Чтение онлайн

– Вот она, - простодушно ответила жена и протянула ему снимок с презентацией.

– Да нет, я не про эту, - отмахнулся от нее Комаров. Он перерыл кучу карточек на столе, заглянул под стол, за плиту, даже не поленился порыться в мусорном ведре: - фотографии нигде не было. За то время пока он болтал по телефону с пушистой лисичкой, жена могла порвать карточку на мелкие кусочки и выбросить в окно, или сжечь, а пепел развеять по ветру, или вообще, сделать с ней все что угодно. Как он мог, старый козел оставить у нее в руках единственную улику?! Впрочем, не единственную, ведь есть еще негатив!

Он

схватил пленку и принялся внимательно, кадр за кадром, просматривать ее, но нигде похорон не было. Очевидно, она успела уничтожить и негатив.

– Куда ты дела ту фотографию?
– спросил он снова.

– Да вот же она, - ответила Лена и придвинула ему все тот же снимок сделанный на банкете.

– Разве?
– Комаров сделал удивленное лицо, - А почему же тогда ты сказала, что я не должен был видеть этого?

– А ты разве не понял? Посмотри повнимательнее, и сам поймешь.

– Ну, смотрю, - ответил Комаров, разглядывая фотографию, - И

ничего не понимаю.

– Смотри, видишь, где его рука?
– спросила Лена.

– Чья?

– Кобылкина, чья же еще?

– Ну, вижу - обнял тебя за талию, ну и что?

– Да не за талию, а ниже, - скоромно уточнила Лена.

– Ну, хорошо, за попку, какая разница!
– разозлился Комаров.

– Да не волнуйся ты так, чего ты разнервничался?

– Да я и не волнуюсь.

– Нет, волнуешься, я же вижу! У тебя даже руки трясутся! Только ты зря, у меня с Кобылкиным совершенно ничего не было!

"Значит, было!
– подумал Комаров, - Неужели этот липовый следователь прав, и всем женщинам нужны только мерседесы, яхты и деньги, деньги, деньги? Целое море денег! А все-таки жаль, что этого жлоба тогда окончательно не прибили!"

– Да плевать я хотел на твоего Вована!
– сказал он вслух - Где та фотография, с похоронами?

– С какими еще похоронами?

– С моими конечно, с какими же еще? Ты же там, на снимке стоишь в трауре возле моего гроба, значит, ты все это видела, почему ты не хочешь мне все рассказать?

– Да успокойся ты, не нервничай! Мне совершенно нечего тебе рассказывать!

– Я успокоюсь только тогда, когда ты мне все расскажешь!
– сказал Комаров.

– Не понимаю, зачем тебе все это нужно?

– Для меня это очень важно, представь себе!

– Ладно, хорошо, я тебе все расскажу, только ты сначала успокойся, сядь на диван, и дай мне слово, что не будешь психовать!

– Я сажусь на диван, я совершенно спокоен, и психовать не собираюсь, давай рассказывай!

– Ты помнишь, я тебе говорила, что Кобылкин заходил, когда ты лежал в больнице?

– Да разве такое забудешь? Отформатировал, гад, мне зачем-то винчестер! Пришлось все восстанавливать, начиная с DOSа!

– Так вот, я тебе не все рассказала. Он привез с собой шампанское, и предложил выпить за твое здоровье. Я, конечно, отказалась, но он сказал, что отказываться пить за здоровье нельзя, человек может не поправиться. А я так хотела, чтобы ты выздоровел! И я согласилась.

– Ну и что?

– Потом мы выпили, за твое здоровье, разумеется!

– Ну хорошо, выпили, а потом что?

– Потом еще выпили. Потом

еще, и я не заметила, как мы с Кобылкиным оказались в пастели. Но учти, мы все время пили за твое здоровье!

– А спала ты с ним тоже за мое здоровье?

– Какой же ты все-таки грубый, Комаров! Ты что по-другому не мог сказать? Взял, и все опошлил!
– сказала Лена и вышла из кухни, с шумом прикрыв за собой дверь.

Комаров взял со стола фотографию. Рука, обнимавшая его жену лежала и в самом деле ниже талии, почти на попке, и лежала уверено, по-хозяйски.

Он смотрел на фотографию и пытался понять, что же он на самом деле чувствует: ревность? ненависть? злость? И вдруг понял, что не чувствует ничего. Он разделся и лег спать.

А утром, когда он проснулся он уже точно зал что ему нужно. Ему не нужны больше ни виллы на Канарах, ни лимузины, ни длинноногие секретарши. Ему нужны были просто деньги, много денег, и конечно, не деревянные, а настоящие зелененькие бумажки!

Комаров выскочил из кровати и как был, в одних трусах бросился к компьютеру.

Глава девятая ОДИН МИЛЛИОН ДОЛЛАРОВ

"...Когда убили главу банка "Инвазия" поднялась такая кутерьма, что никто не заметил как маленький, серый, неизвестно откуда взявшийся человек, осторожно, носком ботинка задвинул валявшийся на асфальте дипломат банкира подальше в кусты. Сделав свое дело, серый человек исчез так же незаметно, как и появился. На следующий день Комаров шел на встречу со своим издателем в тот же злополучный "Какаду" с толстой пачкой свежеотпечатанных листов, и, проходя мимо места преступления, почувствовал неприятный холодок в низу живота. Непроизвольно он ускорил шаг, но тут он увидел, как что-то блеснуло в кустах, он хотел пройти мимо, но неведомая сила остановила его, и потащила прямо к неизвестному предмету. Это был дипломат убитого банкира, Комаров узнал его сразу, хотя видел всего несколько секунд в руках у жертвы: маленький черный плоский сундучок с блестящим мудреным цифровым замком. Он поднял его, и первым делом попытался открыть замок, замок не поддавался. Комаров огляделся по сторонам - не смотря на дневное время вокруг никого не было. Тогда он развернулся и быстрым шагом направился домой, желание встречаться со своим издателем у него пропало.

Дома Комаров, после долгих усилий при помощи зубила и молотка все-таки открыл дипломат, там оказались зеленые тугие пачки долларов. Трясущимися от волнения руками он пересчитал деньги, в дипломате был ровно один миллион..."

"Ну, вот и все, - подумал он, выключая компьютер - На этот раз, кажется, все предусмотрел, теперь остается только пойти и забрать деньги". Он оделся и вышел на улицу. Погода была прекрасной, солнце светило во всю, что было весьма кстати, так как солнечный лучик, отразившись от блестящего замка дипломата, должен был попасть Комарову прямо в глаз. Но почему-то этого не случилось, он несколько раз прошел через злополучное место, напряженно вглядываясь в кусты, но ничего необычного не заметил. Тогда он, отбросив ложную стыдливость, сам залез в кусты и начал так старательно шарить там, что бомж собиравший пустые бутылки увидел в нем своего конкурента.