Сапфира
Шрифт:
Он, казалось, был удивлён её ответом и вздрогнул, когда она заговорила.
— Пожалуйста, извините меня, — сказал он.
Вера снова застенчиво улыбнулась, тряхнув головой, когда капитан уводил своего друга. Она проглотила желание закричать, не смея посмотреть по сторонам из страха встретиться взглядом с пристальным взором госпожи Гилфорд.
Что ещё она могла сделать? Она сделала все возможное, чтобы обаять одного из них — по крайней мере, для быстрой прогулки наверх и небольшого количества монет. Она снова винила свое платье. Ну почему, почему
Она быстро осмотрела комнату, подыскивая любого, кого она могла бы увлечь, чтобы госпожа Гилфорд не видела, что она просто сидит на месте и ничего не делает.
Вдруг парадная дверь открылась.
Вера быстро встала, стремясь увлечь вновь прибывшего, прежде чем это сделает кто-то из её конкуренток. Но она снова опоздала: когда она увидела молодого, невысокого человека, ещё державшегося за ручку двери, он уже задавал тихий вопрос другой девушке.
Девушка кивнула:
— Конечно, господин, вам здесь очень рады.
Вновь прибывший вошёл внутрь. Он был худым и не намного выше, чем Вера, с узким лицом и легкими каштановыми волосами. Хотя он был хорошо одет, в добротные сапоги, брюки и бордовую тунику, что-то в одежде выглядело неправильным — как будто она принадлежала не ему. Но темно-серый шерстяной плащ на его плечах был дорогим.
Он осмотрел комнату, и когда его взгляд остановился на ней, он направился прямо к ней.
Вера была удивлена. Никакой человек раньше не шел от двери прямо к ней.
— Здравствуй, — сказал он, выглядя почти нервным.
Клиенты обычно не начинали разговор так. Она не была уверена, как ответить, но и не позволит ему уйти.
— Мое имя Торет… Торет Мин’Шарриф, — продолжил он. — Я интересуюсь, не хотела бы ты пойти со мной в «Рябиновую Рощу» на обед? Я найму для нас экипаж.
Она моргнула. Он приглашает ее на обед?
— Конечно, я оплачу твоё время, — добавил он.
Она одарила его сияющей улыбкой.
Немного позже, Вера сидела в шикарной обеденной зале и ела хвосты омаров и тушёных устриц на половинке раковины, запивала белым вином, и думала, что удача снова повернулась к ней лицом.
Конечно, этот тощий молодой человек, этот Торет, был не тем, что она имела в виду, думая о богатом покровителе, но по крайней мере он оценил ее красоту и не смотрел на неё сверху вниз. Она была довольна собой и решила, что может потренировать свои навыки на нем. Используя высокий голос, которому она научилась, подражая Лилак, она изобразила молодую леди, соответствующую этому изысканному ресторану.
— Разве погода не была прекрасна в этом месяце? — сказала она.
— Не делай этого, — сказал он, делая глоток вина. — Просто говори, как привыкла.
— Как привыкла?
— Тебе не надо притворяться. Ты мне нравишься такой, какая есть.
Обожание в его глазах заставило ее почувствовать себя неловко, но это было облегчение — вернуться своему нормальному голосу.
— Мы закажем десерт? — спросила она. — Возможно, шоколад?
Он
— Всё, что захочешь, — его улыбка вдруг исчезла. — Как ты оказалась вынуждена работать в том месте?
Сначала, она колебалась. Клиенты не задавали таких вопросов, и не хотели слышать ответ. Но он сидел спокойно, просто ожидая, и слова словно сами по себе начали литься из нее. Она рассказала ему об отце — а она никогда и никому не рассказывала об отце.
Он слушал, иногда задавал вопросы, и время прошло очень быстро. Он был простым в разговоре. Он даже не пытался важничать или изображать из себя сына какого-то дворянина. Фактически, он не рассказывал о себе вообще.
Много позже середины ночи, когда она выпила слишком много вина и съела слишком много жирной пищи, он поднялся и предложил ей руку:
— Я должен проводить тебя обратно.
Хотя он, конечно, не был неприятен ей, сейчас настало время расплатиться за этот прекрасный вечер. Мысль о возвращении в бордель и перспектива делить постель с этим невысоким человеком была едва ли привлекательна, но он, конечно, заработал что-то за щедрый обед. И он обещал заплатить ей за потраченное время.
Она намеревалась удостовериться, что он это сделает.
Подавив вздох, она улыбнулась и встала, принимая его руку:
— Конечно.
Они вышли на ночную улицу, и он нанял экипаж с резво выглядящей лошадью в упряжи. Скоро, грохот колес по булыжникам унес ее от «Рябиновой Рощи». Однако, когда они достигли «Песни Сирены» и отослали экипаж, Торет не пошел внутрь.
Она сделала два шага, подходя к крыльцу, но он не последовал за ней. Когда она повернулась, к ее удивлению, он взял ее за руку и высыпал монеты в ее ладонь. Она почти задохнулась, смотря вниз.
Она знала о месте, где продавалось приличное подержанное платье. Даже после того, как она отдаст госпоже Гилфорд ее долю, у нее останется достаточно, чтобы купить его. И ведь она фактически ничего не сделала для него!
Вера остановилась, а затем решила, что Торет действительно заслужил вознаграждения. Она кивнула на дверь:
— Пойдём наверх, и я подарю тебе улыбку.
Он не шевельнулся:
— Не возвращайся туда. Если ты пойдёшь со мной… будешь принадлежать только мне, я поселю тебя в своих комнатах в «Белой Флейте». Я дам тебе всё, что ты захочешь.
Она уставилась на него.
Разве это не то, о чем она мечтала — планировала — богатый человек, заботящийся о ней? Но две вещи удержали ее.
Во-первых, она ничего о нем не знала, как и то, откуда он берёт деньги. Он мог просто разбрасываться монетами, которые выиграл в карточной игре.
Во-вторых, после сегодняшнего вечера, ее удача явно снова благоволит ей. Так, почему она не может добиться большего успеха, чем он? Что скажут другие обитательницы «Песни Сирены», узнав, что она поселилась с низеньким человеком с тонкими руками и худым лицом, кто даже в богатой одежде был похож на проказливого мальчишку? Что эта ведьма Лилак скажет?