Чтение онлайн

ДОЗИМЕТРИСТ. (Прокурору) У него ученики. Ребята из ПТУ. Он с ними всегда возился. Перевоспитывал.

ОПЕРАТОР. Разгалделись они. Пришлось цыкнуть. В общем, выгнал я их домой.

ПРОКУРОР. Значит знали...

ОПЕРАТОР. Как не знать? Я в атомной энергетике с первого колышка. Сам строил станции. Потом остался на 4 блоке. Многие так... Хороший блок был... Очень хороший...

Появляется Физик.

ФИЗИК. Но аварийную защиту сняли!

ОПЕРАТОР. Не видел. Не мое дело. (Прокурору) А этот очкарик (показывает

на Физика) тоже там сидел, у реактора. Я ему: беги...

ФИЗИК. Извините, но вы сами...

ОПЕРАТОР. У меня трансформаторы сдохли. Я должен был их пустить.

ФИЗИК. Простите, но и я не мог уйти. Измерял температуру. Я понимал, что никто не меряет, только я. Реактор греться начал, важно проследить динамику процесса... Как же я мог уйти?

ПРОКУРОР. Ушли же...

ФИЗИК. Простите, но я этого не помню. Мне потом сказали, что меня унесли. Я там упал. Без сознания. Простите.

ПРОКУРОР. (Оператору) а вы?

ОПЕРАТОР. Сам ушел. Отключил трансформаторы и ушел. Больше там мне делать было нечего.

Свет в боксе 3 гаснет. Оттуда появляется усталая Птицына.

Как-то странно смотрит на всех, на нее никто не обращает

внимания. Она приближается к Сергееву, берет его за локоть.

Тот сразу все понимает. Оба уходят в комнату дежурного.

ПРОКУРОР. (Физику). Я посмотрел ваши расчеты, но честно признаюсь, не очень в них разобрался.

ФИЗИК. Вы передайте их специалистам. Там все просто и понятно... Главное для вас: выяснить, кто снял аварийную защиту.

БЕССМЕРТНЫЙ. (Высовывается, подслушивал). Кто снял? Кто снял? Аварийную систему отключила система. Система безответственности.

ПРОКУРОР. Разберемся... (Физику). Не задерживаю больше.

ОПЕРАТОР. Можно спросить? Когда эвакуировали город?

ПРОКУРОР. В воскресенье днем. Очень быстро. Всего за два с половиной часа. Тысячу автобусов подогнали и всех увезли.

ОПЕРАТОР. А почему сразу не об'явили по радио? За час все пешком бы ушли...

ПРОКУРОР. Ждали приезда правительственной комиссии.

ОПЕРАТОР. Зачем? Она что - иначе могла решить? Зачем ждать-то?

ПРОКУРОР. Никто не мог решиться.

ОПЕРАТОР. Не мог или не хотел?

ПРОКУРОР. Не решился...

ОПЕРАТОР. А вы спросите: почему они не решились? Чего нас-то спрашивать?

ПРОКУРОР. Спросим. Обязательно спросим.

ОПЕРАТОР. Жаль, ответа не услышу... Пойду к себе, раз не нужен. (Дозиметристу) А ты ему, прокурору, расскажи, сколько просил, чтобы аппаратуру новую дали.

ДОЗИМЕТРИСТ. Четыре раза.

ОПЕРАТОР. А мы все спешим, торопимся, обязательства берем, мол, на три месяца раньше срока, на двое суток, а он четыре раза просил о счетчиках, никто не поторопился там, наверху. Зато просьбы начальства мы всегда выполняем... Отчего же так? Их просят - молчок, а нас - сразу ура!
– И вперед!

ПРОКУРОР. Три месяца? Вы имеете в

виду пуск блока?

ОПЕРАТОР. Именно. Вот теперь будут аварию ликвидировать, разобраться не смогут, что там с реактором. Строители оттуда, из котлована, вылетели, как на ракете, чтоб, значит, пораньше сдать. Там, под реактором, не только бетонные глыбы лежат, но, если поискать, то и парочку экскаваторов найти можно. А все ради рапорта, премии... Кому такое ускорение нужно? Это тоже самое, что машины по городу со скоростью 100 км в час пустить, пусть всех давят, главное - побыстрее...

ПРОКУРОР. Двое суток - это реактор?

ОПЕРАТОР. Пообещали сразу после праздников на полную мощность вывести. На двое суток раньше срока. Везде же обязательства берут... А мы что - рыжие?

ФИЗИК. Вот поэтому и сняли защиту.

ОПЕРАТОР. Чего не знаю, того не знаю. А за 4 блок действительно обидно - хорошая машина была. Лучше других, а ведь ударило как раз по ней... Авария на химическом заводе - сотни людей гибнут, самолеты разбиваются - тоже, а землетрясения? Целые города - в развалинах... Даже космические корабли взрываются при старте... В век космоса, атома и химии...

БЕССМЕРТНЫЙ. (Высовывается) это не век атома, а век катастроф!

ОПЕРАТОР. Жаль, но теперь все так считать будут. Жаль! Наши реакторы самые надежные... Ну я пойду, что-то не по себе...

ПРОКУРОР. Спасибо вам. Разберемся и спросим с тех, кто виновен.

ОПЕРАТОР. Дай бог. Тогда имело смысл не бежать. А если нет, задарма загибаемся...

Уходит.

ФИЗИК. Простите, пожалуйста, но я должен решительно поддержать мнения товарища! Главное в этой трагедии - ее уроки. Мы не имеем права не извлечь их. Неразумно. Экспериментальный материал огромен - по всем направлениям.

Выходит из бокса Генерал. Прислушивается к разговору.

ПРОКУРОР. Экспериментальный?

ФИЗИК. Извините, я, возможно не так выразился. Но в истории человечества еще не было такого опыта. Взрыв реактора и его последствия. Не исключено, что это единственный случай, вернее, первый. Надо чтобы он стал последним. Для этого - изучение по всем параметрам. Научным, техническим, психологическим. Комплексное исследование. Не формальное, а глубокое и всестороннее.

ПРОКУРОР. А Хиросима и Нагасаки? Было ведь нечто подобное...

ФИЗИК. Нельзя, простите, сравнивать. Там все погибло. Сразу. От ударной волны и светового поражения... А по радиобиологии американцы до сих пор не все данные опубликовали. Они сразу же засекретили работы... Здесь иное. Тут говорили: атомный дьявол вылез. Представьте, это так! Казалось, мы физики знаем о нем все, но простите, ошиблись. А значит, изучать надо. Поверьте, опыт бесценен. Да, страшен, да, жесток, но бесценен.

ПРОКУРОР. Еще один вопрос. Насколько мне известно, вы не числитесь среди сотрудников станции?