Санкционное послевкусие

Масштабный

проект по созданию РНПК был реализован ЦБ в сжатые сроки – за полгода в 2016-м удалось убедить депутатов принять закон о такой компании, укомплектовать ее штат и получить лицензию. Это стало ответом властей на невозможность российских коммерческих страховщиков обеспечить защитой крупных клиентов, подпавших под санкции: например, строительство трех атомных ледоколов Объединенной судостроительной корпорацией (ОСК). Западные компании отказали нашим страховщикам в своей емкости под такие риски. В минувшем октябре госкомпания получила лицензию, объявленный уставный капитал – 71 млрд руб., оплаченный уставный капитал – 21,3 млрд руб. Компания уже приносит прибыль, правда, пока в основном за счет инвестдохода (см. справку).

Десятина РНПК

Деятельность РНПК с 1 января 2017 года предусматривает так называемую цессию – передачу компании с рынка 10% санкционного риска. Этот объем бизнеса РНПК обязана принять.

По другим рискам страховщиков обязали предлагать РНПК 10% от всего передаваемого ими в перестрахование бизнеса, а компания при этом вправе решать –

брать ли их и в каком размере.

Доля санкционного бизнеса в портфеле РНПК в январе—марте составила менее 5% от всего объема премий. «Эта цифра ни о чем не говорит, так как основная масса договоров перестрахования заключается ближе к окончанию года», – объясняет результат президент РНПК Николай Галушин. Оценить долю санкционного бизнеса в портфеле РНПК и на страховом рынке возможно будет только в 2018 году, когда в периметр действия закона об обязательной 10-процентной цессии войдут все договоры перестрахования. Ранее Всероссийский союз страховщиков (ВСС) подсчитал: объем находящегося под санкциями бизнеса может принести страховщикам около 5 млрд руб. премий в год, из которых, по расчетам РНПК, порядка 1,5 млрд руб. в год будет доставаться ей.

Первый квартал работы РНПК подтвердил ожидания рынка: по санкционным рискам емкость компании оказалась востребована в размере, превышающем обязательную 10-процентную цессию, говорит один из крупных страховщиков, пожелавший остаться неназванным. В таких случаях у РНПК есть возможность применять собственную андеррайтинговую политику к оценке риска. То есть РНПК может самостоятельно оценивать риск, но делает это в одном случае – когда у прямого страховщика нет ответов на вопросы РНПК по риску. «Однако такая политика (оценки риска) пока четко не определена и не всегда понятна страховщикам, что и составляет основную сложность», – жалуется один из страховщиков.

Конец ознакомительного фрагмента.