Чтение онлайн

Старр сказал в передатчик:

— Эванс, мы тебя видим. Двигаться можешь? Или твой корабль лишен движения?

В ответном голосе слышалось сильное чувство:

— Да поможет мне Земля, Дэвид, я делал всё, чтобы предупредить тебя. Ты пойман! Пойман, как и я!

И, как бы подчеркивая его крик, «Хильда» полетела в сторону, и от сильного удара двигатели её вышли из строя.

Впоследствии в памяти Верзилы события следующих нескольких часов виделись как в перевернутом

телескопе — далекий кошмар невероятных происшествий.

Неожиданным ударом Верзилу отбросило к стене. Очень долго, как ему показалось, — на самом деле прошло не больше секунды — лежал он, расставив руки и тяжело дыша.

Счастливчик от приборной доски крикнул:

— Главный генератор не работает.

Верзила с трудом встал на накренившемся полу.

— Что случилось?

— Мы повреждены ударом. Это очевидно. Но я не знаю, насколько сильно.

Верзила сказал:

— Огни горят.

— Знаю. Включились запасные генераторы.

— А главный двигатель?

— Не знаю. Пытаюсь проверить.

Где-то внизу и сзади хрипло кашлянул двигатель. Но вместо ровного гудения послышался дребезг, от которого у Верзилы заболели зубы.

«Хильда» встряхнулась, как раненое животное, и выпрямилась. Двигатели снова стихли.

Передатчик что-то повторял, и у Верзилы хватило сил добраться до него.

— Старр, — послышалось из передатчика, — Счастливчик Старр! Говорит Эванс. Отвечай.

— Счастливчик говорит. Что нас ударило?

— Это не имеет значения, — послышался усталый голос. — Больше оно вас не побеспокоит. Позволит вам просто остаться здесь и умереть. Почему вы не держались подальше? Я ведь просил.

— Твой корабль повреждён, Эванс?

— Да, уже двенадцать часов. Ни света, ни энергии — совсем ничего, но я сумел оживить радио. Впрочем, его ненадолго хватит. Очистители воздуха разбиты, а запасов кислорода мало. Прощай, Дэвид.

— Выбраться можешь?

— Механизм шлюза не действует. У меня есть подводный костюм, но, если я попытаюсь выбраться, меня раздавит.

Верзила знал, что имеет в виду Эванс, и невольно вздрогнул. Шлюзы подводных кораблей устроены так, что вода поступает в камеру очень-очень медленно. Открыть шлюз на дне в попытке выбраться означает получить удар воды под давлением в сотни тонн. Человек, даже в стальном костюме, будет раздавлен, как пустая жестянка под прессом.

Старр сказал:

— Мы можем двигаться. Я иду к тебе. Соединим шлюзы.

— Спасибо, но зачем? Если вы двинетесь, вас ударит снова. Но даже если не ударит, какая разница, где умереть: быстро в моем корабле или медленно в вашем?

Дэвид гневно ответил:

— Если понадобится, мы умрем, но не раньше, чем это будет необходимо. Все когда-нибудь умрут; этого не избежишь, но сдаваться не обязательно.

Он повернулся к Верзиле.

— Отправляйся в машинное отделение и посмотри, что там неисправно. Мне нужно знать, можно ли отремонтировать двигатель.

В машинном отделении, работая с «горячим» микрореактором

при помощи манипуляторов, которые, к счастью, не вышли из строя, Верзила чувствовал, как корабль ползет по дну, слышал хрип двигателей. Один раз он услышал удар, корпус «Хильды» заскрипел, как будто большой снаряд ударил в дно в ста метрах от корабля.

Корабль остановился, шум мотора перешёл в хриплый шёпот. В воображении он видел, как выдвинулось удлинение входного шлюза «Хильды», прижалось к корпусу другого корабля, закрыв дверь от воды, и плотно прилипло. Он слышал, как откачивается вода из трубы, соединившей два корабля, увидел, как потускнел свет в машинном отделении: вся энергия уходила к насосам. Лy Эванс сможет перейти из своего корабля в «Хильду» без всякой защиты.

Верзила вернулся в рубку и обнаружил там Лy Эванса. Лицо его под светлой щетиной было измучено и осунулось. Он слабо улыбнулся Верзиле.

— Продолжай, Лу, — сказал Старр.

Эванс сказал:

— Вначале была просто дикая догадка. Я собрал сведения о всех людях, с которыми случались эти странные происшествия. Единственное, что у них оказалось общего, — любовь к венлягушкам. Они есть у всех на Венере, но каждый из этих держал их полный дом. Я не хотел выглядеть дураком, объявляя о своей теории без надёжных доказательств. Если бы они у меня были… Во всяком случае, я решил поймать венлягушку на знании того, что знаю только я или ещё несколько, как можно меньше людей.

Счастливчик сказал:

— И ты решил использовать данные о дрожжах.

— Это было очевидно. Мне нужно было что-то неизвестное другим, иначе как бы я мог быть уверен, что они узнали именно от меня? Данные о дрожжах — идеальный материал для этого. Когда не удалось получить их законным путем, я украл их. Взял одну из венлягушек в штаб-квартире, посадил рядом со своим столом и стал просматривать документы. Некоторые даже читал вслух. Когда через два дня произошёл несчастный случай именно с той разновидностью, о которой я читал, я уверился, что за всем этим стоят венлягушки. Однако…

— Однако, — подбодрил его Счастливчик.

— Однако я был всё же недостаточно умён, — сказал Эванс, — я допустил их в свой мозг. Разложил красный ковер и пригласил войти, а теперь не могу выгнать. Охранники пришли за документами. Было известно, что я побывал в помещении, поэтому очень вежливый агент пришёл расспросить меня. Я немедленно вернул бумаги и попытался объяснить. И не смог.

— Не смог? Как это?

— Не смог. Физически не смог. Нужные слова не произносились. Я не мог ни слова сказать о венлягушках. Я даже испытывал побуждения к самоубийству, но поборол их. Они не могли заставить меня сделать что-то настолько несвойственное моему характеру. И тогда я подумал: если я только смог бы вылететь с Венеры, уйти как можно дальше от венлягушек, я избавился бы от их хватки. Поэтому сделал то, что должно было вызвать мой немедленный отзыв. Послал сообщение, в котором обвинялся во взяточничестве и подкупе, и подписался именем Морриса.