Щит Спэрроу
Шрифт:
Может быть, в этой «Цепи Семерок» действительно было что-то такое, помимо того хаоса, который она принесла в мою жизнь.
— Так что, да, — сказал он. — Сейчас здесь безопаснее, чем было.
Что ж, это ни в малейшей степени не заставило меня чувствовать себя в безопасности.
— Как вы убили их, когда они напали?
— Корабли вооружены гарпунами и копьями.
И этим оружием он убил всех семерых мерроуилов, чтобы заполучить меня в качестве приза.
— Маловероятно, что на
Если только семь монстров не были частью числа, находящегося в Крисент Кроссинг. Что, если их было еще семь? Сотня?
Холодок пробежал по моей спине, заставив меня вздрогнуть.
— Мы заманили их в ловушку, Одесса, — сказал он. — Самое большее, за десять лет путешествия моряк увидит одного мерроуила. Семеро были найдены намеренно.
Верно. Заманены по просьбе моего отца. Заманены, чтобы он мог претендовать на свою невесту.
— Почему я? — выпалила я. — Почему ты захотел жениться на мне?
Если мы собираемся быть вместе, я хотела получить ответ.
Только Завьер молчал, опершись локтями о перила, его высокое, сильное тело согнулось пополам. Его взгляд был прикован к горизонту.
— Ты собираешься игнорировать меня, да?
Уголки его рта приподнялись.
Это даже близко не походило на полноценную улыбку, но в ней было обещание. Он и так был хорош собой, но, вероятно, своей улыбкой он мог бы сразить наповал. Возможно, было бы безопаснее, если бы он этого не делал. Последнее, что мне было нужно, — это влюбиться в своего мужа и потерять бдительность.
— Я должен предупредить тебя, Тура не похожа на Куэнтис, — сказал он.
— Потому что женщины носят брюки?
Эта шутка вызвала у него еще одну красивую улыбку.
— Помимо выбора одежды, Тура отличается суровостью и обширностью. Нам предстоит долгий путь, когда мы достигнем ее берегов.
В Аллесарию.
Я постаралась сохранить невозмутимое выражение лица, надеясь, что он не заметит, как участился мой пульс. Разве не было бы удобнее, если бы он просто рассказал мне все о столице? Я бы с удовольствием постояла здесь и послушала.
— Куэнтис никогда не посылал Спэрроу в Туру. Ни разу за триста лет. Раньше все было наоборот, но за последние девять браков такого никогда не было.
Порядок вещей зависел от наследников, которых рождало каждое поколение. Их возраст. Их пол. Их королевство. Наших родителей не слишком заботили любовь или предпочтения. Если принц был влюблен в другую, он все равно был вынужден жениться на принцессе и произвести на свет наследника. Если принцесса была на десять лет старше принца, они вступали в брак до тех пор, пока она еще могла выносить ребенка.
Пока между смешением кровей проходило достаточно поколений, чтобы
Мой отец происходил из длинной семьи наследников мужского пола. Насколько я знала, отец никогда не считал меня Спэрроу. Может быть, в годы, предшествовавшие рождению Мэй, но, насколько я себя помнила, это всегда была она. Он всегда верил, что она могла бы стать королевой. Почему не я?
Думаю, теперь это не имело значения.
По воле богов, такова была моя судьба.
— Последняя Спэрроу, приехавшая в Туру, была из Лейна, — сказал он. — Это было больше ста лет назад. Она пришла и пробыла недолго.
Эм… что?
— Она ушла?
Мы могли уезжать? Полагаю, в договоре не было ничего, что требовало бы от меня остаться. Я должна была произвести наследника. Если бы я была бесплодна, что ж… насколько мне известно, ни одна Спэрроу никогда не была бесплодна. Возможно, это было частью волшебства договора. Мне также не разрешалось убить Завьера.
Но, возможно, когда я выполню свои обязанности, я смогу просто уйти.
— У тебя появились идеи? — Завьер приподнял бровь.
— Может быть, — со смехом призналась я.
Он улыбнулся — не улыбкой, но в ней были все признаки улыбки. Это было так же опасно, как и привлекательно.
— Да, она ушла, — сказал он. — После того, как родилась ее дочь, бабушка моей бабушки. Она вернулась в Лейн. Хотя и не без того, чтобы заплатить за это цену.
Ее ребенок. Ей пришлось оставить своего ребенка в Туре. Насколько суровым было их королевство, что мать бросила свою собственную дочь?
— Зачем ты мне это рассказываешь? — спросила я.
— Чтобы укротить твои ожидания. Тура — это не Куэнтис.
— Если ты хотел иметь самую сильную жену из всех возможных, тебе следовало выбрать Мэй.
Он смотрел прямо перед собой, его зеленые глаза цвета мха были жесткими и непроницаемыми.
— Почему ты притворяешься, что не говоришь?
Завьер колебался, словно раздумывая, отвечать или нет.
— Потому что другие лидеры видят в этом слабость, которой они могут воспользоваться. Обычно это означает, что они заполняют тишину больше, чем следует.
— Ааа. — Умно. Будет что вспомнить, когда я попытаюсь шпионить.
Будет нелегко узнать о них, об Аллесарии, не так ли? Они изолировали себя от других королевств по какой-то причине. Было ли это просто недоверие? Предавали ли их когда-нибудь в прошлых поколениях?
— Почему ты доверил мне свой секрет? — Не было никакого смысла в том, что он обманул отца, но открылся мне, особенно так скоро. Я не была настолько глупа, чтобы поверить, что он действительно доверяет своей новой невесте.