно, к «месту преступления», громко рассказывая друг другу анекдоты.