Чтение онлайн

– Максим, дай нам пару минут, хорошо? – попросила Кристина.

– Лады, - Зипка невозмутимо разогнулся и отошел в сторону.

– Тань, ну ты чего? – спросила Кристина: - Давай поднимайся, а то только помылись, а ты на земле валяешься. – Аргумент не подействовал.

– Пощекотать попробуй, - посоветовал подошедший Пашка. Кристина кинула на него недружелюбный взгляд.

– А вас, товарищ майор, сюда не звали, - сказала она.

– А я сам пришёл, - ответил Пашка и уселся прямо на землю рядом с Таней. Немного помолчал.

– Я был немного неправ. Нужно было согласовать

программу испытаний корабля. Но, ладно. Что было, то было. Зато, пока летал, я понял одну штуку. Чужие – не воины нифига. И воевать они не умеют. И от Виталика этим прямо веяло во все стороны. Вы думаете, почему он Зипке про ружье лазерное не рассказал? Готов поспорить, что он сам с ним обращаться не умеет.

– А откуда тогда у них боевая техника? – спросила Кристина.

– А боевая ли она? Средний Охотник пробивается крупнокалиберным пулеметом. Это боевой штурмовой летательный аппарат? Херня всё это. Тот, как он летает, говорит, что запаса мощности у него выше крыши. Что мешало сделать его бронированным? Да его даже осколочно-фугасным выстрелом сбить легко. Не. Я думаю, вся их боевая техника – это модернизированная гражданская. Да, она на порядок круче нашей по своим возможностям, но всё же не боевая. Наземная, может быть. И то с натяжкой. Даже Мамонта возьмите. Он же крайне медленный. Зато бронированный выше крыши. А точно ли он разработан для боевых действий? Грамотный танковый взвод, если его заранее обнаружит, легко подойдет сбоку или сзади и уничтожит его. По мне так это какой-то трактор для горных работ, которому присобачили лазерную пушку.

– Если так рассуждать что они херовые вояки на херовой технике, то почему они тогда нас морщат по всем фронтам? – спросил Зипка.

– А это уже другой вопрос. На него у меня пока нет ответа, - сказал Пашка: - Но, со временем, ответ будет. А теперь, оставьте нас с Таней на пару минут, пожалуйста.

– Пошли, - смерив Пашку недоверчивым взглядом, поднялась Кристина. Дернула за рукав Зипку и пошла к танку и замершему возле него Тушканчику.

– Бить будешь? – спросила Таня, когда они остались вдвоем.

– Прости меня, - сказал Пашка.

– За что? Я ведь тебя ударила, – горечь в голосе Тани проступала жгучими желтыми каплями.

– Да, ты. Но, причину я тоже понял. Ты говорила, что на часть, где ты была, напали Чужие. И сейчас у тебя перед глазами встал заходящий на лагерь Охотник, поливающий всё из лазеров и выпускающий ракеты. И ты выстрелила. А потом стало больно, когда поняла, что стреляла по своим. Прости. Если, нужно, то ударь меня еще раз. Если хочешь, давай расстреляем Тушканчика из пушки.

Пашка замолк, глядя на Таню. Она была не здесь.

– Я тогда стояла и смотрела. Кругом всё взрывалось. Кричали люди. Он летел прямо на меня. А я не могла пошевелиться.... Я тогда выжила. Много людей погибло у меня на глазах. Их разрывало на куски, сжигало лазерами. А я стояла и смотрела. И сейчас....
– через силу выговорила Таня.

– Ну, вот видишь. Сейчас-то ты не стояла. Ты действовала. Ты не дала себя в обиду. Знаешь, я чудом от очереди увернулся. Буквально почувствовал, что сейчас произойдет и дернул джойстик. Обычного Охотника ты наверняка бы сбила.

–

Сбила, - согласилась Таня и замолчала.

– Ты прав, - сказала она через минуту: - Я изменилась. Я стала другой. Я сильнее. Спасибо.

– Тушканчика не будем расстреливать? – улыбнулся Пашка.

– Не беспокойся, товарищ майор. Не будем. И прости меня за то, что ударила. Не сдержалась.

– Мир? – протянул ей Пашка оттопыренный мизинец.

– Мир, - ответила Таня, протягивая в ответ свой: - Это какой-то традицией становится.

– Мириться?

– Да. Ссориться и мириться.

– А еще спорить. Драться, лечиться…. И умирать, - сказал Пашка. Поднялся, протянул руку: - Пошли, летать научу. Сильно нога болит?

– Сильно. Переживу, - Таня подала Пашке руку и неловко поднялась на ноги. Тот мгновенно подхватил её и не спеша повел обратно.

– Продолжения не будет что ли? – спросил Зипка.

– Спектакль окончен, господа, - ответил ему Пашка.

– А вам не кажется, что мы все как-то странно себя ведем? – спросила Кристина.

– Кажется, и причем уже давно, - ответил Пашка.

– С нами что-то сделали? – почесал затылок Зипка. Он вроде не чувствовал в себе никаких изменений, но вдруг это ему только кажется.

– Не знаю. Какая разница, - пожал одним плечом командир. На второе опиралась Таня.

– Коллективный психоз, - поставила она диагноз всему экипажу.

– Товарищи бойцы. Я понимаю, что все устали и всё такое. До дома недалеко. Терпите. Присматривайте друг за другом. Помогайте. И будьте терпимее, - провёл инструктаж по семейным отношениям Пашка. Довел Таню до открытого люка корабля и повернулся к Зипке и Кристине.

– Сейчас я показываю Тане, как управлять Тушканчиком. Потом ваша очередь. Все должны научиться им управлять. После разделимся по два человека на каждое транспортное средство. Работаем. Зипа, двигайтесь по маршруту.

Пашка скрылся внутри Тушканчика. Люк закрылся.

– Крис, поехали, - позвал Зипка задумавшуюся девушку. Та обернулась, и грустно поплелась в танк.

– Приглядывай за ними там, - послышался в наушниках голос Зипки, едва она уселась на командирское кресло.

– Да, капитан, - ответила девушка и навела прицел на медленно поднимающегося в воздух Тушканчика. Танк вздрогнул и покатил по изрытому ямами полю, ежесекундно тяжело подпрыгивая на кочках. Кристина добросовестно смотрела кругом, не забывая поглядывать на аккуратно летящий следом корабль, периодически совершающий разные маневры.

***

– Так, а теперь вбок сместись, - скомандовал Пашка. Таня, поначалу осторожно двигающая джойстики на пульте, осмелела, выпустила из зубов прикушенную губу и уже улыбалась. Да, полёт – это всегда что-то невообразимо прекрасное. Главное не увлекаться.

– Выравнивай!
– повысил он голос. Тушканчик начал уж слишком резво валиться влево, выполняя Танину команду. Пашка схватился за джойстик на своей стороне пульта и дернул его в противоположную сторону, пытаясь остановить скольжение. Ничего не произошло. То есть, произошло, но эффект был совсем не тот, на который он рассчитывал. Впрочем, Таня уже сориентировалась и плавно выровняла корабль.