Чтение онлайн

— Но почему, Боже ты мой? — недоумевал Билл.

— Потому, что она была убита в вашем доме, была вашей женой, вы не жили вместе и у вас нет алиби. По их сведениям, вы злились на нее, даже ненавидели ее за наркотики. Существует тысяча причин, по которым вы могли хотеть прикончить ее.

Адвокат был жестоко откровенен.

— Разве они не должны доказать, что это сделал я?

— Не обязаны. Если вы не можете доказать обратное. Они могут продержать вас в, предварительном заключении, если прокурор выдвинет против

вас обвинение.

— Вы думаете, он выдвинет?

— Вас кто-нибудь видел ночью, после двенадцати часов?

Билл горестно покачал головой:

— После того как я уехал из бара — никто. Я просто катался.

— Вы когда-нибудь с кем-нибудь беседовали о ней? Говорили кому-нибудь, что сердитесь на нее из-за наркотиков?

Билл снова покачал головой и внимательнее пригляделся к человеку, присланному Гарри. Ему было лет сорок пять. Он казался лишенным индивидуальности. Билл надеялся, что свое дело он все же знает хорошо.

— Мы вообще-то даже никому не говорили, что состоим в браке.

— Почему?

— Так хотел ее агент. У нее тогда была большая роль в сериале, и он считал, что это нанесет ущерб ее образу невинного существа.

— А у вас на работе? Кто-нибудь знает? Билл рассказал ему, как солгал Мелу, когда получал роль, и добавил:

— Меня после такого могут вообще выгнать.

— Вовсе не обязательно…

Эта была первая утешающая фраза, сказанная адвокатом. Его звали Эд Фрид. Гарри клялся в его компетентности.

— Возможно, Векслер вам посочувствует. Для любого это тяжелое испытание. Как вы думаете, кто мог это сделать?

Билл немного подумал и пожал плечами:

— Не знаю. Может, кто-то из наркодельцов. За ней, вероятно, следили. Может, сутенер…

— Она и этими делами занималась? — спросил Эд.

— Да… Один раз ее за это задержали. Гадко было так выворачивать наизнанку чью-то жизнь. Билл снова взглянул на Эда:

— Вы можете добиться, чтобы меня выпустили под залог?

Адвокат покачал головой:

— Вы подозреваемый. Они еще даже не установили сумму залога.

И решил сообщить Биллу все остальное:

— А если против вас выдвинут обвинение в убийстве, то не выпустят.

Фрид все же надеялся, что обвинение не будет таким тяжелым и удастся добиться освобождения Билла.

— Великолепно, — угрюмо заметил Билл. Но он стал еще угрюмее, когда увидел вечерние газеты). Сообщение было не в шапке, но на первой странице, под заголовком: «Актер обвиняется в убийстве жены». В заметке назывались их фамилии, перечислялись обвинения, которые в свое время выдвигались против Сэнди, говорилось о ее пристрастии к наркотикам, увольнении из сериала, о работе Билла в новом сериале Мела Векслера и его перспективах стать в предстоящем сезоне покорителем сердец телезрительниц.

— Это маловероятно, — сказал Билл сам себе, лежа на вонючей койке и закрыв глаза. В этот вечер его не допрашивали.

Он лежал и думал о ней… ушедшей из жизни с пулей в сердце и тремя в черепе, и об их прежней жизни, которая исчезла, как сон.

— О Господи… Боже ты мой…

Джейн первой увидела заголовок, пока они сидели и ждали окончания установки света к следующей сцене. Один из операторов за ленчем читал газету и оставил ее на скамейке. Джейн молча подала газету Заку. Тот опешил:

— Неужели это Билл?

— Наверняка он.

Подтверждением служило и то, что Билл в этот день не явился на работу. В одиннадцать часов звонил его агент, а группе пришлось снимать сцены без его участия, неотрепетированные, что внесло много сумятицы. На каждую сцену уходило не меньше шестнадцати дублей. В результате все были раздражены, кроме Зака и Джейн, которые, хотя и не спали всю ночь, имели очень счастливый вид, по крайней мере пока не прочли статью. Теперь стало ясно, почему Билл большую часть времени пребывал в хандре.

— Тут сказано, что он был женат на ней. Он никогда ничего такого не говорил… Ты знал? — спросила Джейн, удивленно глядя на Зака.

В этот момент к ним подошла Габи. Вдобавок ко всему день выдался очень жаркий, и коллектив не мог прийти в себя после вчерашней вечеринки.

— Если и следующую сцену мы будем снимать за шестнадцать дублей, я покончу с собой.

Габи села на скамейку и посмотрела на Зака и Джейн.

— В чем дело? У вас такой вид, как у меня самочувствие. Что, вчера мексиканских блюд переели или вина перепили, или и то и другое?

Она улыбнулась. Конечно же, ее слова были шуткой. Вечеринка удалась на славу.

Но Джейн лишь молча подала ей газету. Габи прочла статью и, закатив глаза, произнесла:

— Какой ужас! Нет, в это трудно поверить…

Весть распространялась, как пожар, шепотом, между дублями. А к вечеру приехала полиция. Инспектора объявили, что хотят поговорить со всеми, и попросили всех ненадолго остаться. Было уже почти семь часов, но все безропотно подчинились. Полицейские сначала побеседовали с режиссером, потом ушли с Заком в его артистическую, откуда он появился лишь через полчаса.

— Ну, что они сказали? — шепотом спросила Джейн.

— Мало что. Они хотели знать, говорил ли он когда-нибудь о своей жене… видели ли мы ее когда-нибудь… выглядел ли он вчера огорченным. Я сказал им, что никто не знал, что он женат, а я видел его с девушкой только один раз — пару недель назад, в баре «У Майка».

Оба помнили замарашку, с которой видели Билла. Джейн задавалась вопросом, она ли именно была застрелена? Зак огорченно посмотрел на Джейн:

— Они спросили у меня, когда прошлой ночью он ушел с вечеринки, и я сказал, что около десяти. Может, не надо было им этого говорить?