Сборник.Том 6
Шрифт:
— Безумное объяснение, но достаточно правдивое. Гея должна быть пропорциональной во всех своих частях и взаимосвязях.
— Ну прямо как Солярия.
Губы Блисс сжались, а лицо слегка побледнело.
— Совсем не так. Соляриане производят детей больше, чем им необходимо, и уничтожают лишних. Мы же рожаем ровно столько, сколько нужно, и у нас нет необходимости никого лишать жизни — скажем, как у тебя замещается отмирающий верхний слой кожи на новый, и ни одной клеткой больше.
— Я понял.
— В связи с моим возможным ребенком? Об этом у нас никогда не заходил разговор да и не зайдёт.
— Нет, не об этом. Меня удивляет то, что ты всё больше и больше увлекаешься Фалломом. Джен может почувствовать себя покинутым.
— Я вовсе не пренебрегаю им, и сам он тоже интересуется Фалломом. Она — ещё одна точка взаимного увлечения, и это сближает нас ещё сильнее. Может быть, это ты чувствуешь себя покинутым?
— Я? — удивился Тревайз.
— Да, ты. Я не больше понимаю изолятов, чем ты — Гею, но у меня такое чувство, что тебе доставляет удовольствие быть в центре внимания на этом корабле, и тебе может казаться, будто Фаллом заняла твоё место.
— Глупости.
— Не больше чем твоё предположение, что я пренебрегаю Пелом.
— Тогда заключим перемирие, и хватит об этом. Я попытаюсь считать Фаллома девочкой и не буду чересчур беспокоиться о том, что ты равнодушна к чувствам Джена.
— Спасибо, — улыбнулась Блисс. — Тогда всё отлично.
Тревайз повернулся было к экрану, но Блисс окликнула его:
— Подожди!
— Да! — немного устало сказал он, обернувшись.
— Я прекрасно вижу, что ты грустен и угнетен. Я не имею права вторгаться в твой разум, но ты мог бы поведать мне, что случилось. Вчера ты сказал, что в этой системе есть подходящая планета, и казалось, это тебя обрадовало. Надеюсь, планета никуда не исчезла! Ты не ошибся, правда?
— В системе обнаружена подходящая планета, и она никуда не делась.
— Она нужного размера?
Тревайз кивнул.
— Раз подходящая, естественно, она нужного размера. И кроме того, находится на приемлемом расстоянии от звезды.
— Ну а что же тогда не в порядке?
— Сейчас мы подошли достаточно близко к планете, чтобы проанализировать её атмосферу. Оказалось, что говорить о ней нечего.
— Нет атмосферы?
— Не о чём говорить. Эта планета не пригодна для жизни, а другой, обращающейся вокруг этого солнца и имеющей хотя бы малейший шанс быть обитаемой, нет. В нашей третьей попытке результат нулевой.
62
Пелорат, печально стоя у двери рубки, боялся заговорить с хмуро молчавшим Тревайзом, надеясь, что тот сам начнет разговор.
Тревайз как в рот воды набрал. Если молчание можно назвать упрямым, он молчал именно так.
Наконец
— Чем мы занимаемся?
Тревайз посмотрел на Пелората, ещё немного помолчал, отвернулся и ответил:
— Начинаем отсчёт времени перед посадкой на планету.
— Но раз здесь нет атмосферы…
— Это компьютер говорит, что здесь нет атмосферы. До сих пор он обычно сообщал мне то, что я хотел услышать, и я принимал его ответы. Теперь он сообщил мне то, чего я слышать не желаю, и я должен проверить это. Если компьютеру когда-нибудь суждено ошибаться, я хочу, чтобы это произошло именно сейчас.
— Ты думаешь, он действительно ошибся?
— Нет, не думаю.
— Ты можешь представить себе какую-нибудь причину, по которой он мог бы ошибаться?
— Нет, не могу.
— Тогда в чём же дело, Голан?
Тревайз повернулся в кресле и оказался лицом к лицу с Пелоратом. Лицо его было полно отчаяния.
— Неужели ты не видишь, Джен, что я просто больше ничего не могу придумать? Что касается Земли, мы вытащили пустые билетики на первых двух планетах, а теперь и эта оказалась пустышкой. Что я должен делать? Порхать от планеты к планете, приставать ко всем и спрашивать: «Простите, где тут Земля?» Земля слишком хорошо замела все свои следы, не оставив нигде ни намека о себе. А это, видимо, означает, что мы вряд ли заметили бы такой намек, даже если бы он существовал.
— Я и сам думал об этом, — кивнул Пелорат. — Может, поговорим? Я знаю, ты в отчаянии, дружочек, и не хочешь разговаривать… в общем, если хочешь, чтобы я оставил тебя в покое, я могу уйти.
— Да говори, говори… — почти простонал Тревайз. — На что я ещё способен, кроме как слушать? Давай, поехали.
— Я так понял, что ты всё-таки не очень настроен слушать, ну да ладно. Попробую. Пожалуйста, останови меня в любой момент, если тебе надоест моя речь… Мне кажется, Голан, что Земле нет нужды предпринимать только пассивные и негативные меры, скрывая себя. Ей нужно было не просто уничтожить сведения о себе. Не могла ли она взять и подбросить фальшивую информацию и активно распространять её, тем самым скрывая правду?
— Как ты себе это представляешь?
— Ну… мы много раз слышали о радиоактивности Земли, и такой слух мог быть распущен, чтобы заставить любого отказаться от всяких попыток отыскать её. Если Земля действительно радиоактивна, значит, она совершенно неприступна. Если это так, то мы не смогли бы шагнуть на её поверхность. Даже исследовательские роботы, если бы они у нас были, не вынесли бы радиации. Вот и получается — зачем её искать? А если она не радиоактивна, натолкнуться на неё можно только случайно, и тогда у неё должна быть другая причина прятаться.