Чтение онлайн

— Я буду жить! — воскликнул он.- Я буду жить, и никто не будет мне больше мешать!

Это было давно.

До начала великой борьбы в сосновом бору было очень весело. Сосны любили солнце. Они нарочно раздвигали пошире свои тонкие длинные иглы, чтобы дать дорогу солнечным лучам.

Пусть все, кто живёт в нашем бору, радуются светлому

тёплому солнцу, — говорили сосны.

И солнечные лучи пробирались между сосновыми иглами до самой земли. Там подрастали дети сосен — крепкие пушистые соснята; ниже цвела и зрела земляника, а попозже, ближе к осени, вылезали из-под земли коротышки грибки-боровички.

Так было раньше. Но вдруг нежданно-негаданно произошли печальные перемены. И беда пришла не откуда-то издалека, а из соседнего леса. Это был густой тёмный еловый лес, где пахло сыростью и прелой хвоей. В нём росли лохматые старые ёлки и нарядные маленькие ёлочки. Но они-то не виноваты в том, что случилось: они были довольны своим житьём, любили родной тёмный лес и никому не завидовали.

Во всём виноваты те вздорные, завистливые ёлки, которые росли на опушке елового леса. Им оттуда хорошо был виден сосновый бор: он рос на высоком мест? и раскинулся широко.

— Посчастливилось же этим соснам захватить самые лучшие места, — шумели завистницы. — А почему бы не расти там нам, ёлкам?

И они задумали недоброе дело: послать на борьбу с соснами в их светлый бор своих ребят — крылатые еловые семена.

— Подрастёте, не пускайте в бор солнце, ребята, — внушали им матери-ёлки. — Закройте для солнца все входы, и вы победите: весь бор достанется вам.

И вот в сосновом бору выросли хмурые колючие ёлочки. Они загораживали своими мохнатыми ветками пути-дороги солнечным лучам, и на земле стало темнее и сырее.

Пушистые соснята похудели и начали прихварывать. Земляника в тени заскучала и стала потихоньку перебираться на поляну. Перестали появляться и толстенькие коротышки грибки-боровички.

Старые сосны не сразу заметили незваных гостей. А когда увидели, что творится внизу, — возмутились:

— Зачем вы, тенелюбы, явились в наш солнечный бор? Жили бы в своём родном лесу. Но если уж вы поселились здесь, — живите по нашим обычаям и не мешайте никому видеть солнце.

Хмурые колючие ёлочки ничего не ответили, но продолжали вести себя по-прежнему. И с каждым годом в сосновом бору становилось всё сумрачнее и сырее.

И уж не крепкие, не пушистые, а тоненькие, как былинки, стояли в тёмном сыром лесу соснята, вспоминали о ласковом солнышке, об алой земляничке, о крепы шах-боровичках.

— Совсем замрут ребята,- испугались сосны. — Нет, так это оставить нельзя: отстоим своих ребят, отстоим родной лес!

И они стали совещаться, как помочь беде, как победить врага. Вот тут-то и началась великая борьба между старожилами-соснами и захватчиками-ёлками.

Думали, гадали сосны, какую бы им могучую силу позвать на помощь, и решили обратиться к Ветру.

— Хорошо, сказал Ветер, что могу, то сделаю. — И тут же налетел на сосновый бор, да со всей своей силы! Соснам — горя мало: закачались, но устояли. У сосен корень в землю

уходит глубоко и крепко держит дерево. А ёлки от ветра одна за другой бух! — на землю. У ёлок корни не вглубь идут, а в стороны, не удержать им было дерево. Лежат ёлки на земле, а корни стенами стоят, будто ёлки на подставках стояли.

Обрадовались сосны:

— Спасибо тебе. Ветер, за помощь!

Много ёлок-врагов уложил Ветер, но ещё больше осталось в живых. Ведь Ветер-то только на опушке хозяин, а в глубь леса ему не пробраться: деревья мешают.

Видят сосны, что Ветру всех ёлок не уничтожить, и стали совещаться, какую бы ещё могучую силу позвать на помощь. Думали, гадали и решили обратиться к Подземной Воде.

— Хорошо, — сказала Подземная Вода, — что могу, то сделаю.

И тут же ушла ещё глубже в землю. Соснам — горя мало. Сосны воду и из глубины берут и пьют вволю. У сосен корень уходит в землю глубоко. А ёлкам воды не достать. У ёлок корни не вглубь идут, а в стороны. И вот стали ёлки сохнуть одна за другой.

Обрадовались сосны:

— Спасибо тебе, Подземная Вода, за помощь!

Очень много ёлок-врагов погубила Подземная Вода, но ещё больше осталось в живых. На высоких местах, на песках, без Подземной Воды ёлкам гибель. А на низких местах ёлки и дождём живы.

Видят сосны, что Подземной Воде всех ёлок не уничтожить, и стали совещаться, какую бы ещё могучую силу позвать на помощь. Думали, гадали и решили обратиться к Огню.

— Хорошо, — сказал Огонь. — Всё могу, всё сделаю!

И он побежал от забытого костра по сухой хвое, по шишкам, по траве. Всё жёг, всё палил и разгорался сильнее и сильнее. В самую лесную глушь ворвался, землю сушил, накаливал, корни под землёй обугливал.

Соснам — горя мало. У сосен корень в землю уходит глубоко, туда жар не прошёл. А у ёлок корни не вглубь идут, а в стороны, их корни жаром насквозь прохватило. И посохли ёлки одна за другой во всём лесу. Всех ёлок-врагов до единой погубил Огонь.

Наконец-то сосны вздохнули спокойно:

— Спасибо тебе, Огонь, за помощь, за избавление!

— Я вам обещал помочь и сдержал своё слово, — ответил Огонь. — Я знал, что вас низовой пожар не погубит. Но берегитесь когда-нибудь меня рассердить! Тогда я взметнусь по деревьям вверх и буду перекидываться с дерева на дерево. И в этом, верховом пожаре, погибнет всё, и от деревьев останутся одни головешки. Головешки!

Тут Огонь замолк и погас.

И вот опять стало весело в сосновом бору: всё лето солнце. Его лучи добирались до самой земли. И там, на солнышке, подрастали дети сосен — крепкие пушистые соснята; ниже цвела и зрела земляника, а попозже, ближе к осени, вылезли из-под земли толстенькие коротышки грибки-боровички.

А по соседству с сосновым бором по-прежнему стоял еловый лес. Он был густой и тёмный, в нём пахло сыростью и прелой хвоей. Но лохматые старые ёлки и нарядные маленькие ёлочки, которые в нём росли, были довольны своим житьём, любили родной тёмный лес и никому не завидовали.