Чтение онлайн

Бейли кивнул и сказал ворчливо (его всё ещё язвил упрек в нелогичности):

— Ты поступил правильно, Жискар.

— Вам необходимо повидать доктора Фастольфа, Элайдж? — спросила Глэдия. — Я могу пригласить его сюда. Или поговорите с ним по трёхмернику.

Бейли откинулся на спинку кресла. Он успел убедиться, что его умственные процессы заторможены и что он совсем измотан. Говорить с Фастольфом сейчас не имело смысла. И он сказал:

— Нет. Я увижусь с ним утром после завтрака.

Времени достаточно. А потом, полагаю, я увижусь с этим человеком, Келденом Амадиро, главой Института робопсихологии. И с важной персоной… как вы его называете? Ах да — с председателем. Полагаю, и он сюда прибудет?

— У вас ужасно усталый вид, Элайдж, — сказала Глэдия. — Разумеется, у нас на планете нет микроорганизмов — ну, микробов и вирусов, которые у вас на Земле вызывают все эти болезни. И вы от них очищены. Однако видно, как вы устали.

Бейли подумал: после всего этого ни гриппа, ни даже насморка! Да, пребывание на космомире имеет и свои положительные стороны.

— Правда, я устал, — сказал он. — Но отдохну немного и буду в полном порядке.

— Вы не голодны? Как раз время ужина.

Бейли поморщился:

— Есть мне что-то не хочется.

— Но оставаться голодным не следует. Конечно, ничего тяжелого, но, может быть, горячего супа? Он вас подкрепит.

Бейли захотелось улыбнуться. Пусть она и солярианка, но в сходных обстоятельствах ведёт себя и говорит совершенно так же, как женщина Земли. Наверное, аврорианки тоже не составляют исключения. Есть вещи, которых различие в культурах не затрагивает.

— Но суп готов? — спросил он. — Я не хочу доставлять затруднений.

— Какие затруднения? У меня есть домашний штат — не такой многочисленный, как на Солярии, но достаточный, чтобы любое не слишком экзотическое блюдо было приготовлено за несколько минут. Так что просто скажите мне, какой суп вы предпочтете. И всё.

— Куриный. — Бейли не сумел противостоять соблазну.

— Как угодно. Я как раз сама хотела его предложить, — добавила она невинным тоном. — Ну и с кусочками куриного мяса для сытости.

Тарелка возникла перед ним через несколько минут.

— А вы, Глэдия?

— Я поужинала, пока вас мыли и лечили.

— Лечили?

— Профилактическое восстановление биохимического баланса. Вы перенесли тяжелый нервный шок, и его следовало нейтрализовать. Да ешьте же!

Бейли попробовал суп. В общем-то, неплохой, хотя и непривычно островат на странный манер аврорианской кухни. А может, к нему просто добавлены какие-то незнакомые специи.

Внезапно он вспомнил свою мать — мгновенная судорога памяти, вернувшая его в далёкое детство. Она наклоняется над ним — он снова отказался есть свой «вкусный супчик».

«Ну-ка,

Лайдж, — говорит она. — Настоящая курочка и очень дорогая! Даже космониты не едят вкуснее!»

И не едят! Через далёкие годы он крикнул ей: «Не едят, мам!»

Нет, правда! Если положиться на память и учесть, что в детстве всё кажется вкуснее, куриный суп его матери, если она не потчевала им каждый день, был подлинным объедением.

Он ел ложку за ложкой, а когда тарелка опустела, смущенно буркнул:

— А ещё немножко не найдётся?

— Столько, сколько хотите, Элайдж.

— Самую чуточку.

Когда он доедал вторую порцию, Глэдия сказала:

— Элайдж, эта завтрашняя встреча…

— Что, Глэдия?

— Она означает, что ваше расследование закончено? И вы знаете, что случилось с Джендером?

Бейли ответил, взвешивая каждое слово:

— Мне кажется, я знаю, что могло произойти с Джендером. Но не убеждён, что сумею убедить в этом кого-либо.

— Тогда зачем вы устраиваете эту встречу?

— Не я, Глэдия. А мэтр робопсихолог Амадиро. Он против самой идеи расследования и рассчитывает отослать меня назад на Землю.

— Это он испортил вашу машину и послал роботов захватить Дэниела?

— По-моему, он.

— Так неужели его нельзя за это судить и заставить понести наказание?

— Можно-то можно, — ответил Бейли яростно. — Но только у меня нет пустячной мелочи — веских доказательств.

— И, сделав всё это, он выйдет сухим из воды, а вдобавок прекратит расследование?

— Боюсь, так и будет. Говоря его словами: люди, не надеющиеся на справедливость, не разочаровываются.

— Но так же нельзя! Не допустите этого. Вы должны довести расследование до конца и узнать правду!

— Ну а если узнать правду я не сумею? — Бейли вздохнул. — Или сумею, но не смогу добиться, чтобы меня выслушали?

— Нет, вы можете и найти правду, и заставить выслушать себя!

— Ваша вера в меня, Глэдия, очень трогательна. Однако, если Законодательное собрание Авроры захочет отправить меня на Землю, а расследование прекратить, я не смогу этому помешать.

— Но разве вы хотите вернуться, ничего не добившись?

— Нет, конечно. И ведь я не просто ничего не добьюсь, положение гораздо хуже, Глэдия. Моя карьера пойдёт прахом, а будущее Земли останется самым чёрным.

— Так не допустите, чтобы они этого добились, Элайдж!

— Иосафат, Глэдия! Я попытаюсь. Но не могу же я поднять планету голыми руками. Не требуйте от меня чудес.

Глэдия кивнула, опустила глаза и прижала кулачок ко рту. Она замерла, словно о чём-то задумавшись. Бейли не сразу сообразил, что она беззвучно плачет.