Чтение онлайн

Куратор с хлыстом ещё мог внести кое-как свою лепту. Хлестал одержимую, но задержать не решался, помня о судьбе товарища. Соответственно, и держался подальше. А паралитический яд её будто вообще не брал.

Альдред полагал, что кроме декапитации иного способа покончить с арахнидом попросту нет. И ведь был недалек от истины. Сестра Кайя будто чувствовала его настрой и потому строго наказала:

– Не встревай. Это не наша работа.

Он послушался. Как всегда.

Инквизиторы кричали:

– Осторожно!

– Бей ещё!

–

Заходи! Сбоку заходи!

– Да не работает!

– Без толку!

– Вы бредите? Тут баллиста нужна!..

– Где подмога?..

Кровь арахнида, как из дыр в пивном бочонке, всё хлестала, заливая гранитные плиты…

Липкая, жирная, пузырящаяся кровь.

Один миротворец утомился без конца полосовать брюхо паучихи. Ясно уже было, что пользы от этого с мизинец. Латник отчаялся на рискованный трюк.

Для начала он зашёл к арахниду сзади. Подпрыгнул, выждав момент, и залез на брюшко. С горем пополам стал целенаправленно ползти навстречу оголенному торсу непосредственно Эдени. Палаш оставался в его руке лишь чудом.

Инквизитор собирался схватить онейромантку сзади за волосы и отпилить ей голову. Остальные ослабили напор, отвлекаясь на его безрассудство.

На мгновение, самое важное для их товарища.

Монстр только этого и ждал. Он, ловко перебирая лапами, стал кружиться. Альдред видел перед собой не арахнида, но лютый смерч. Паучиха прыгала, скакала и брыкалась, напоминая взбешённого быка.

Естественно, миротворец удержаться на чудовище не сумел. Он слетел с него. По Рунному Залу пронёсся вопль. Крик резаной свиньи.

Бойцы в ужасе стали отходить назад. Латы, как назло, сковывали движения. Всё же годились они только для отражения прямых попаданий магией. Для борьбы со звероподобными монстрами Церковь содержала совсем другой отдел.

– Назад! Назад!..

Здесь нужно быть ловчее и вооружиться потяжелее.

Латники разбежались кто куда, словно тараканы от света лучины. Они, сами того не ведая, расчистили для арахнида место. Площадку для экзекуции над предприимчивым инквизитором.

Тот отползал в надежде добраться до оброненного копья. Паучиха зашипела в предвкушении, судорожно шевеля хелицерами, с которых капал яд. Арахнид в мгновение ока покрыл расстояние до миротворца, нависнув над ним, как чёрная туча.

В следующий миг стало ясно: бойца уже не спасти. Одержимая взревела и начала топтаться по нему лапами. С каждым ударом латы миротворца плющились, а кости – ломались: тварь весила не меньше гиппопотама. Он кричал – первые пару мгновений – и вдруг стих.

Никто не решался подойти. Никто и не подумал бы его спасти, отвоевать у чудища страдальческое тело напрасного героя.

Дальше паучиха начала трепать его и таскать из стороны в сторону, бить об пол. С такой силой, что по граниту пошли трещины, а на плитах остались вмятины. Наконец лапа опустилась ему на шлем, легко сминая. Металл впечатало в голову несчастного. Да так, что из прорезей

для глаз потекла тонкими струйками кровь. Альдред поморщился.

Арахнид ещё немного потоптался по трупу инквизитора. Под ним лежал уже комок из брони, одежды и мяса. Паучиха схватила его передними лапами и напоследок швырнула с разворота в сторону Альдреда и сестры Кайи. Чтоб не скучали.

– Берегись! – крикнула ментор, уходя вправо.

Альдред кувыркнулся влево. Шар из останков миротворца с лязгом отпрыгнул от стены. Прокатившись обратно ещё немного, остановился между наставницей и воспитанником.

Тот старался не смотреть на кровоточащее месиво. Он крикнул ментору в сердцах:

– Да куда подевались эти персекуторы?!

– Просто не спешат, – отвечала та, угрюмо обходя сплющенный труп стороной. Она посмотрела на него, кривя губы. – Кто бы знал, что барьер нарушен…

В словах сестры Кайи Альдред уловил укоризну. А направлена она была на убитого миротворца. Именно он не уследил за целостностью рун, за что и поплатился в конце концов. Старался, быть может, загладить вину, – да бестолку.

Куратор-практик опустил голову и погонял воздух во рту, вздыхая. Мысли не давали рассудку покоя. Нервы будто воспалились.

Ему стало ещё больше не по себе, чем даже после смерти Эдени. Ведь если б не проявленная халатность, никчёмных смертей удалось бы избежать.

Уже имеющихся трупов ему хватило сполна. Злость начала медленно подтачивать его внутреннее я. Парень больше не мог стоять в стороне.

Будто прочитав, как открытую книгу, что гложет Альдреда, сестра Кайя сдалась и бросила ему:

– Идём со мной.

Просто потому, что от группу миротворцев остались щепки.

Тот пересилил последний внутренний страх и поравнялся с ментором. Вместе, держа оружие наготове, они осторожно направились к арахниду.

Между тем инквизиторы продолжали осаждать одержимую. Рисковали распластаться кровавым пятном по полу, но отвлекали его. А практик всё хлестал и хлестал паучиху, пытаясь зацепиться за шею. Так, он сумел бы потянуть тварь чуть на себя, заставить её наклониться. И тогда, быть может, миротворец отрубит ей голову, обломив цепь смертей.

Задумка оказалась далека от идеала: инквизиторы гибли один за другим. Тварь топтала, рубила и резала их, заплёвывала кислотой, впивалась в них хелицерами и жалом.

Одержимая оказалась достаточно умна, чтобы разгадать немой замысел противника. Чувствуя собственное превосходство, паучиха заверещала и поскакала прямо на практика. С каждой секундой она набирала всё большую скорость.

Последний миротворец, вставший у неё на пути, бросился наутёк. По пути он выронил ненароком бесполезные щит и копьё. Трусость пересилила в нём долг. Он встретил свой конец под лапами бесновавшейся твари.

Куратор тут же смекнул: ему не жить.

– Свет и Тьма! – проскулил он. Отказывался верить, что скоро умрёт.