Счастье
Шрифт:
Нарцисса застыла с ложкой салата в руке и улыбнулась.
– Не за что, - ответила она, и Снейпа насторожил ее тон. Ему вдруг подумалось, что она сейчас заплачет, или бросится обниматься. Как тогда, когда она списала у него контрольную по зельям... Северус поспешно занялся супом.
Краем глаза парень следил за гриффиндорским столом, одновременно поддерживая видимость, что он ничего не замечает. Однако он прекрасно видел, как Джеймс Поттер о чем-то мило беседовал с Эванс. Та ему улыбалась. Вот она засмеялась и тронула Поттера за рукав. Поттер что-то рассказывал, широко и глупо размахивая руками. Смех Эванс доносился
***
– Ей, Нюниус! За тобой должок, упырь, я тебя предупреждал!
Ненавистный голос заставил парня остановиться. Ему не хотелось поворачиваться к Блэку. Ему не хотелось видеть его нахальную рожу. Ему просто хотелось спокойно выйти из Большого зала. Но не получалось, так как перед дверью, ведущей в коридор, появился Поттер, загородив ему единственный путь к отступлению. Северус заподозрил, что зря задержался так долго. Он хотел подождать, пока гриффиндорцы уйдут, но те сидели долго перед пустыми тарелками, очевидно, поджидая его. Слизеринец решил, что правильно сделал, что не запрятал далеко палочку.
Зал опустел; небо заволокло тучами; стало тихо. За преподавательским столом никого не было, да и учеников осталось мало.
"Дементоры по тебе плачут", - мрачно подумал Снейп и обреченно повернулся.
Первый удар попал в челюсть, а второго не последовало.
Северус почувствовал, что ему разбили губу. По подбородку текла струйка крови. В голове стало как-то невероятно пусто. Будто бы гриффиндорец своим кулаком выбил все мысли... Нелепое сравнение, но именно оно почему-то пришло на ум слизеринцу. Пронеслось и исчезло. Вспыхнула боль, и вдруг парня охватила ярость, красной пеленой заволокшая всё вокруг и сдерживавшая его движения.
– Бродяга, да что ты руки-то пачкаешь?
– послышалось замечание Поттера со стороны двери. Каждое слово отзывалось в разуме Снейпа, как в покинутом помещении. Слизеринец спиной чувствовал присутствие врага и оцепенел от гнева и... да, страха. Как ни стыдно было это признать, но он боялся. И его страх еще больше усиливал ненависть, нараставшую где-то в области сердца.
– А мне приятно!
– отозвался Блэк и кровожадно оскалился.
– Черт, Нюниус, ты отбиваться-то будешь? Я тебя только что ударил. По лицу. Ничего не хочешь по этому поводу предпринять, а?
Северуса трясло от ярости. Он до боли сжал зубы, потянулся к палочке, легко скользнувшей в руку, и выставил ее вперед. Но и Блэк не заставил себя ждать, тоже выхватив свою. Противники так и застыли, наставив друг на друга волшебные палочки.
Блэк не сводил с него взгляда и неприятно ухмылялся. Северус был готов убить его, с его губ уже почти сорвалось слово "Сектусемпра", но его опередил голос Лили Эванс.
– Джеймс, нет!
Северус оглянулся, успев заметить, что на руке Поттера повисла Эванс, с мольбой смотревшая на парня. Гриффиндорец взглянул на нее и ослепительно улыбнулся.
– Ради Вас, мисс, всё, что угодно, - он поклонился ей так галантно, как позволяла ситуация, и опустил палочку.
Северус почувствовал горький привкус желчи во рту, увидев,
– Не пялься, сальноволосый, - Блэк воспользовался невнимательностью Снейпа и попал в него каким-то заклятием. Слизеринец выронил палочку и упал...
***
– Сев...Северус, с тобой всё в порядке?
Парень поднял голову с холодного каменного пола и увидел над собой обеспокоенное лицо Нарциссы Блэк.
– Да.
– Тебе помочь встать?
– Нет, я сам.
– У тебя нога опухла и бровь кровоточит...
– Я сам!
Северус попытался опереться на ушибленную ногу, но лишь вскрикнул от боли. На глаза навернулись слезы. Было чертовски обидно. Больно и обидно.
– Может, тебе помочь?
– НЕТ!
Нога нещадно болела. Надо будет отправиться в больничное крыло. Если получится...
– Помочь, Северус?
Снейп угрюмо молчал и, наконец, обреченно вздохнул:
– Да.
Глава 3
Солнце светило в глаза. Хогсмид никогда еще не казался ему таким волшебным и удивительным местом. Был прелестный весенний день. Нарцисса повисла на его плече и несколько капризно потянулась к пакету из "Сладкого Королевства", который нес Северус.
– Сев, дай мне шоколадную лягушку!
Слизеринец уже не обижался на дурацкие сокращения своего имени. За две недели он успел привыкнуть к этому, да и когда Нарцисса называла его так, это казалось ему самым милым и естественным на свете. Северус взглянул на свою светловолосую спутницу. Ее прелестная улыбка и то, как она поднимала на него глаза, хлопая при этом ресницами, всякий раз вызывало у него приступ нежности к ней.
Нарцисса Блэк выглядела такой хрупкой и беззащитной. Светлые волосы свободно спадали ей на плечи и казались золотыми на солнечном свете. Она капризно надула губки и требовательно нахмурилась. При этом на лбу у нее появилась очаровательная складочка. Северус ласково провел пальцем по этой линии и улыбнулся, вынимая из пакета сладость.
– А развернуть?
– прекрасно осознавая всю безнаказанность, которую дарует любовь, потребовала Нарцисса.
Парень рассмеялся, ловко извлек лягушку из упаковки и аккуратно положил ее девушке в рот. Когда ее губы мимолетно коснулись его пальцев, Снейп невольно затаил дыхание.
Ему неожиданно вспомнился один рассказ, который он читал довольно давно. Слова сами по себе всплыли в памяти и обрели новый смысл: "В юности я был очень нелюдим. Я гордился тем, что держался особняком и не нуждался в обществе; в сущности, у меня не было ни друзей, ни близких, пока я не встретил ту, которая стала мне и другом, и женой..."*. Да, наверное, это счастье. Простое и человеческое. Как мало оказывается для этого надо.