Чтение онлайн

– Ты успел поговорить с ним о всей этой хреноверти с переговорами?

– Успел в общих чертах. А что? Решил увлечься государственными делами?

– Боря, я домой хочу. У меня тоже любимая женщина и дети. А пока не решатся государственные дела, я домой не попаду. Разве не так?

– Вообще да, – вздохнул Борис.

– Так расскажи – о чем договорились? Удалось ли убедить Маленького Принца, и вообще…

– Да при чем тут убедить? – с досадой отмахнулся Борис. – Уж родного сына-то я смогу убедить. Ты все-таки пойми – он

ребенок. Звание вождя не означает, что он тут бог и царь. Есть совет, есть старшие.

– Демократия?

– Ну, не совсем так плохо… Я о другом волнуюсь. Устроить переговоры – это полдела. Поверят ли кечвеги дипломатам короля – вот где слабое место. Найдутся ли условия, которые устроят всех.

– Как же я устал… – Степан отставил пустую железную тарелку.

По еде было видно, что кечвеги экономят. Не голодают, конечно, но и не шикуют. Даже здесь, в жилище вождя, это было заметно.

– Отдохни, Степа. Пока есть время – отдыхай. Будем ждать новостей. Я сейчас смотаюсь к нашим санграм. Нужно условиться о способах связи, договориться с начальниками дозоров… много чего нужно. А ты – отдыхай.

Отдохнуть Степану в принципе удалось. Три полных дня и еще немного. Он вдоволь выспался, заживил мозоли на ногах, навалялся в тени и прохладе и даже сыграл с чумазыми мальчишками в футбол.

Практически все местные уже были осведомлены, кто он такой. Поэтому относились с дружелюбием: хлопали по плечам, приглашали к костру, говорили что-то добродушное, совали какую-то еду и кружки с зеленым вином.

Кроме как поддакивать и скалить зубы в ответ, делать было нечего. Поэтому внимание кочевников Степана несколько тяготило. Ненастоящее это было все. Он будто бы снова замещал брата.

Да и вообще люди они были непонятные. Улыбнется, похлопает по спине, а потом отойдет к другому и начинает что-то яростно говорить, сурово шевеля бровями. Вот и пойми, что там на уме…

Увидеть Бориса получалось нечасто. Он то уезжал куда-то, то уединялся со своей Таськой и сыном. Пару раз вместе поужинали. Борис был усталый и неразговорчивый. Он быстро ел и снова уходил.

Безделье и неприкаянность в какой-то момент стали угнетать. Поддавшись скуке, Степан как-то раз взялся помогать одной из местных женщин рубить и складывать дрова для костра. Та безмерно удивилась, но не прогнала.

За этим занятием его застал Борис.

– Тебе что, делать нечего?

– А у меня есть какие-то важные дела? – отозвался Степан.

Борис помялся немного, почесал затылок. Наконец до него дошло, что брат и в самом деле попросту брошен среди чужих людей.

– Давай прогуляемся, что ли… – безразлично предложил он.

– Я тут только и делаю, что гуляю.

– Да нет же, по делу. Надо наших сангров навестить. Мне передали, у них какие-то новости для меня. На лошади еще не разучился ездить?

– Если что – ты опять научишь, так ведь?

– Карабин прихвати, мало

ли…

Переход к лагерю сангров теперь, при свете дня, напоминал легкую прогулку. Никаких трудных косогоров и буераков не встречалось, лошади шли по ровной земле среди редких деревьев.

Пару раз попались конные дозоры, но они даже не приближались – узнавали Бориса издали.

– Как у нас дела? – спросил Степан.

– Пока – ничего плохого. Враги – далеко. Переговоры – близко.

– И мы сразу после них – домой?

– Что ты как школьник? Переговоры – не звонок с уроков.

– Домой хочется, веришь?

– Да успеешь, еще надоест. Еще назад запросишься.

– Вот уж нет! Слушай, неужели меня там правда кто-то будет искать? Ну, кому я нужен, какой от меня прок?

– Хочешь меня бросить? – усмехнулся Борис.

– Да при чем тут?.. Какой смысл мне болтаться здесь, бегать за тобой на веревочке? Дела делаются, ты сам справляешься. Я уже давно здесь лишний.

– Ты прав, ты прав… Но вся штука в том, что тебя реально могут найти и снова вытащить сюда. По крайней мере пока я жив. Тебя можно использовать против меня, не думал об этом? Ты видел, наши не стесняются даже местных диких бандитов нанимать. Так что побудь-ка ты пока рядом.

Степан сокрушенно вздохнул, покачал головой.

– Тяжело быть балластом, брат.

– Потерпи, недолго осталось. А знаешь что… давай так – возвращаешься, как только появится физическая возможность.

– Это как? В чем подвох?

– Подвоха нет. Просто открыть Врата тебе могут либо погранцы, либо «контрабасы», либо торговцы. Но здесь никого из них нет. Здесь только кечвеги, а они таким даром не владеют вообще. Возможность появится, когда мы окажемся на «большой земле».

– А на «большой земле» мы окажемся только после переговоров, да?

– Пожалуй, да. Пусть у тебя будет хоть такая ясность. Это же лучше, чем никакой.

– Ну да, лучше…

Некоторое время они ехали молча.

– А скажи-ка, Боря, – вновь подал голос Степан. – Если бы ты умел открывать Врата – ты сплавил бы меня отсюда немедленно?

– Если бы… – вздохнул Борис. – Тогда бабушка была бы дедушкой.

…Лагерь сангров на самом деле сложно было назвать лагерем. Просто лесистый участок на горной террасе, неприметные гамаки между деревьями да костровое место.

Если б не дым от костра, можно было б проехать сквозь этот «лагерь» и не заметить его. Почему-то ни сангров, ни их лохматых животных в поле зрения не было.

Здесь имелась еще одна заметная деталь, но она не принадлежала санграм. Чуть в стороне от костра и гамаков появилась довольно большая брезентовая палатка. Рядом с ней – пара складных стульев. Тут же на обломанном стволе висел синий мундир с желтыми погонами и шевронами. Стояли стопкой железные тарелки.

– А вот и командированные пожаловали, – прокомментировал Борис. – Не думал, что так быстро.