Шрифт:
Пролог
— Ральф, что это?!
Мужчина выхватил из рук женщины бинокль и жадно припал к окулярам.
— Зачем же так грубо?! — обиженно скуксилась та. — Я же смотрю!
— Ты спрашиваешь: «что это?», а для того, чтобы ответить на твой вопрос, я тоже должен посмотреть! — проворчал он без отрыва от наблюдения.
Было темно и ветрено. Яхту подбрасывало на волнах, отчего приходилось постоянно балансировать, широко расставив ноги. Накинутый на плечи плед не спасал от сырости. Как хотелось скорее миновать оставшиеся до берега мили, чтобы вновь оказаться в своей теплой спальне…
Отправляясь в свадебное
Поначалу все было просто замечательно, погода стояла отличная, а молодой супруг казался волшебником, готовым исполнить любой каприз. Он специально купил это судно, чтобы организовать сказочный медовый месяц — первый в их совместной жизни. Но потом погода испортилась, впрочем, как и настроение новобрачной. Зачастили дожди, а изнеженной особе захотелось принять ванну, погреться у камина, да и излюбленное ею шампанское было на исходе… Лаура потребовала немедленного возвращения в Сальдаггар.
Теперь все раздражало молодую женщину: и небо, затянутое плотными облаками, и плеск волн за бортом, и, особенно, противная качка, от которой к горлу подступала тошнота. Не в силах дождаться прибытия в порт, Лаура коротала промозглый вечер на палубе, наблюдая в бинокль простор в надежде увидеть долгожданные огни города. Вместо этого она заметила кое-что другое…
Ральф будто нарочно долго молчал, прежде чем опустил бинокль и в задумчивости посмотрел сквозь жену.
— Что там? — повторила она, начиная трястись от раздражения.
— Странно… — буркнул он себе под нос и в недоумении почесал затылок.
— Дай сюда! Ты же ничего не умеешь, только и знаешь ковыряться в своих талмудах! — Лаура выхватила бинокль и самолично изучила горизонт. За недолгое время их совместной жизни Ральф уже привык к ворчанию и упрекам, а потому лишь с шумом перевел дыхание.
— Это земля! Наконец-то! — выдохнула жена и нервно засмеялась.
— Это не земля, — возразил муж, — по крайней мере не Сальдаггарский порт.
— А что же это, по-твоему?! Мы болтаемся здесь уже целую вечность и давно должны прибыть в город!
Она буравила его горящим взглядом; на ее светлом лице, обрамленном белокурыми локонами, проступили следы крайнего раздражения.
— Нет. Судя по карте, до берега мы доберемся лишь к полуночи. Может, это рифы, сейчас трудно разобрать.
— Какие еще рифы! Это берег, земля, и мы к ней причалим! — тоном, не терпящим возражений, заявила Лаура.
— Глупая женщина! Ты хочешь нас погубить?
— Я хочу почувствовать наконец твердую почву под ногами. Вот и все. Если ты меня хоть чуточку любишь, то сделаешь, как я хочу! — закончила молодая женщина, грозно уперев руки в бока. Супруг яростно зыркнул в ее сторону, передернул плечами (он делал так всегда, когда был с чем-то не согласен), но все же решил уступить, дабы окончательно не потерять расположение благоверной.
— Хорошо, только все последствия будут на твоей совести, дорогая, — резко бросил Ральф и удалился, оставив Лауру наедине со своим разочарованием.
Да, они оба были разочарованы. До свадьбы Ральф и Лаура видели друг в друге приближенных к идеалу людей, а после бракосочетания внезапно осознали, что их партнеры — обычные смертные, коим не чужды страх, досада и злость. Только за прошедшую неделю молодожены ссорились по два раза на день, и теперь с ужасом украдкой задавались вопросом: «Что же дальше?» Дальше могли быть скандалы или — развод.
По
— Ну и где мы?! — набросилась на мужа Лаура, угнетенная собственной ошибкой.
— Ты же хотела почувствовать твердую почву под ногами! Радуйся — мы почти у цели. Мне говорили, что где-то здесь находится остров, который настолько мал, что его не нанесли на карту. Очевидно, это он и есть. Люди здесь занимаются рыбной ловлей, а пребывающее раз в неделю судно забирает их улов, чтобы доставить его в город, на комбинат. Ходят слухи, что работа здесь так тяжела, а условия — невыносимы, что рабочих сюда набирают из самой обнищалой бедноты. Эти люди бесправны. Платят им мало, из вещей дают только самое необходимое, а иных вообще не отпускают на большую землю, держа в рабстве. Властям нет до этого дела!.. Здесь мы дождемся утра, а то вот-вот начнется буря, — мрачно добавил Ральф.
— Здесь же нет никаких удобств! — промолвила женщина, оглядывая соломенные крыши хижин. — Я не хочу останавливаться в этом месте! Это ты во всем виноват!
— Я знал, что ты истерична, но не настолько! — устало вздохнул Ральф. — Раз уж мы причалили, так давай изучим местность.
— Ага! Чтобы нас ограбили дикари, отняли у нас последнее?! — вскинулась Лаура, округлив свои стервозные глазки. — Нет уж! Лучше убираться подобру-поздорову!
Однако муж, не послушав ее, сошел на дощатый пирс, и его фигура вскоре растворилась во мраке. Лаура, желая выказать протест, взяла в руки вышивание, которое начала пару дней назад, села и попыталась продолжить восполнение пробелов в крыльях райских пташек, — но у нее ничего не вышло. Руки дрожали, и стежки получались крупные и кривые. «Где там Ральф? Не заплутал ли? А вдруг его схватили?» Сколько бы Лаура не бушевала, сколько бы не осыпала градом колких фраз, она все-таки любила своего мужа и не хотела его потерять. Просто иногда она не могла совладать с собой. Да и кто, кроме тихого, покладистого, миролюбивого Ральфа сумел бы стерпеть ее характер?..
Отложив в сторону рукоделие, Лаура выбралась из каюты. Волны усилились и уже перехлестывали через деревянный настил; свистел ветер, с черного неба срывались холодные капли дождя. Паника охватила женщину. Вокруг не было ни души, создавалось впечатление, что остров необитаем: все его жители на время ненастья попрятались в свои норы.
— Ральф!.. Где ты?! — что есть сил закричала Лаура, злясь на себя за все свои капризы…
Часть первая
Навстречу судьбе
1
Грустным, смирившимся со всеми тяготами взором она рассматривала свои натруженные руки, на которые налипла рыбья чешуя. Вокруг стоял удушливый запах — остатки рыбы сбрасывали в ящики под большими разделочными столами и забывали выбрасывать, так что она успевала протухнуть. Вдоль стен мерцали керосиновые лампы, напоминающие о домашнем очаге. Но только где он, этот дом?..
Везде, повсюду лежала противная и скользкая рыба. Иногда девушке казалось, будто именно эти немые комочки обрекли ее на страдания, но она знала, что это было не так. Сандра повзрослела, и поступок человека, по вине которого они с матерью оказались здесь, давно перестал ее удивлять…