Чтение онлайн

Был момент, когда я собирался отказаться, но, взглянув на свежий белый хлеб, цыплячьи грудки и ломтики маринованных огурчиков, ответил:

– Что ж, спасибо, мистер Пиннер.

– Дело в том, что я пообедал перед тем, как сесть в автобус. Мне не поздоровится, если я привезу домой столько нетронутой еды. Так что приступайте, мистер Девери. – Он выложил сверток мне на колени.

И я приступил. Последнее, что я ел прошедшей ночью, был засаленный гамбургер. К тому времени, когда я управился с четырьмя сандвичами, мы прибыли в Викстед. Это действительно оказался очень приятный городок. Главная улица – называвшаяся, конечно,

Мэйн-стрит – шла вдоль океанского побережья. Повсюду росли пальмы и цвели олеандры. Встречающиеся на тротуарах люди выглядели вполне обеспеченными. На следующем перекрестке показался супермаркет с неоновой рекламой на крыше: “Супербазар Пиннера”.

Автобус подъехал к остановке.

– Это и есть мой магазинчик, – сказал Пиннер, натужно приподымая свою тушу с сиденья. – Автошколу Берта Райдера вы найдете кварталом дальше. Скажите ему, мистер Девери, что вы мой друг.

Мы вышли из автобуса вместе с пятью-шестью другими пассажирами.

– Спасибо, мистер Пиннер, – сказал я. – Я воспользуюсь вашим предложением, и спасибо за сандвичи.

– Это вы мне помогли от них избавиться, – хохотнул он. – Если желаете освежиться, на автобусной станции есть мужская комната. Удачи вам. – Пиннер пожал мне руку и направился к своему магазину.

Подхватив свой убогий багаж, я добрался до мужской комнаты, помылся, побрился и надел единственную оставшуюся чистой рубашку. Осмотрел себя в зеркале. Никому еще не удавалось отсидеть пять лет в тюрьме строгого режима так, чтобы потом этого не было по нему заметно. В моих черных волосах пробивалась седина. Изможденное лицо было бледным, словно у завсегдатая ночных клубов. Хотя я уже десять месяцев как вышел, наружность моя выдавала бывшего зэка.

Я потратил десять центов на автомат для чистки обуви и, придя к выводу, что больше ничем не смогу улучшить свой внешний вид, отправился на поиски автошколы Берта Райдера. Как и сказал Пиннер, она располагалась кварталом дальше: одноэтажное здание веселенькой желто-белой расцветки, с большой вывеской на крыше. Дверь была открыта, и я вошел.

Девушка с косичками, которая выглядела так, словно только что окончила школу, – ее симпатичное круглое личико было лицом ребенка, еще не знающего, как жесток этот мир, – перестала печатать на машинке и приветливо мне улыбнулась.

– Мистер Райдер здесь?

– Там, – показала она. – Проходите. Он не занят.

Я опустил свой старый атташе-кейс на пол:

– Ничего, если я его здесь оставлю?

– Я прослежу за ним, – улыбнулась девушка. Я постучался, открыл дверь и вошел в небольшой кабинет. За письменным столом сидел человек, слегка напоминающий президента Трумэна. Лет семидесяти пяти, с сияющей лысиной и в очках. Он поднялся мне навстречу с широкой дружелюбной улыбкой.

– Входите, входите, – сказал хозяин кабинета. – Я Берт Райдер.

– Кейт Девери.

– Садитесь. Чем могу служить, мистер Девери? Я уселся и зажал ладони между коленями.

– Я ехал в одном автобусе с Джоном Пиннером, – сказал я. – Он считает, что мы с вами можем помочь друг другу. Как я понимаю, вы, мистер Райдер, ищете инструктора "по вождению.

Райдер достал пачку “Кэмела”, вытряхнул две сигареты, одну катанул через стол ко мне, другую раскурил сам и протянул мне зажигалку. Пока он это делал, его серые глаза внимательно меня рассматривали. Я воспринял это нормально. Все потенциальные работодатели смотрят на меня изучающе. Я ответил

взглядом прямо в глаза и зажег сигарету.

– Ах, старина Пиннер, – кивнул Райдер. – Этот человек всегда заботится о других. Мистер Девери, у вас есть опыт работы инструктором?

– Нет, но я хороший шофер. У меня чистые водительские права и огромный запас терпения. Мистер Пиннер говорил, что этого вполне достаточно.

Райдер весело хмыкнул.

– В принципе, да. – Он протянул загорелую руку с набухшими венами. – Могу я взглянуть на ваши права?

Я вытащил права из бумажника и протянул ему. Несколько секунд он их изучал.

– Нью-Йорк? Далеко вы забрались от родного дома.

– Нью-Йорк мне не дом. Просто работал там.

– Я вижу, мистер Девери, у вас пятилетний перерыв в вождении.

– Это верно. Не мог себе позволить иметь машину. Он кивнул.

– Вам тридцать восемь – прекрасный возраст. Хотел бы я, чтобы мне снова было тридцать восемь. – Он пододвинул права в мою сторону. – Мистер Девери, на какой машине вы ездили?

– “Танденберд”.

– Хорошая машина. – Райдер стряхнул с сигареты пепел в стеклянную пепельницу. – Знаете, мистер Девери, я считаю, что на этой работе вы будете понапрасну растрачивать свои способности. Я склонен думать, что неплохо разбираюсь в людях. Чем вы занимались все эти годы, если это не слишком нескромный вопрос?

– Ну, то одним, то другим, – пожал я плечами. – Можете считать меня перелетной птицей, мистер Райдер. Позапрошлым вечером я мыл тарелки. А неделю назад мыл машины.

Он снова кивнул:

– Так могу я узнать, почему у вас образовался пятилетний перерыв в биографии?

Я глянул на него и пожал плечами. Отставив кресло, я поднялся:

– Простите, что потратил ваше время, мистер Райдер. Я просто не думал, что это так бросается в глаза. – И я направился к дверям.

– Не спешите, – спокойно сказал Райдер. – Вовсе это не бросается в глаза, просто мой собственный сын вышел пару лет назад, и я помню, как он выглядел, когда появился дома. Он отсидел восемь лет за вооруженное ограбление.

Я задержал руку на дверной ручке и оглянулся на Райдера. С бесстрастным лицом он жестом указал мне, чтобы я сел в кресло.

– Садитесь, мистер Девери. Я пытался как-то помочь ему, но помочь ему было нельзя. Я верю, что следует помогать попавшим в беду людям, если они ведут себя честно.

Я вернулся и сел в кресло:

– Что стало с вашим сыном, мистер Райдер?

– Он мертв. Не прошло и трех месяцев после тюрьмы, как он попытался ограбить банк. Он убил охранника, и полицейские его застрелили. – Райдер хмуро глядел на свою сигарету. – Да, вот так оно и бывает. Виню я во всем только самого себя. Я приложил недостаточно усилий. Всегда существуют две точки зрения, и я не попытался взглянуть на происходящее с точки зрения моего сына.

– Может быть, эти все равно не имело бы значения.

– Может быть… – Улыбка его была печальной. – А вы, мистер Девери, не хотите рассказать мне свою историю?

– Только при условии, что вы не обязаны в нее верить.

– Никто не обязан верить во все, что ему говорят, но послушать-то можно. – Он воткнул сигарету в пепельницу. – Не сделаете ли мне одолжение, мистер Девери? Не повернете ли ключ в двери?

Я недоуменно встал и закрыл дверь на замок. Возвращаясь в кресло, я увидел, что на столе появилась бутылка “Джонни Уокера” и две стопки.