Чтение онлайн

— Я не хочу, чтобы меня обвиняли в злоупотреблении служебным положением. Я, Сабина Куорлс, хочу знать, что вы уже согласились сниматься, а это всего лишь празднование нашей встречи.

— Договорились, мистер Векслер.

— Ну, тогда ладно.

Он снова поцеловал ее, и на этот раз жар его страсти был так силен, что Сабина словно растаяла в его объятиях. Мел пальцами почувствовал, как с ее тела соскальзывает атлас платья, и в следующее мгновение она предстала перед ним, совершенная, как статуэтка, в своей наготе, которую во всех ракурсах отражали две зеркальные стены гостиной. Сабина взяла Мела за руку и повела

в спальню. Это был первый и последний раз, когда в ту ночь ей пришлось указывать путь. Как только они достигли ее постели, инициатива перешла к Мелу, который позволил Сабине подняться на давно забытые ею высоты. Это была ночь страсти, достойная двух самых важных в сериале «Манхэттен» людей: постановщика и исполнительницы главной роли.

Зак Тейлор вернулся из Греции вскоре после Дня труда, загорелый, веселый, с иголочки одетый во все лондонское. Он был больше похож на игрока в поло на каникулах, чем на кинозвезду. Его всегда окружала как бы аура высших слоев общества, в этом отчасти была его привлекательность, и именно поэтому он так подходил для «Манхэттена». После трехмесячного отсутствия он рад был снова вернуться в Бел Эйр. У него здесь был великолепный дом и, как у многих других, дом в Малибу; еще он владел несколькими скаковыми лошадьми, которых держал в Дель Map, недалеко от Сан-Диего. Он был человеком разнообразных увлечений. Разговор с Мелом его заинтриговал. Ему понравилась идея сериала, и особенно идея привлечения Сабины Куорлс. Он уже однажды с ней работал и знал, что хотя она не была звездой первой величины, но отличалась трудолюбием и хорошей игрой. Кроме того, при ней он все равно оставался бы на первой позиции.

Тейлор провел рукой по своим слегка волнистым волосам, в последние годы посеребрившимся на висках, и улыбнулся Мелу. Они обедали в Хиллкрест-Кантри-клубе.

— Мне хотелось бы прочесть сценарий, Мел. Если он действительно так хорош, как ты говоришь, тебе обеспечен успех. Хотя он тебя никогда не покидает.

— Спасибо, Зак, — улыбнулся Мел и рассказал ему о Билле Уорвике и других актерах и актрисах, которых он запланировал для сериала. Пока окончательно были утверждены только Сабина и Билл.

— Телекомпания целиком нас поддержит. Он всегда работал с одной и той же телекомпанией и не имел с ней никаких проблем. Там знали, что работа Мела плохой не бывает. Зак это тоже знал. Против съемок на телевидении он ничего не имел, даже любил телевидение и приветствовал идею серьезных сериалов, понимая, сколько зрителей сразу смогут увидеть его на экране. Сабина осознала этот факт лишь недавно, Зак же с удовольствием работал на телевидении уже на протяжении ряда лет.

Мел вручил Заку сценарий, как и две недели назад Сабине, нисколько не сомневаясь, что Зак будет так же восхищен, как они все. Будет восхищен, взволнован и захочет участвовать в сериале.

— Я позвоню тебе завтра. Мел. Зак никогда не водил за нос, не играл в игры «Голливуд», и Мел всегда любил его за это.

— Сегодня вечером я свободен, я его внимательно прочту, а утром скажу тебе свое мнение.

— Хорошо, Зак. Я думаю, он тебе понравится.

— Иначе, наверное, и быть не может после всего, что ты сказал.

Мужчины обменялись улыбками. Мел в очередной раз задумался над странным характером своего собеседника. Захарий Тейлор был располагающим к себе, приятным

человеком, однако он всегда держал некоторую дистанцию, его словно отделяла невидимая стена. Похоже, у него ни с кем не было доверительных отношений. «Почему же так? — недоумевал Мел. — Может, он застенчив или просто очень сдержан? Трудно в это поверить, учитывая его большой успех, но я не знаю никого, с кем бы он дружил».

Выйдя на улицу, Мел и Зак попрощались.

Зак сел в свой темно-синий «Корниш», припаркованный у тротуара. Машина смотрелась великолепно, а ее владелец, в блейзере и голубой рубашке с открытым воротом, — еще лучше. Он рванул по направлению к Бел Эйр, помахав Мелу на прощание. Две женщины, узнав его за рулем, заверещали и стали показывать друг другу пальцами.

«Подождите до следующего года, сударыни!» — с улыбкой сказал про себя Мел, садясь в свой «шестисотый», и поехал обратно в офис.

Его ждало сообщение от Сабины. Мел усмехнулся, читая его. На протяжении последних двух недель они проводили вместе почти все ночи. Сабина пробудила в нем страсть, которой он прежде не знал. В этот вечер они снова ужинали вместе, хотя решили некоторое время меньше бывать на людях. Мел считал, что неразумно афишировать их роман. То, что режиссер приглашает свою главную исполнительницу в ресторан, было нормально, однако большее уже могло создать для Сабины проблемы с остальной частью группы во время съемок.

Под вечер Мелвин еще пребывал за своим письменным столом, когда в квартире Сабины просигналил домофон. Швейцар сказал, что ей принесли посылку, за которую нужно самой расписаться. Сабина сделала это и, несколько удивленная, приняла от посыльного голубую коробочку, перевязанную красной атласной лентой. Закрыв дверь, недоумевая, кто ей это прислал, она развязала ленту и увидела на крышке надпись: «ТИФФАНИ». «Наверное, это от Мела», — подумала Сабина, открыла коробочку и от изумления вскрикнула, увидев внутри тяжелый бриллиантовый браслет. Она надела его, браслет подходил идеально и выполнен был просто великолепно. От восторга Сабина даже не сразу заметила карточку, на которой было только написано: «Добро пожаловать в „Манхэтген“!»

Джейн Адаме чувствовала себя так, словно жизнь ее кончилась с последним днем съемок в сериале «Наши тайные печали». Казалось, жизнь потеряла смысл, тем более что дети учились и она их почти не видела. Джейн была так угнетена, что едва это выносила. Она читала романы, загорала у бассейна, безучастно позволяла Джеку делать с собой все, что он хотел, и отказывалась читать какие-либо сценарии или ходить на какие-либо пробы, о которых ей сообщал агент. Среди дневных сериалов не было ничего подходящего, а для вечерних программ она сниматься не могла, даже если бы получила там роль. От Джека нельзя было бы скрыть такую работу.

Джейн пришла в ярость, когда агент по почте прислал ей сценарий «Манхэттена». Он выслал его прямо по домашнему адресу, и текст мог легко попасть в руки к Джеку.

— Ты знаешь, что он сделал бы, Лу?

— Что?

Он действительно не мог себе представить, что парень был таким нетерпимым, как говорила Джейн. Такие просто не встречались, во всяком случае, в мире, где жил Лу Турман.

— Он бы развелся со мной.

— Все равно прочти. Он великолепен. Ты не представляешь, чего мне стоило его достать.