Самоволка
Шрифт:
Степан присмотрелся и разглядел дорогу. Там действительно что-то неторопливо двигалось, поднимая хвост пыли.
«Интересно, на чем он едет? На ослике, запряженном в садовую тачку?»
Дорога пряталась за горами старого железа. Степан вернулся в кресло, громыхнувшее под ним, как вязанка дров.
И все же сердце дрогнуло. Последние пятнадцать лет любая встреча с Борькой была событием, и отнюдь не рядовым. Только во что она выльется сегодня? Предстоящий разговор не представлялся беззаботным и радостным,
Не прошло и десяти минут, как из-за кучи железного хлама бодро выкатилось нечто, напоминающее одновременно примус и детскую коляску.
Степан тут же встал, шагнул навстречу. Он пытался угадать, каким увидит брата – оборванным, небритым, с ружьем на плече и ржавым тесаком на поясе?..
Забавная машинка остановилась у навеса, тарахтя и поскрипывая. Звонко отскочил квадратный люк сбоку, и на землю соскочил Борис.
– Степашка! – радостно закричал он и бросился обниматься.
Степан буйную радость не разделил. Он сдержанно похлопал Борьку по спине и отстранился.
Борис был одет в армейский камуфляж, с лычками, нашивками и даже звездочками на погонах. На ремне висела кобура. А через открытый люк в кабине автомобильчика тускло отсвечивал ствол обычного автомата Калашникова.
– Ты понимаешь, что у меня к тебе много вопросов? – произнес Степан, стараясь обойтись без эмоций.
– Да чего уж непонятного! – рассмеялся Борис. – Давай сядем, перекусим, разговор у нас долгий.
Он был такой же, как всегда, – шебутной, неугомонный, подвижный и смешливый. Словно и не существовало вокруг этих декораций неведомой и мрачной страны.
– Сейчас расскажу, в чем твоя задача, – объявил Борис.
– Нет, подожди, – покачал головой Степан. – Сначала ты расскажешь, что вообще происходит. Где мы, Боря?
Тот в ответ неопределенно повел руками по сторонам, затем пожал плечами.
– Мы… мы тут.
– Боря, что все это значит? Все эти жуткие животные, обмороженные поезда, люди с птичьими глазами, руины… Я словно на другой планете!
– Ну… – Брат отвел глаза. – Ты же сам все понял. Чего тогда спрашивать?
– Я ни черта не понял! Мне интересно, давно ли ты здесь? Все пятнадцать лет, которые ты нам заливал про свой «бизнес»?
– Честно? Да! – Борис широко улыбнулся.
– И ты ничего мне не сказал? Ты врал мне столько лет!
– Постой, а что я мог тебе сказать? Мол, приколись, братуха! Я в параллельной вселенной служу пограничником! Пришельцев-нарушителей ловлю, да? Куда бы ты меня отвел после таких слов?
Степан протяжно выдохнул.
– Ты… ты козел, Боря. Кстати, твой друг Амир…
– Какой еще друг? Просто наемник, работает за деньги.
– Так вот, Боря, он погиб по дороге.
– Что?! – Борис застыл с открытым ртом.
– Да, братишка. Его в лесу зверь цапнул. Он меня до поезда довел и там тихо умер. На моих руках,
– Черт… – Борис, похоже, был потрясен известием. Вся его веселость развеялась. – Но… как же ты добрался?
– С трудом, Боря. С приключениями. Так вот что я тебе скажу. Может, для тебя он и наемник. А для меня он – друг. Он меня спас. Я ему обязан тем, что стою перед тобой, а не лежу холодной ледышкой в ваших высокогорьях. И теперь мне хотелось бы знать, какого черта я бросил все, продал бизнес и рисковал башкой. И чего ради погиб мой друг Амир. Хочу услышать твою версию, Боря. Начинай.
– Да подожди ты! – отмахнулся брат. – Дай в себя прийти. Амир мертв – поверить не могу! Знаешь, мне всегда казалось, что он – вечный. Самый надежный человек.
Неожиданно в стороне раздался совершенно неуместный и какой-то дурацкий смех. Оказалось, это веселится старик. Он по очереди показывал на братьев пальцами и радостно заливался.
– Что, Зиби, никогда близнецов не видел? – проговорил Борис. – Сходи-ка погуляй. Нам поговорить надо.
– Гуляй-гуляй! – кивнул Зиби и тут же ушел со двора.
– Ух ты! – воскликнул Борис, заметив вскрытый сухпаек. – Откуда такая роскошь?
– Купил, – пожал плечами Степан.
– Задорого, видать? – Борис уже перебирал банки и пакеты.
– Не дешево.
– Еще бы… Контрабанда – она дорогая. Ну, ничего. Зато попируем. Соскучился я по простой кильке в томате, представляешь, брат?
– Так ты пограничник?
– Штабс-капитан линейного дивизиона. Инспектор оперативного бюро. А ты, я вижу, о нас уже наслышан?
– И наслышан, и познакомлен, и предупрежден. И что теперь? Арестуешь меня за незаконный переход границы? Я уже ничему не удивлюсь.
Борис бросил консервы и прошелся под навесом, собираясь с мыслями.
– Сядь, – решительно сказал он. – И слушай.
– Я вижу, что ты весь кипишь от возмущения, поэтому заранее прошу – выслушай. Терпеливо выслушай, а затем – спрашивай и возмущайся.
– Попробую, – фыркнул Степан.
– Итак, Степа, прямо сейчас мы с тобой раздеваемся и меняемся одеждой. С этого часа ты становишься инспектором оперативного бюро, а я – безвестным бродягой.
– Рехнулся?! – вскочил Степан.
– Я просил выслушать…
– Ладно, слушаю. – Степан плюхнулся в кресло, демонстративно уставившись в потолок. – Я сказки всегда любил.
– На этот раз никаких сказок. Мне нужно отлучиться, брат. Очень нужно. Примерно на недельку. И этого никто не должен заметить, ни одна живая душа. Ты заменишь меня. Никто не догадается о подмене, если ты не будешь дураком. А дураком ты хоть и бываешь, но редко. Все будет хорошо…
– Ничего не будет хорошо! Какой, к чертям, инспектор? Первый же твой знакомый спалит меня с потрохами!