Саванна
Шрифт:
Взрослый самец выждал подходящий момент и рванул к себе тушу бородавочника. Затем поднял голову и, угрожающе взглянув на избалованного леопарда, выдавил из себя свирепый рык.
Дамиан не собирался уступать матерому хищнику и ответил вызывающим шипением, обнажив перед ним свои острые клыки.
– Перестаньте оба! – рыкнула самка.
Ее встревоженный голос вызвал у обоих леопардов еще большее желание вцепиться друг другу в глотки.
Дамиан вновь потянулся к туше бородавочника, не обращая внимания на недовольство
Взрослому самцу не составило большого труда побороть неопытного хищника. После нескольких упреждающих ударов лапами по морде он прижал леопарда к земле и, бросив на него гневный взгляд, строго сказал:
– Убирайся отсюда! Иначе убью.
Насупившийся леопард усилием воли вырвался из-под лап атаковавшего его матерого хищника, небрежно отмахнулся от обращенной ему вслед коварной ухмылки и обернулся к матери. Преисполненная сожаления, та смотрела ему прямо в глаза. Леопард все понял и без ее слов.
Дамиан не стал медлить. Отправил напоследок стоявшему за спиной матери взрослому хищнику презрительный взгляд и подался прочь.
То отчаяние, которое молодой леопард испытывал сейчас, заставило его позабыть о голоде. Теперь он был сам по себе, ослабленный привычкой к материнской заботе и хищной натурой в условиях борьбы за выживание в грозной саванне.
***
После устроенного гепардами переполоха на равнине некоторые из пасшихся на ней зверей преждевременно отправились к западным холмам на водопой.
В тамошних низинах обычно всегда простаивала вода из-за ливней, обрушивавшихся на экваториальные земли на протяжении всего года. Шквалистые ветры и проливные дожди нередко оказывались губительными для молодого поколения растущих за холмами деревьев, ломали их хрупкие стволы и вырывали из земли их немощные корни. Но в то же время эти дожди не давали пересыхать окрестным водоемам, которые спасали от жажды приходивших сюда с предгорной равнины гостей.
– Будь осторожнее, – предупредил Томас буйвола, подошедшего к воде. – Здесь можно нарваться на чьи-нибудь мощные челюсти.
– Едва ли, – возразил волоклюю Нолан и промочил горло. – В этих водоемах разве что молодняк обитает. А с их челюстями только рыбу ловить да зазевавшихся на воде птиц.
– То-то смотрю, детеныш самки носорога так смело пошел в воду, – Томас указал буйволу крылом на противоположный берег.
– Им так точно не о чем переживать. Такая добыча местным крокодилам не по зубам.
– Одни мои знакомые птицы, которым доводилось сотрудничать с носорогами, рассказывали, что эти звери очень сильно гневаются, если их разбудить.
– Повезло им, что они вообще находят возможность поспать в саванне, – недовольно промычал буйвол. – Да еще и в дневное время.
– С белыми носорогами разве
– А говорят, что львы у нас всем заправляют, – усмехнулся Нолан, взглянув на собственное отражение в воде. – Пусть пойдут и скажут об этом взрослому слону.
– Да вы и сами не промах, – польстил зверю волоклюй, перебравшись к его загривку. – Видел я, какие танцы исполняют буйволы на телах убитых ими хищников.
– Такое случается очень редко. На каждого убитого нами хищника приходится с десяток убитых буйволов, если не больше. Поэтому мы и предпочитаем держаться в стаде, – так легче отбиваться от хищников и защищать телят.
– Тогда почему же ты оставил свое стадо?
– Посмотри на мои рога, – ответил птице Нолан, слегка тряхнув головой. – С ними хищные кошки мне не страшны. А для жизни в стаде я уже слишком стар. Мне бы свой участок земли поближе к водоему. Где можно пастись и валяться в грязи на досуге.
Томас притих, в недоумении уставившись на затылок зверя.
– Грязь для кожи полезна, – пояснил ему буйвол.
– Сюда смотрит самка носорога, – подняв голову, сказал волоклюй. – Уж не задумала ли она чего дурного?
– Вряд ли она видит нас оттуда, – поспешил успокоить приятеля буйвол, сосредоточив взгляд на противоположном берегу водоема.
– Тебе-то откуда знать?
– У самки носорога зрение не лучше, чем у меня. Можешь не сомневаться, – с легкой иронией ответил птице Нолан. – Обделила нас природа хорошим зрением.
– С такими рогами и мышцами вам хорошее зрение ни к чему.
– Иной раз не помешает вовремя заметить крадущегося хищника, – возразил буйвол.
– Следует отдать должное носорогам: не раз приходилось наблюдать, как они, рискуя жизнями, спасали сородичей от хищников. – Томас слетел на землю и, встав напротив буйвола, добавил: – Как и вам, этим зверям тоже свойственна взаимопомощь.
– Там кто-то есть, – предостерег птицу Нолан, кивнув в сторону зарослей слоновой травы.
Растерявшийся волоклюй тут же вспорхнул и вернулся к загривку буйвола. Сам же буйвол остался стоять на месте и, прищурившись, внимательно наблюдал за вздрагивавшими стеблями высокой травы.
– Всего лишь жеребенок, – с облегчением произнес Томас, присмотревшись к зарослям.
– Жеребенок?
– Детеныш газели, – уточнил волоклюй и огляделся по сторонам. – Любопытно, где же его мать?
– Наверняка сейчас где-нибудь на равнине бродит в поисках своего дитя, – раздраженно промычал Нолан, внимая тихому блеянию блуждавшего в траве жеребенка.
– Так он долго не протянет.
– Об этом я и говорил тебе сегодня днем, – расстроившийся буйвол громко фыркнул и перевел взгляд на предгорную равнину. – Что зебры, что антилопы… как только чуют опасность, сразу же пускаются в бег сломя голову. А как опомнятся, – так уже поздно.