Счастье Харви Гаррарда
Шрифт:
Князь презрительно фыркнул:
– Он не нашего круга. Я оказал ему честь, попросив взаймы пять тысяч, а этот ростовщик ответил, что остался без гроша, в то время как я отлично видел в его бумажнике около тридцати тысяч.
– Фу, как гнусно!
– возмутилась Мильдред.
– Вероятно, до него дошли слухи о тебе, дорогой, - задумчиво заметила княгиня.
Глава 22
Вскоре после возвращения с Ривьеры Фардаль неожиданно столкнулся с Харви на Ломбард-стрит. Лицо банкира загорело под южным солнцем и сияло от счастья. Харви
– Я должен поговорить с вами, - сказал Харви.
– О чем?
– растерянно спросил Фардаль. Гаррард оглянулся и указал на ближайший ресторан.
– Пойдемте туда. Я не задержу вас. Фардаль неохотно подчинился. Они сели за один из столиков.
– Вы ведь приехали с Ривьеры?
– Совершенно верно.
– И встречались там с моей женой?
– Я действительно был на Ривьере, но вовсе не с вашей женой. Мы даже жили в разных отелях.
– Охотно верю, я слишком хорошо знаю Мильдред. Кстати, я получил от нее письмо. Оно ведь написано под вашу диктовку, не так ли?
– Ничуть не бывало, но.., я читал его.
– На определенных условиях я дам своей жене развод, который она так требует, хотя и не вижу в этом смысла. Ведь не думает же она всерьез выйти за вас замуж.
– А почему бы и нет?
Харви презрительно пожал плечами и закурил.
– На вашем месте, Фардаль, я бы не стал задавать такой вопрос. Вы сами отлично знаете, почему. У моей жены много недостатков, но она слишком умна, чтобы связать свою жизнь с человеком вашего круга.
– Вы позвали меня сюда, чтобы оскорблять?
– Мне просто не хотелось говорить с вами на улице. Я ненавижу всю эту процедуру развода, с ее пошлостью и лицемерием. И все же я сделаю это, хотя и не верю, что Мильдред станет вашей женой.
– Да какое вам теперь до этого дело?
– О, я просто хотел бы предостеречь жену от ужасного разочарования. Женщины, порой, так неверно оценивают мужчин... Вы ведь такая скотина, Фардаль, такой невероятный подлец, что...
Банкир вскочил.
– Черт возьми! Вы снова оскорбляете меня!
– Это был бы напрасный труд. Я просто хотел сказать вам правду. Теперь можете идти. И будьте добры заплатить за свой кофе. Я не намерен тратить на вас ни гроша.
Дрожа от бешенства, Фардаль выбежал из ресторана.
Через несколько минут Харви последовал за ним. Эта встреча развлекла его.
В кабинете его встретила встревоженная Грейс.
– Дело в следующем, - начала она, слегка запинаясь.
– Вы просили пока не отдавать в Скотланд-Ярд список банкнот, бывших при моем покойном дедушке.
– Да.
– Но мистер Брендон, поверенный деда, вероятно, написал кому-то в Лондон, быть может, прямо дирекции Скотланд-Ярда. Сегодня днем, у меня был полицейский инспектор и просил отдать ему список.
– И как же вы поступили?
–
– Подозреваете ли вы кого-нибудь в краже этих денег?
– спросила она.
– Да.
Она даже опешила от неожиданности.
– Харви... Простите, мистер Гаррард, что вы имеете в виду?
– Грейс, ваше подозрение подтвердилось. Вор находится в этом доме.
– Он сознался? Где деньги?
– Я получу их еще до конца этого месяца. Денег же там даже больше, чем вы рассчитывали. Положитесь на мое слово.
– Просто чудо! Я едва могу поверить в это. Но почему вор не избавился от них?
– У меня к вам большая просьба, Грейс. Когда-нибудь я сообщу вам его имя. Но до тех пор, пока все не вылепится окончательно, я бы не хотел этого делать. И, если можно, давайте обойдемся без вмешательства полиции. Пока у них нет списка, они бессильны что-либо предпринять.
Она улыбнулась и взяла его руки в свои.
– Ну, разумеется, Харви, я сделаю все, что вы хотите. Какое мне дело до того, кто вор? Я предоставляю все вам.
Он крепко сжал ее руки.
– Вы слишком доверяете мне, Грейс.
Глава 23
Ближе к вечеру они отправились в Рейн-лаф прогуляться по парку. Но там оказалось нелегко найти то уединение, которое искал Харви. У концертной эстрады была масса народа, и ему то и дело приходилось здороваться со знакомыми. Мужчины подходили к нему и уже не оставляли в покое, не познакомившись с Грейс. Им с трудом удалось раздобыть на озере лодку и укрыться на острове, где они наконец остались одни, жадно вдыхая свежий воздух, по которому так стосковались. Но вскоре пришлось вернуться в ресторан: Харви должен был позвонить Греторексу.
– У него все в порядке, - сказал он, вешая трубку.
– Мы можем поужинать здесь. А потом выпьем кофе под деревьями и насладимся вечерней прохладой, слушая музыку.
Но его план едва не рухнул. Петти Мелинсон, родственница его жены, и Филип Бартлет, молодой бонвиван, пригласили их за свой стол, где собралось довольно большое общество. Харви колебался, и Грейс пришла ему на помощь:
– Вы забываете, что мистер Гаррард и я работаем весь день напролет, улыбаясь, сказала она.
– Это наш первый свободный вечер, и тем не менее нам предстоит еще обсудить ряд деловых вопросов.
– Как жаль!
– вздохнул Бартлет, взглянув на Грейс.
– Ты и впрямь становишься коммерсантом, Харви. Я тебя не понимаю.
– Так было нужно. Пойдем, выпьем с нами по коктейлю, скоро уже семь.
Бартлет и Грейс прошли вперед к бару, Петти и Харви следовали за ними на некотором расстоянии.
– Что пишет Мильдред? Вы действительно продали свой дом на Керзон-стрит?
– Да. Мильдред вообразила, что мы разорены, продала дом и укатила на Ривьеру. Я снял квартиру в Олбани.