Чтение онлайн

Он знал Сарайю. Насколько я знала, он заботился о ней. Я стоила ему чего-то особенного, и чувство вины продолжало расти.

— Вот. — Я подняла подушку и бросила ее на пол.

— Ты такая щедрая, моя королева.

Он не должен был так называть меня. Я не была королевой.

Королевы не сбегали тайком из лагерей. Королевы не подвергали других риску. Королевы помогали людям. Они не причиняли им вреда.

Меня не должно было здесь быть. Я не подходила на роль Спэрроу. Я не была достаточно храброй и сильной

для Туры. Это место подходило для такой женщины, как Мэй. Для кого-то смелого и яростного. Кого-то несокрушимого.

— Я сожалею о Сарайи. Это моя вина.

Страж усмехнулся.

— Ты что, раздробила ей позвоночник своими зубами? Я и не подозревал, что у тебя такой сильный укус. Мне нужно быть осторожнее.

— Ты знаешь, что я имею в виду. Если бы я не пошла в таверну, она была бы жива.

Он сел, скомкал подушку и подложил ее под голову.

— Каждый житель Эшмора знает, чем рискует, оставаясь здесь. Это их выбор. Этот принадлежал Сарайе. Не строй из себя мученицу, Кросс. Ей бы это не понравилось.

— Мне все равно жаль.

— Мне тоже. — Его дыхание выровнялось, и когда я приподнялась с матраса, чтобы посмотреть на пол, его глаза были закрыты. Но он еще не спал. Он скрещивал и разгибал ноги, вероятно, пытаясь устроиться поудобнее.

— Перестань пялиться на меня, Воробушек. Ложись спать.

Я свернулась калачиком на боку, все еще слишком измученная, чтобы рискнуть закрыть глаза. Поэтому я уставилась на красивые обои, подложив ладони под щеку.

— Почему ты зовешь меня Воробушек?

Почему он не назвал меня по имени?

— Потому что ты птица.

— Что? — Это значит, что я пыталась улететь? Или что я была маленькой?

Я была уверена, что в его затуманенном мозгу этот ответ имел смысл. Возможно, сегодня вечером мне нужно было задать более простые вопросы.

— Мы поедем в Аллесарию перед миграцией?

— Нет.

Это было то, чего я ожидала. Просто не то, чего я хотела.

— Что-то было не так с этими бэарвульфами, не так ли? У них была зеленая кровь.

Эти звери были больны.

— Да.

У меня внутри все сжалось.

— Что с ними не так?

Он надолго замолчал, затем прошептал:

— Лисса.

— Что такое Лисса? Я никогда раньше не слышала этого слова.

Тишина.

Когда я повернулась, чтобы снова выглянуть из-за края кровати, Страж спал.

Ощущение дежавю от того, что, проснувшись, я обнаружила лишь подушку на полу комнаты и записку на столе, было настолько сильным, что я почти надеялась, что вчерашний день был сном. Что я покину гостиницу Эшмора и найду Сарайю в ее таверне.

Но когда я выскользнула из постели, на мне все еще была одолженная туника, а когда я натянула сапоги, они были забрызганы

гнилостной зеленой кровью.

Я выскользнула из комнаты, пристегнув сумку к груди, более чем готовая покинуть Эшмор. Стражу не нужно было беспокоиться о том, что я предприму еще несколько попыток побега из Трео. По крайней мере, сейчас я ничего так не хотела, как спрятаться в своем домике на дереве и ухаживать за своим израненным сердцем.

И телом.

Тени, мне больно. Каждый шаг был мучительным, когда я спускалась по лестнице в вестибюль гостиницы. Мои мышцы ныли. На моей коже проступали синяки.

Я была жива, чтобы страдать сегодня. Я проглочу эту боль. Семнадцать человек не могут сказать такого о себе.

— Одесса. — Кэтлин остановила меня, когда я проходила мимо маленькой гостиной гостиницы.

— Доброе утро. — Я грустно улыбнулся ей, когда она притянула меня к себе, чтобы обнять.

Мне было приятно, когда меня обнимали.

— С тобой все в порядке? — спросила она, отпуская меня.

Я пожала плечами.

— А ты как?

Она тоже пожала плечами.

— Ты сегодня уезжаешь.

Это было утверждение, а не вопрос.

Она подошла к стулу, на котором сидела, взяла книгу и протянула ее мне.

— Я принесла тебе это. Это книга об обычаях Туры. Я принесу еще, когда мы снова увидимся.

— Когда это будет?

— Скоро. Я уезжаю из Эшмора в течение недели. Сначала я должна попрощаться. Хотя не хочу торопить события.

— С женщиной, к которой ты приехала.

Кэтлин кивнула.

— Да.

— Мне жаль, что я не спросила о ней вчера. — Я была занята рытьем могил. — С ней… все в порядке?

— Она в порядке. Опустошена, как и большинство. Но в Туре полно выживших. Она выстоит, как и ты. Она сильная, как и ты.

— Я не чувствую себя сильной, — сказала я на одном дыхании.

— И все же это так. — Взгляд Кэтлин смягчился, когда она убрала выбившийся локон с моего лба. Затем она сделала шаг назад и, прижав обе руки к сердцу, слегка поклонилась мне.

— Что это значит? Этот жест?

— Это значит, что я желаю тебе счастливого пути, принцесса Одесса Вульф.

Обычно я бы не согласилась на официальное обращение, но в ее голосе было что-то такое, что заставило меня задуматься. Что-то серьезное, что говорило о том, что мне нужно привыкнуть к этому титулу.

Принять его.

Кем была эта женщина? Вчера мы пережили немыслимое, а я даже не знала ее фамилии. Возможно, это не имело значения.

Я приложила руки к сердцу и поклонилась.

По полу застучали сапоги. Целеустремленные, широкие шаги, которые я начинала узнавать.

Страж остановился рядом со мной, не сводя глаз с Кэтлин.

— Ты уходишь.

Еще одно заявление.

— Да.

Я ждала, что он прижмет руки к сердцу, но вместо этого он притянул ее к себе и обнял.